Князь тьмы и я

Вампир втянул ее обратно и разъяренно спросил:

– То есть это я оскорбил князя?!

Молча развела руками.

Тысячник прошипел что-то невразумительное, развернулся и хлопнул дверью.

А я вдруг осознала, что безумно устала за эту безумную ночь и жутко хочу спать. И даже чифир не помог.

Но тут в двери постучали вновь.

– Князь ожидает вас, – произнес Навьен.

Неозвученным, но явно отчетливым было в этом «И только рискни сказать хоть что-то».

Я не рискнула, я посмотрела на Малисент и спросила:

– Так?

Просто надеть мне было нечего – все мои вещи стекали каплями воды сейчас в ванной, и до сухости им было еще очень далеко.

Девушка вскочила, начала оглядываться, и тут все тот же сотник сообщил:

– Там есть халат…

Ни я, ни вампирша понятия не имели где это «там»?!

– В ванной, – скорбно уточнил вампир, – алый для княгини, черный для князя.

Малисент метнулась в ванную, пошумела шкафами и вернулась с красным халатиком, у которого шелка было меньше, чем кружев.

– Однозначно красный не мой цвет, – мгновенно решила я.

– Красный, – из-за двери возразил Навьен.

Взяла и включила запись на телефоне, чтоб так сказать поднять вампиру настроение, сама сходила в ванную. Черных, как и красных, халатов имелась стопочка. Черный, как и красный халаты был шелковым. Когда я его надела на себя, с одной стороны я в нем утонула, с другой… такое ощущение, что я на конкурсе мокрых маек стою наиболее доступная взглядам, чем тетки в мокрых майках без бюстгальтеров под ними! И главное под низ надеть мне было нечего.

Психанула, сняла халат, завернулась в полотенце поплотнее, собрала в пучок мокрые еще волосы, и только уже потом снова надела халат. Так было хоть немного приличнее. Правда обуть было нечего – мои кроссовки стараниями вампира теперь были мокрыми насквозь, но делать было нечего.

***

Когда я вышла из ванной, у Малисент отвисла челюсть. Видок у меня был еще тот.

– Может мои балетки? – нервно спросила она.

Но будем откровенны – размер ноги превышающей меня в росте на голову вампирши, был бы мне несколько… неудобен.

– Тапочки под кроватью, – уведомил Навьен.

Все так же из коридора.

– Меня и кроссовки устраивают! – гордо заявила я.

В коридоре послышалось шипение, но дверь открылась.

В кромешную тьму я выходила с самым гордым видом, держа в руке телефон из которого доносилось шипение, проклятие и бешенство вампира. Да, я поставила запись на повтор. На постоянный повтор.

С одной стороны хоть какая-то месть, с другой не так сильно слышно как хлюпает вода в мокрых кроссовках.

Но если бы я знала, чем мне это аукнется, лучше бы хлюпала кроссовками.

Потому что Навьен отомстил.

И еще как отомстил!..

Мы миновали кромешно темный коридор, потом пару раз свернули, причем каждый раз мне говорили право или лево, а я когда нервничаю, постоянно их путаю, так что пару раз тысячнику приходилось меня возвращать. А потом вспыхнул неяркий свет перед огромной двустворчатой черной дверью, Навьен посмотрел на меня и с деланным участием поинтересовался:

– Готовы?

Неуверенно кивнула.

Вампир критически оглядел меня, услужливо смахнул невидимую пушинку с плеча, потом потянул какую-то ниточку, почти промурлыкав:

– Торчит, сейчас поправлю.


Что-то там поправил, и распахнул дверь.

С полумрака слегка ослепленная я шагнула в пространство наполненное светом, и отчаянно моргала, пытаясь привыкнуть к свету солнца, а за моей спиной захлопнулась дверь, оставляя меня наедине с князем Даркан, который, сидя за массивным дубовым столом привычного для вампиров черного цвета, при моем появлении оторвался от каких-то бумаг, поднял голову и посмотрел на меня.

