Как я встретила вашего папу

Я с трудом оторвала взгляд от кустов, обрезанных садовником в какой-то причудливой форме, и уставилась на наследника всего этого… Он выглядел очень довольным, просто сиял, как золотая монетка на солнышке.

– Скажи, ты мечтаешь жить здесь? – спросила сдавленно, снова осматривая окрестности. Фонтаны, лужайку, колонны у входа…

– Само собой. И, если у нас заладится, Эмма, ты разделишь со мной все это. Станешь хозяйкой. Такие дела.

– Да уж, дела… – протянула я жалобно, цепляясь за свою сумочку, как за спасательный круг. – Это какой же здесь штат слуг?

– Бес его знает. – Хьюго пожал плечами и припарковался неподалеку от входа.

– А стоимость его содержания в месяц? – не унималась я.

– Это лучше спросить у отца.

– Прекрасно. – Я закатила глаза к небу, но уперлась взглядом в крышу дома.

Он был здоровенным. Красивым – факт – и восхищал собой. Как музей. Я бы приходила сюда с группой туристов, чтобы посмотреть, как живут богачи, не умеющие считать деньги и обожающие теряться в собственных квадратных метрах.

– Ты онемела, я смотрю. – Хьюго открыл для меня дверь, подал руку. – Не робей, здесь живут такие же люди. Просто… более родовитые.

Я посмотрела на него, и – о чудо! – удержала язвительное выражение на языке. Чуть не сорвалась! “Такие же люди?! Посмотрим!”

Дверь нам, конечно же, открыл слуга. Мужчина лет сорока выглядел сурово и стоял очень прямо, будто проглотил черенок швабры и тот теперь заменил позвоночник.

– Привет, Содж, – бросил Хьюго небрежно. – Кто дома?

– Добрый вечер…

Слуга что-то ответил, но я отвлеклась, пройдя внутрь, и не прислушивалась. Замерла в огромном холле, придавленная его богатством и размерами. Высоченный потолок должен был рождать ощущение свободы, но во мне родился только протест: зачем все это?! Не хочу. Мальбони и на словах были богаты и круты, но теперь, увидев их дом, я загоревала, понимая весь груз ответственности.

Со стен помещения на меня взирали пять портретов – мужчины с породистыми красивыми лицами и презрительными, чуть насмешливыми взглядами. Все разные, но неуловимо похожие. А в моей квартире на стене висело черно-белое фото, распечатанное на принтере – там мы всей семьей гуляли в парке.

Быть просто Эммой рядом с Хьюго не выйдет. За мной все два года будет следить множество глаз, чтобы обсудить, оболгать, найти подвох. И бабушка Мег в итоге покажется милой женщиной.

– Прошу за мной. – Слуга, названный Соджем, прошел мимо, указывая дорогу в одну из высоких двустворчатых дверей.

– Не стой, воробушек, пришло время знакомиться с новой семьей. – Хьюго ухватил меня за руку, сжал пальцы и повел вперед, приговаривая: – Расслабься, я все скажу сам. Твое дело – быть милой и улыбчивой, ты сможешь.

Не такая уж и сложная задача.

Как животное в зоопарке или цирке. Я буду показываться зрителям, крутиться перед ними, а потом получать за это вкусную еду и что там еще захочу… Одежду, аксессуары, похвалу от дрессировщика.

Будто через вату в ушах услышала, как нас представил слуга. Хьюго провел меня в столовую. Снова все дорого, помпезно и вычурно. И огромный стол с двадцатью стульями, за которым сидели всего четверо, подтвердил мою мысль – здесь даже не слышали о том, что такое уют и семейное тепло.

– Ох, Хьюго! – Леди Меган приветственно приподняла руку и выдавила скупую улыбку, не разжимая губ. – Как мило, что ты приехал, мой мальчик.

– Сын! – Во главе стола поднялся мужчина, очень похожий на моего мужа, только лет на двадцать пять старше. Все еще очень хорош собой, с такой же обворожительной улыбкой, но с намного более грустными глазами. – Какой приятный сюрприз. Я хотел звонить тебе сегодня, звать к нам.

Хьюго чуть сжал мои пальцы, чтобы отпустить их и приобнять за плечи, заявив:

– А ведь я не один. Знакомьтесь, это – Эмма. Моя жена.

