Как я встретила вашего папу

– Ну так что? Примеришь?

И я после коротких раздумий кивнула. Чем не первый шаг в попытке наладить отношения?

Из спальни я выходила нерешительно. Новое белье приятно холодило кожу, но то, что я увидела в зеркале, казалось мне слишком-слишком откровенным, сама бы я такое никогда себе не купила.

И пожалуй, только эта мысль заставила меня закусить губы и, решительно тряхнув головой, выйти к Хьюго.

Муж стоял на кухне и разбирал коробки с едой – похоже, пока меня не было, принесли долгожданное мясо. Рядом с контейнерами стояли бутылка вина и два бокала.

Мальбони поднял на меня взгляд, на мгновение замер, а после как-то излишне прерывисто выдохнул:

– Если бы не мое обещание не трогать тебя месяц – я бы взял тебя прямо сейчас!

О БОЖЕ!

В этот миг мне показалось, что эта фраза – самое пошлое и одновременно приятное, что я слышала в своей жизни! Мои щеки залились румянцем, а сама я потупила взгляд.

– Ну все, не красней! – точно считывая мою реакцию, произнес муж. – Пока ты первая не захочешь, я тебя трогать не стану. А сейчас давай уже поужинаем! Я страсть как голодный…

И от последней фразы у меня почему-то коленки подогнулись.





* * *


После ужина я позорно сбежала в свою спальню. Причем даже не от Хьюго, а скорее от своей реакции на него.

Я не понимала, что происходит. Даже закралось подозрение, что он подсыпал мне что-то в еду – ведь как иначе объяснить происходящее.

Мы сидели друг напротив друга за столом на расстоянии вытянутой руки и просто ели. Хьюго постоянно бросал на меня красноречивые взгляды, а я отводила глаза, при этом тайком подглядывая, как он медленно нарезает стейк на кусочки, как накалывает мясо на вилку, обмакивает в соус, а после подносит к своим губам, медленно жует…

И у меня во рту все пересыхало от этого зрелища. Почему-то казалось, что все внимание Хьюго достается мясу, а должно было мне. Я все ждала, что он начнет приставать, а вместо этого муж говорил, что мои глаза прекрасны, что выгляжу божественно и он меня о-очень хочет, но…

– До свадьбы ни-ни, – словно поддразнил меня он. – Если ты сама не захочешь.

В общем, я сбежала, потому что только на один миг допустила мысль, что могу захотеть. Хьюго явно намекал мне, что первый шаг должен быть за мной, и никак иначе.

– А как же тот поцелуй? – спросила я, тайно надеясь, что муж решит повторить хотя бы его.

Нужно же мне было проверить свою реакцию еще раз? Уж слишком сильной она оказалась впервые? Может, второй раз я ничего не почувствую?

– Поцелуй – не секс, – философски рассудил Хью. – Не могу же я до тебя совсем не дотрагиваться. Куда интереснее, если мы начнем изучать друг друга поэтапно. Медленно и с удовольствием… Начиная с губ и спускаясь все ниже и ниже…

– Все! Кажется, я сыта. – Я отложила вилку и позорно сбежала в этот момент в комнату.

Там промялась несколько часов, боясь даже нос показать, а после, когда за окном начался ливень с грозой, улеглась спать.

Уснула на удивление быстро, даже гром не был помехой – лишь когда кровать рядом со мной прогнулась, я распахнула глаза.

В спальне было темно, а рядом совершенно явственно на постели устраивался Хьюго.

Я резко села и уставилась на мужа. Он уже лежал рядом и, подложив под подбородок руку, нагло разглядывал меня.

– Ты что тут делаешь? – выдала я, натягивая одеяло повыше.

– Как что? – удивился он, и в темноте его улыбка показалась особенно бесстыжей и обворожительной. – Спасаю тебя. Гроза же.

– И? Не улавливаю связи.

Лицо Хьюго озадачилось.

– Гроза за окном. Громыхает. Бу-бух! Ты же боишься, – выдал он потрясающие умозаключения.

И я помотала головой. Ну что за бред? Мне же не десять.

– Вынуждена огорчить, но я не боюсь грозы и хочу спать. Завтра рано вставать. Уходи.

Хьюго нахмурился. Похоже, спасать девушек от грозы этот супермен привык, и сейчас его схема давала сбой…

– Так… – Он вновь улыбнулся. – Тогда давай допустим, что боюсь я. И это меня надо спасать.


