Книгоходцы особого назначения

— А-а-а, Аннушка, — качнула головой эльфийка. Легкость, с какой она произнесла прозвище темной феи, говорила о том, что оно прилипло намертво и стало настолько привычным, что даже преподаватели школы уже не замечают, как оно слетает у них с губ. — Значит, будем часто видеться.

Мы с Карелом переглянулись, а главный лекарь велела своим помощникам:

— Выдайте адептам два увеличенных пакета первой помощи и обезболивающие амулеты. Им точно пригодятся.

С моим лечением управились быстро. Занимавшаяся мной лекарь выразила интерес, кто совсем недавно уже помог мне, а когда я призналась, что знакомая эльфийка, тоже будущий целитель, сказала:

— Очень толковый специалист со временем выйдет. Знаний ей пока не хватает, но силы много, и она весьма старательно подошла к первой помощи. У вас, адептка, было внутреннее кровотечение.

Я мысленно присвистнула и решила, что Эарда мне точно не враг, и я ей чем могу — помогу в будущем.



А у выхода из лазарета нас поджидал Ривалис.

— Кирюша! — бросился он ко мне, когда я вышла на крыльцо. — Ты как? Прости, я был не в себе и не подумал, что тебе настолько плохо. Карел, а с гобой все в порядке?

— Нормально, — кивнул ему мой напарник, поправляя на плечах сумки, мою и свою. — Нас полностью починили.

Я рассмеялась от столь забавной характеристики, и тут невесть откуда на нас налетел запыхавшийся Изверг.

— Кира! Ты как?

— А… — хотела я ответить, но дерхан на меня уже не смотрел.

— Рив! — прошипел злющий как черт боевик. — Я бы очень попросил тебя держать свои руки и губы подальше от моей девушки. И не смей, слышишь, не смей признаваться ей в любви!

— Э-э… — озадачилась я, с недоумением глядя на парней. Хотела уже спросить, с чего вдруг столько агрессии, но тут узрела в сторонке улыбающуюся с самым довольным видом Иолу.

Ах вот оно что! Эта мымра, значит, видела, как Рив нес меня на руках, и слышала его слова о любви. Только вот этой дурочке невдомек, что та любовь, которая между мной и ушастиком, это вовсе не романтические чувства.

— Ивар, дыши глубже. Кира — моя невеста, ты ведь знаешь, — с лукавой усмешкой выделил Ривалис интонацией последнее слово. — Приехали гости из моего мира. Желали удостовериться в том, что мы с Кирюшей не расстались и наша свадьба по-прежнему маячит в перспективе.





Глава 11

О внезапности Ивара, посещении ювелира и резкой перемене статуса




Изверг на мгновение прикрыл глаза, пытаясь взять себя в руки. Затем резко выдохнул, посмотрел на эльфа и тихо сказал:

— Я помню. И все же настаиваю, чтобы ты не смел лезть к моей девушке с поцелуями и признаниями в любви.

Та самая «девушка» начала злиться, что ее обсуждают, словно предмет мебели, гневно подбоченилась, удерживая одной рукой пакет с предметами первой медицинской помощи, и уже открыла рот для отповеди, как…

Неожиданно для всех, а особенно для меня Ивар вдруг шагнул вперед, одной рукой нежно, но крепко обхватил меня за шею, легко дернул на себя, наклонился и поцеловал.

Стало тихо… Очень тихо. Очень-очень тихо. Я стояла с опущенными руками, даже не пытаясь отстраниться или, наоборот, ответить на поцелуй, несколько оглушенная и дезориентированная происходящим. А поцелуй все длился и длился…

— Ивар! — пронзительно вскрикнул кто-то женским голосом. Хотя почему кто-то? И ёжикам понятно, кто это там возмущенно верещит.

Но этот вопль послужил сигналом и для дерхана. С неохотой отстранившись, он заглянул мне в глаза и спросил:

— У тебя еще что-нибудь болит?

— Н-нет… — пробормотала опешившая я.