В повисшей следом тишине было практически слышно, как упала челюсть у еще одного пожилого мужчины, сидящего напротив Мег. Он был моложе ее, но черты лица имел очень похожие, из чего я сделала вывод, что вижу ее брата, Пола. Рядом с самой бабулей сидел ровесник Хьюго: красивый блондин с немного чопорным выражением лица и холодными голубыми глазами. Вот таким я бы нарисовала принца чистых кровей в воображении.

– Жена? – наконец отвис старший Мальбони. – В смысле… жена?

Он дождался твердого “да” от сына и, нащупав стул сзади, снова сел за стол.

– Добрый вечер, – вспомнила я о хороших манерах. – Мне очень приятно оказаться здесь в этом… чудесном доме. В такой… теплой компании.

Я немного запнулась, подбирая слова, но Хьюго остался невероятно доволен. Он расцвел еще больше, повел меня к свободным стульям, усадил рядом с собой и объявил еще одну радостную новость:

– Мы поженились в Вегасе, но повторим обряд уже для всех в те же сроки, что и было оговорено раньше.

– Но раньше невеста была другая, – ответил его дядюшка, глядя со своего места на меня.

– От перемены мест слагаемых… – отмахнулся Хьюго. – Эмма – моя любовь.

Я закашлялась. Бабушка Мег, глядя, как заботливо стучит по моей спине ее внук, чуть подалась вперед и уточнила:

– Значит, любовь?

– Угу. – Я добралась до стакана с водой, отпила залпом почти половину.

– Как хорошо! – обрадовалась бабуля. – А то я решила, что внук женился на первой попавшейся девице, напившись до беспамятства.


Секунда. Другая. Мег разразилась тихим скрипучим смехом. Ей мгновенно начали вторить все остальные. Шутка удалась – у меня аж уголок губ нервно дернулся от счастья.

– У нас все серьезно, – подвел итог всему вышесказанному Хьюго. – Ты была права, мне пора остепениться. И давно. Эмма – мой путевой светлячок.

– Прокладывает путь ночью к дому? – с ухмылкой спросил дядя Пол.

– Осторожней, – муж повернулся к нему, сжимая в руках вилку, – моя Эмма очень обидчива. И я тоже печалюсь, если она грустит.

– Эмма, милая, – снова подала голос бабуля, – ты не приболела? Бледная такая.

– Она просто не любит косметику, Мег, – сказал Хьюго за меня. – Пусть это тебя не удивляет.

Я решила прекратить играть в молчанку и пояснила его слова:

– Я убеждена, что любить человека нужно не за внешнюю оболочку. Вот и все.

– Любить? В этом ты безусловно права, дорогая. Тут бы симпатизировать начать… – Мег, поджимая губы, посмотрела на отца Хьюго, кивнула ему и добавила, обращаясь снова ко мне: – Я рада, что ты девушка с убеждениями. Действительно, кому какое дело, как выглядит жена Хьюго Мальбони? Ну, решат газетчики, что ты беременная или больная, потому и имеешь столь несчастный вид. Мы-то знаем, что ты просто… принципиальная. Не больная. Кхм… Содж, прикажите подавать горячее, я проголодалась.

Хьюго усадил меня рядом с собой, подальше от бабули, но близко к собственному отцу, который, не скрывая удивления, продолжал пристально меня разглядывать.

Впрочем, меня сверлили глазами все.

Поэтому когда принесли жаркое из индейки, я поняла, что мне кусок в горло не полезет. А если и полезет, я попросту не сумею его прожевать и проглотить. Так и скончаюсь с едой, вставшей посреди гортани, под презрительными “фи” от аристократии.

– Эмма? Не услышал вашей фамилии, – неожиданно заговорил Массимо Мальбони. – Расскажите о себе? Сами понимаете, для нас несколько неожиданно появление Хьюго с женой, и все за столом хотели бы узнать о вас больше.

Этот мужчина очень странно выделили слово “женой”. Как я и подозревала, в семье Мальбони не очень любили сюрпризы, что бы ни говорил мне “муж”. Пришлось даже немного порадоваться, что с бабушкой знакомство состоялось еще утром, правда, леди Меган пока и вида не подавала, что уже меня знает. Сверлила хитрыми глазками наравне со всеми, переглядывалась со своим братом и иногда кривилась, будто в поданном ей горячем блюде попадались горошинки перца.