Я уставилась на него во все глаза, решая, как бы это его выпроводить обратно в гостиную. Спал же он там прекрасно на диване.

– Уходи, – твердо сказала я, на что Хьюго опустил голову на подушку и горестно выдохнул.

– Ну, Эмма, будь уже человеком. Это и моя кровать тоже, я не буду к тебе приставать. Только чуточку полежу!

Я поджала губы. Хьюго продолжал:

– От дивана болит спина… Там неудобно… И я не буду приставать. Ну же, богиня матраса и одеяла, пусти меня погреться в свое царство неги, на вторую половину кровати.

Я прыснула, едва сдерживая смех – богиня одеяла почему-то звучало круче воробушка. И я сдалась.

– Ладно, но только вот там с краю лежи! – наказала я, мысленно разделяя пространство пополам.

– Слушаю и повинуюсь, – с готовностью отозвался Хьюго и тут же повернулся ко мне спиной. – Спокойной ночи, Эмма.

– Спокойной ночи, Хьюго, – отозвалась я и еще некоторое время смотрела на мерно вздымающуюся спину мужчины, чтобы убедиться, что он спит и не собирается приставать.

Лишь только потом легла сама и закрыла глаза.

А утром мы проснулись в обнимку…

Я даже не поняла сначала, что не так: на меня что-то давило сверху, не давая нормально дышать. Испуганно открыв глаза, я уставилась на слегка заросший подбородок. В тот же миг мою правую грудь нагло погладили. Медленно опустив взгляд, увидела руку Хьюго. Он еще спал, но умудрялся и ткань ночнушки отодвинуть, и до сокровенного добраться. Извращенец!

Его пальцы чуть шевельнулось, задев внезапно ставший очень чувствительным сосок. И… я затаила дыхание. По телу разлились невероятно приятные ощущения. Снова посмотрев на Хью, ощутила желание коснуться губами его губ. Тихо прошептать: “Доброе утро”. И посмотреть, что он будет делать дальше.

Ох, так недолго и самой соблазниться на секс! Но такие, как мой муж, слишком быстро теряют интерес к женщинам. Нет уж, я не собиралась быть для него очередной мгновенно павшей под натиском умелых рук! Облизнув губы, я осторожно поелозила, пытаясь выбраться из плена его объятий.

– Воробушек, тсс, – пробормотал он, крепче сжимая мою грудь. – Еще пять минут и подъем, обещаю.

– Совсем обнаглел? – спросила я. Хотела сделать это грубо, с напором, но вышло как-то иначе. Еще и с глупой улыбкой на губах.

– Эмма, ты такая нежная. – Он не открывал глаз, но обхватил мой сосок двумя пальцами, чуть его сжав.

И тут же отпустил. Я чуть не застонала… от разочарования.

Но вдруг этот наглец приподнялся на руках и оказался прямо надо мной, заявляя:

– Я помню, малышка. – Его губы оказались рядом с моими. У меня даже сердце забилось чаще от желания самой преодолеть микроскопическое расстояние до них.

Гордость? Что это такое? Не знаю…

– Ты такая строгая со мной, Эмма, – продолжал говорить этот гад, взглядом давая понять, что и сам мысленно давно продвинулся дальше разговоров, – и у нас контракт. Сколько дней осталось до секса, малышка?

– Месяц, – простонала я.

– Не-а. – Он все же тронул губами мой подбородок. Скользнул ими и… чуть прикусил кожу, давая волю толпе мурашек, радостно побежавших по спине и рукам. – Двадцать девять дней.

– Что? – Я утратила нить разговора.

– Я говорю, что уважаю твои… мм… желания.

Он поцеловал мою шею и – о боже! – потерся своим естеством об меня, чуть раздвигая при этом ноги.

– Эмма-а? – почти пропел Хьюго, целуя уже мое плечо, переходя к ключице и снова сминая руками грудь.

– Да, – простонала я.

– Хочу просыпаться так каждое утро, – неожиданно бодро сказал он.

Я поняла, что лежала, закрыв глаза. Распахнула их и увидела наглую самодовольную улыбку мужа.

– Солнышко, ты такая горячая, – сообщил он. – Скажи только одно слово, и мы продолжим.

– Нет!

Я заелозила, забарахталась. Хьюго со смехом откатился в сторону, дав мне возможность сбежать.

– Негодяй! – как-то не очень уверенно успела выкрикнуть я, выбегая из комнаты.

– Я больше не буду, – услышала вслед. – Но и меньше тоже…

Он снова рассмеялся.