Королевские клетки

— Ингрид!

— Да, госпожа?

— А где парни?

— Я не знаю, госпожа. Их с середины дня нет… Только вот Ингвара и Эрика оставили.

Лиля почувствовала, как внутри растет какое-то смутное чувство беспокойства, как перед большим выступлением или сложным экзаменом. Платье вдруг стало тереть, а тело под ним чесаться, одновременно захотелось и пить, и лечь, и побежать куда-то.

Что-то приближалось.



Уже темнело, когда до них добежал Фрайгерсон.

— Госпожа лекарь, господин граф полковник Иртон распорядились завтра двойной комплект дров брать, и тяжелый груз по возможности оставлять на возах.

— Фрайги, куда мы идем?

— Не могу говорить, мадам лекарь.

— Вода там будет?

— Всенепременно.

Фрайги чуть не подпрыгивал на месте, несмотря на усталость. Его многозначительность мало говорила о подробностях, но они были и не так важны. В течение нескольких дней их ждал большой бой.





У Малых Мельниц




До нового места дошли, когда уже темнело. Поскольку тянулись они не быстро, то лагерь уже разворачивался — перед почти плоской вершиной большого холма, по которой уже щетинились колья. Не очень правильный четырехугольник лагеря опирался левым краем в заболоченный овраг, а правого им было не видно.

— Сюда давай! — на этот раз их поставили не очень далеко от края лагеря, но и не так уж близко.

— Всем есть и спать! — скомандовала Лиля и собралась пройтись осмотреться.

— Госпожа, не след тебе тут ходить. Поутру глянешь, ежели чего. — внутренний патруль "завернул" ее сразу же.

Ну и ладно. За время марша она как-то поуспокоилась и устала.



Подъема как такового не было, просто чуть свет лагерь забурлил. Противник пришел поздно вечером, и сейчас начал строиться.



Вечером, придя с Вольной Компанией на место, они встретились с разъездами и дозорами Иртона примерно там, где и ожидали. В паре стычек они выяснили, кого тут больше — и стали устраиваться. Особенно их не тревожили. Шут пришел в палатку к Толстому чуть рассвело — но тот уже не спал, а упершись в стол стоял над картой.

— Ну что, сиятельство, подтянулись твои благородные?

— В основном. Ну, пойдем глянем на то, что там происходит?

Ехать было недалеко, около получаса — обогнуть холм, на котором уже закрепились Иртоновские роты. Заодно и посмотреть, удастся ли их обойти, чтобы побыстрее справиться. Открывшееся зрелище, мягко выражаясь, было неожиданным.

— … твою мать!!! — выразил глубину своих чувств наемник.

Шут присмотрелся, прикинул в уме, а главное — оценил столбики дыма. Странно, конечно, уж больно тощие, но их было почти сто!

— Так. Мне кажется, или их тут более пяти сотен?! И они не только что подошли?

— Вопрос только — насколько. Я их, гадов, за холмом не вижу, а разведке они уже по рогам надавали. Да, мы не просто опоздали, а похоже дня на два. Нет, ну сукин кот, как он столько народу привел?! Чего они жрали, и что — сутками шли?!

— Может, они там после такого марша как мертвые лежат?..

— Ага. Щас. Смотри, уже весь лагерь готов, народ суетится… Не рассчитывай на это.

— Ну что, твое мнение — собираться и уходить?


Руди воззрился на него как на идиота.

— Как?! Теперь перед тем, как вообще дергаться, нам его очень увесисто стукнуть надо. А иначе он нас на марше всех порежет как овец — дорог то для отхода раз-два да и обсчитался… Строиться надо быстро. Драться будем.

— Что, — чувствуя как его почти трясет от возбуждения, спросил Альтерс. — Хочешь побольше получить?.. Дело. Я слово держу.

Против ожидания, Руди Тодстый не обиделся.

— Ты главное, господин наниматель, деньги заготовь. После боя определишься, с кем рассчитаться.

— То есть?

— Фортуна — как девка из обоза. Всякому улыбнуться может. И всякого надуть.



Строились часов пять. "Благородные" рыцари не желали оказываться впереди, но и получать репутацию трусов — тоже. Так что у каждого имелся стратегический план, и половина желала командовать. Шут "придушил" эти идеи, и выставил в какое-то подобие клина напротив холма. Тяжелые всадники орали до сих пор, но Альтерс железной рукой отогнал их на фланг и запретил переться на холм.



Наемники встали за легкой конницей, выставили своих арбалетчиков и как обычно мрачно молчали. Шуту своих арбалетчиков страшно не хватало. К тому времени, когда они хоть как-то построились, противник уже выставил не очень-то даже и плотные цепи. При этом они просто так не стояли, а орали в адрес "оппонентов" всякую обидную похабень. На аристократов действовало.



Лилиан, понимая, что просто так не удержится, нашла себе дел побольше. Вернулась большая часть вирман, но они, не беспокоясь особенно о битве, отправились под возы отсыпаться.

— Госпожа, — сообщил ей за всех сразу Лейф, — До полудня точно ничего не будет.

Он поцеловал жену и тоже отправился спать.



Лиля отправилась расставлять столы и проверять, насколько ее "помощники" представляют, что делать. "Ну, Николай Иваныч, не оставь свою недостойную коллегу мудростью своей.."



Капитан второй роты, необычно толстенький мужик с грустными глазами, проходя мимо, сказал ей:

— Вы, мадам лекарь, в большом бою в первый раз? Примите добрый совет — держитесь у нас за спинами. Все понимаю, любопытство и прочее, и все-таки.

— Спасибо за заботу. Вы все помните про переноску?

— Все, все…

На этом дело не кончилось.

— Так. Коллега. Ты у нас умная и все такое — а тут меня старого людодера послушай. Ни за что. Ни в коем случае. Никогда. Не лезь к бою. Не вылезай, как начнется.

— Томмен! Ты меня еще поучи перевязку делать!

— Может и поучу.

— Ой!! — Лиля махнула рукой.



К ним приближался какой-то островок резких команд и усиленной деятельности. Граф полковник Иртон широким и быстрым шагом обходил лагерь и все ему казалось мало, медленно и плохо — судя по раздаваемым ценным пин… указаниям.

— О! Графиня! Вам — особо напоминаю! Не лезть в бой! НЕ ЛЕЗТЬ!

— Да что вы все, сговорились что-ли?! — взвыла Лилиан. — Займитесь своими делами уже! Есть не лезть в бой, не держите за дуру!

— Если что — уходить немедленно на Большие Кочки. Ясно?!

— Так точно, отход к Большим Кочкам!

Джеррисон, недоверчиво блеснув глазами, и рванул куда-то дальше. Но на этом все не кончилось.

— Мадам лекарь. — Худой и необычно высокий для пехоты капитан первой роты, славившийся своей флегматичной выдержкой, похоже, задержался специально. — Я придам лазарету пять сержантов. Не откажите в любезности найти им дело. В бой им уже поздно ходить, а без дела сидеть они не могут.

— Хорошо.

— И касательно вас и ваших девушек…

— Я знаю!!! — зарычала Лиля, и только после этого заметила пляшущих в глазах капитана чертиков.