– Эмма Вайлет, – представилась я, почему-то ощущая себя в этот момент на собеседовании. – Выпускница Бостонского юридического колледжа, закончила обучение в этом году с отличием…

– Вайлет? – Массимо пропустил все мои достоинства кроме фамилии мимо ушей, и перевел взгляд на Хьюго.

– Да-да, это дочь доктора Вайлета, – подтвердил сынуля, и на лице его отца тут же расправились морщины.

В этот момент у меня в голове против воли стала вырисовываться цепочка мыслей Массимо Мальбони. Итак, он видит меня – не очень перспективного щеночка, родившегося несколько ущербным и больным на вид. И этого щенка притащил его сын!

А Хьюго Мальбони по всем признакам – породистая борзая. Очень-очень породистая. И очень борзая. Весь в отца. Смешивать породу нельзя, ужас! Уж-жас!

И тут выясняется, что у щенка с улицы тоже родословная. Какая-никакая, а перспектива есть. Вдруг тоже борзую смогут вырастить? Ну тогда ладно. Посмотрим, что из этого выйдет!

Я опустила ресницы, уставившись на собственную тарелку и пытаясь скрыть смех. Губы все равно дрогнули, так что пришлось схватить стоящий рядом бокал и срочно запить собственное веселье. Между прочим, невероятно вкусным вином…

– Ваш отец отличный специалист. – Массимо Мальбони чуть склонил голову набок, заново меня оценивая.

– Спасибо, – поблагодарила, радуясь, что хоть моего отца тут уважают. Насколько они вообще могут кого бы то ни было уважать.

Мне же их хорошее отношение придется либо выгрызать, либо плюнуть на все, развернуться и уйти – потому что гордость дороже.

Или все-таки остаться? Интересно, насколько часто нужно будет терпеть такие ужины?

– Эмма, а как вы познакомились с Хьюго? – вступил в разговор дядюшка Пол.

Пришлось повернуть голову, чтобы еще раз хорошенько посмотреть на человека, которому мое появление явно пришлось костью в горле.

Пол был уже в возрасте, с сединой, лысиной на макушке и колючим взглядом – последнее с Мег у них было общее. А вот манеры и умение себя держать разные.

Англичанка действительно даже оскорблять умела так, что хотелось в ответ сказать “спасибо, вы очень любезны”. Она заставляла трепетать, просто сидя напротив и разделывая кусок мяса ножом и вилкой. Вжух-вжух – скользнул нож по тарелке. Вжух – теперь уже взгляд на меня. И холодок по коже… А вот ее брат был просто мерзким типом. Иного впечатления он не производил. Ощутимо сгорбившись, отчего его костюм казался больше на несколько размеров, он кривил нос, сразу показывая – я такому прекрасному семейству не ровня.

– Так как вы познакомились? – еще раз повторил вопрос Пол. – Право, нам всем очень любопытно.

Я покосилась на Хьюго. Эту часть вопроса мы не обсуждали. И что-то мне подсказывало – правда бабулю не устроит.

– Это очень длинная история, не так ли Эмма? – пришел на помощь Хьюго. – Такая длинная, что проще написать о ней книгу, чем загружать этот ужин таким долгим рассказом. Давайте лучше о чем-нибудь другом. Например, о делах фирмы. Покупка “Корридж и Тайсон”.

– О, хорошо, что ты завел об этом разговор, – тут же оживился Массимо, откладывая столовые приборы и ввинчивая в диалог множество неизвестных мне терминов.

Я вздохнула свободно.

Опустив взгляд, даже решила немного поесть. Кажется, разговор плавно уходил от темы моего появления в этом доме, и оставалась надежда расслабиться, но не тут-то было.

– Покупка конкурирующей фирмы – это, конечно, прекрасно. – Долго молчавшая Мег отложила в сторону вилку и нож, промокнула тонкие губы салфеткой и проговорила: – Но здесь, за столом, меня больше интересуют дела семейные, а именно твое здоровье, Хьюго. Все ли с ним в порядке? Я беспокоюсь.

Хьюго, явно пораженный такой заботой бабули, тоже отложил приборы и чуть склонил голову набок, совсем как его отец парой минут раньше.