И именно в этот момент мой халат вдруг с тихим шелестом опал на пол двумя ровными половинами, прямо по выкройке…

Сука!

Ниточку он мне поправил!

– Какое… любопытное начало разговора, – прокомментировал ситуацию убийца, насильник и кровосися.

– Извините, – прошипела я, – я на секундочку.

И развернувшись, попыталась открыть дверь.

Попыталась, потому, как та оказалась не то чтобы заперта – с той стороны ручку держали. Но это не помешало этой падле, едва слышно уведомить:

– И на полотенце тоже… поправил.

В следующий миг, все что на мне осталось… кроссовки.

И дергать дверь я перестала, да.

– Ммм… хорошая обувь, – наградил меня комментарием князь.

Учитывая, весь вид, который ему открылся, кроме обуви, комментировать просто больше было нечего.

Наплевав на князя, прошипела тому, кто был за дверью:

– Я же тебя урою!

– Поставил телефон на запись, – ядовито сообщил Навьен.

И я вспомнила, что самый опасный тут не он.

Очень медленно присела, подхватила остатки халата, половиной полотенца прикрываться было бы глупо, завернулась в черную ткань как в покрывало, заткнула сиротливо повисший рукав в подмышку, и повернулась к князю.

Он сидел, откинувшись на спинку высокого кресла, одна его рука лежала на столе, во второй вампир задумчиво крутил дорогой паркер с золотым пером.

– Хм, – произнес он, продолжая изучать мое паршиво прикрытое тело, – а все не так плохо, как я думал.

Припомнив внешность Малисент, осознала – что с точки зрения эстетики в моем случае все реально было очень плохо. Очень плохо. Ну где я, и где молодая вампирша? Тут даже говорить не о чем, она была краше меня раз так в сто, а может и в двести. И я бы может быть и обзавелась бы парочкой комплексов, но, работа в полиции и все такое, так что я уже знала, что насильник насилует не потому, что жертва ему понравилась, причина насилия всегда в ином, а в качестве жертвы да, я выгляжу на порядок виктимнее Малисент.

– Подойди, – начал мою проверку на подчиняемость Даркан.

Уже! Бегу, подпрыгивая от нетерпения! Лечу как метеор! Мчусь в трепете, аки трепетная лань! Скачу дикой горной козочкой… блин, можно я уже пойду отсюда, а? Готова даже вприпрыжку.

– Я вижу, – с нескрываемой насмешкой произнес князь.

Он ситуацией просто-таки наслаждался!

Сглотнула, нервно глядя на упыря, и подумала, как бы повела себя Малисент, окажись действительно на моем, в смысле на своем месте.

– Она бы подчинилась, – Даркан считывал мои мысли, как дорогущий высококлассный навигатор с неограниченным доступом к спутникам, такой точно в курсе, где тупик, а где ремонтно-строительные работы.

И… это бесило.

Реально бесило, как и невозможность просчитать ситуацию.

Я просто не могла просчитать данную ситуацию, не понимая, с кем имею дело. Были только догадки, основанные на его выборе объекта надругательства путем бракосочетания… но и только.

А мне бы понять, что он за челов… в смысле кровосос маниакальной направленности.

Тяжело дыша, я начала вспоминать все, что знаю о типологии маньяков. Говоря откровенно – вампир едва ли подходил хотя бы под один из известных мне видов.

Нет, ну серьезно, как вообще можно классифицировать вампира? Классифицировать по мотивам, побуждающим к убийству, было нереально. И не потому, что он не подходил ни под одно определение, а потому что подходил тупо под все!

Гедонист? О да, убийство ради удовольствия было явно его темой.

Сексуальный маньяк – тоже да, одно то видео было уже ну очень показательным.

«Разрушитель»? Опять же – да, потому что получать удовольствие от страданий ему явно тоже нравилось.