Не так я представляла наш первый поцелуй с Иваром. Почему-то думала, что это случится в приватной обстановке и как-то… романтично, что ли. А тут… напор, властность, страсть. Да и сам поцелуй больше напоминал утверждение своих прав на меня. И я никак не могла понять свое отношение к произошедшему, настолько меня это ошеломило.

— Мне рассказали, что видели вас с Карелом выпавшими из портала и вы выглядели сильно потрепанными. Я помчался тебя искать, а тут Иола. — Изверг скривил в досаде губы.

Рядом безмолвной статуей стоял Карел. Я взглянула на него, и что-то такое странное промелькнуло в глазах моего напарника. Не то досада, не то обида. Ну а он-то чего?

— Я… — кашлянув, попыталась я что-нибудь сказать.

— Идем! Тебе нужно привести себя в порядок. — Не дав ответить, Ивар подхватил меня на руки и, не обращая внимания на Карела и Ривалиса, легко сбежал по ступеням.

Я сидела — или как правильно говорят, когда тебя несут на руках? — прижимая к себе медицинский пакет, и не знала, как себя вести. Слишком все стремительно и странно. К тому же я в засохшей крови, лохматая, помятая и в порванной рубашке. Хоть не мокрая, и то хорошо. А меня несет на руках самый красивый парень школы, по которому сходят с ума толпы девчонок. И еще он меня только что поцеловал. И…


Мы поравнялись с застывшей соляным столбом Дексовой и ее подругой. Иола, словно рыба открывая и закрывая рот, вытянула в мою сторону указательный палец, тыкая и пытаясь найти слова, но получалось что-то вроде:

— Ивар! Но она… Ее же… Ривалис… Они ведь…

Изверг даже внимания не обратил на эти жалкие попытки указать ему, какая я распутная девица, а я… Ну, каюсь, не сдержалась. И, приподняв свободную руку, продемонстрировала Дексовой средний палец. Не уверена, что в ее мире этот жест означает то же самое, что и на Земле, но перекосило эльфийку знатно. А я мило улыбнулась и с трудом устояла, чтобы еще и язык ей не показать. Но это было бы совсем уж по-детски.



Ивар донес меня до женского корпуса, вошел внутрь и, не обращая никакого внимания на госпожу Каруду, взиравшую на него с неодобрением, и девушек, бродивших в холле и в коридоре, донес до моей комнаты. Ногой распахнул дверь, вошел и почти приказал Лолине:

— Лола, будь добра, погуляй несколько минут.

— Э-э-э… — обалдела моя соседка, взирая на встрепанную словно дикобраз меня и мрачного соплеменника. — Кира, ты в порядке?

— Да, Лол. Это мы с практикума у Аннушки, — пояснила я и сделала попытку спрыгнуть с рук удерживающего меня парня. Попытка была мгновенно пресечена более крепким прижатием к груди, так что я независимо поболтала в воздухе ногами и сказала: — Но мы с Карелом уже сходили в лазарет. Просто Ивар немного переволновался, вот и донес меня.

— Я так и поняла, — хмыкнула дерхана. Легко встала и вышла в коридор, тщательно прикрыв за собой дверь.

— Ивар, я уже здорова. Можешь меня отпустить, — обратилась я к боевику.

— Отпустить? — с непонятной интонацией произнес он и добавил: — Это вряд ли, Кирюш.

Огляделся, сел на кровать, все так же не отпуская меня, и удобно устроил на своих коленях.

— Очень больно было?

— Очень! — честно призналась я. — Мы в горах были, попали в грозу, и вместе с водяным потоком нас несло вниз по камням. Побились сильно.

У парня дернулись губы, он поднял одну руку и нежно погладил меня по щеке, заодно убирая с лица волосы.

— Те, кто вас видел, описали все в таких жутких красках, что… И у тебя подсохшая кровь на лице.

— Из носа шла… — вздохнула я и попыталась потереть над верхней губой, чтобы понять, насколько все ужасно. Представляю, какая я сейчас «красавица».

Но Ивар отвел мою руку в сторону и, не давая опомниться, снова поцеловал. И как-то так получилось, что я выронила из рук выданный в лазарете пакет и обняла парня за шею. Сейчас было иначе. Нежность, оглушающая просто. Губы Ивара — вовсе не сухие, не потрескавшиеся, а очень приятные и горячие, и… Что-то такое теплое рождалось в сердце.

Может, я и правда его девушка, только сама еще этого не поняла? А он тогда мой парень, что ли?

Странно все это.

А поцелуй… он был очень долгий и очень нежный, и в то же время страстный. А еще я совершенно не умею целоваться по-настоящему, ведь для меня это впервые. И, наверное, Ивару смешно, что ему досталась такая неумеха. Или не смешно? Сердце парня билось сильно, быстро…



— Слушайте, я уже почти час торчу в коридоре, — раздался вдруг голос Лолины. — Имейте совесть! Сколько можно целоваться?

— Лола… — мрачно произнес Ивар, оторвавшись от меня.

— Да, Лола! — ничуть не устыдилась она. — Вот отмоется Кира, переоденется — и целуйтесь потом сколько хотите, только где-нибудь в другом месте. У тебя, между прочим, отдельная комната, в отличие от нас, простых смертных. А я устала ходить в гости к соседям. Меня, знаете ли, не очень любят.

И тут я рассмеялась. Не знаю, стресс, что ли, так выход нашел. Но я весело хохотала, утирая выступившие слезы, глядя на сердитую Лолину, на раздосадованного Ивара, на… приоткрывшуюся дверь, в которую проскользнул Гаврюша.

— Ненормальная! — фыркнула моя соседка и тоже рассмеялась. — Иди в душ, чучело! А волосы я потом помогу тебе расчесать.

Изверг тоже издал тихий смешок, еще раз нежно и быстро поцеловал меня, пересадил на кровать и ушел, подхватив своего фамильяра.

— Да-а, — протянула Лола, когда стихли шаги. — Эк Ивара-то разобрало. Мне уже все сплетни донесли, пока я целый час гуляла. Его чуть удар не хватил, когда ребята, которые видели ваше прибытие, рассказали о том, в каком ты виде. А потом Дексова примчалась с криками, что ты развратная дрянь и обманываешь его, а сама целуешься с ушастым. Так что я не удивлена.

— А вот я изрядно, — фыркнула я.

— И зря. Он и так целый год вокруг тебя спирали наматывал, то приближаясь, то удаляясь и давая тебе время повзрослеть и заметить его. А тут, видать, испугался, что если ничего не предпримет, то уже и не придется предпринимать. Уведет тебя Ривалис. А не Рив, так Карел.

— Хоспидя! — дурашливо воскликнула я и всплеснула руками. — Карел-то тут при чем?! Он мой напарник. Ты бы еще магистра Закариуса упомянула.

— Вот преподаватель некромантии — точно нет. А Карел… Это ты знаешь, что вы напарники. А со стороны — он твой парень уже второй год, только без поцелуев и обнимашек.

— Дурында ты, Лола. Карел — это святое. Его не трожь.

— Ну, дурында не дурында, а завтра пойдем в город. Купим тебе амулет, предотвращающий нежелательные последствия взрослой жизни. Пригодится. Может, и не совсем уж скоро, но пусть будет. А то мало ли… — загадочно помахала она в воздухе рукой.

— А моя сумка у Карела осталась, — невпопад ответила я. — Впрочем, он ее потом сам занесет, а я пошла в душ.



Позднее, как только мы с Карелом пришли в себя, отмылись и поели, я и мой верный друг собрались к моему знакомому ювелиру, мастеру Дабуру. Хранить жутко дорогое украшение в общежитии было страшно, ведь сейфа у меня нет. Поэтому я вновь надела его на себя, натянула чистую рубашку с глухим воротом и застегнула ее на все пуговицы, еще и куртку накинула. Прихватила меч на всякий случай, и мы отправились в путь. Причем уходили, что называется, огородами, никого не предупредив. А то с Ивара станется, решит составить компанию, и что мне тогда говорить о происхождении этого невероятного украшения?