Язычник

В общем, они были правы. Ярополк наконец понял, что пора зарабатывать славу полководца. Вот только момент он выбрал неудачный. И слава, которую принес ему поход на собственного брата… Лучше бы ее не было вовсе.





Глава двадцать вторая

Викинги




976 год от Рождества Христова.

Курляндия



В тот год, как было сказано выше, князь Владимир, старший сын великого князя Святослава, прожил свое двадцать первое лето.[13]

Да, ближники по-прежнему звали Владимира князем, хотя он утратил новгородский стол, а с ним и оброк, который платили ему новгородцы.

Нельзя сказать, что взаимоотношения Владимира и новгородцев складывались легко, однако в Новгороде помнили, что сами просили Владимира на княжение. Да и оброк своему князю было платить как-то легче, чем чужому. Правда, характер у своего князя оказался – не из легких. А со временем выяснилось, что, помимо резкого нрава, имелась у Владимира Святославовича ну прям-таки жеребячья страсть к женскому полу.

Но – прощали.

Новгородцы – практичный народ, и понимали, что от Владимира пользы было много больше, чем вреда. А девки… Так за девок можно и отступное взять. А коли понесет какая от Владимира, так тоже не худо. От такой славной крови роду только прибыток. Когда Владимир сдружился со свеями, это тоже пошло на пользу Новгороду. Правда, самому Владимиру от этой дружбы пользы было еще больше. За несколько лет он добыл в виках побольше, чем получил от новгородцев за все время княжения. То, что вик – это по сути самый настоящий разбойный поход, новгородцев не смущало. Не их же обдирают Владимировы дружинники-викинги. Многие в этом видели чистый прибыток. И конкурентов меньше, и денежки добытые тут же в Новгороде и тратятся. Не будь войско киевское таким сильным, а слава воеводы Люта – такой громкой, новгородцы не задумываясь выступили бы на стороне своего князя. Тем более что многие в Новгороде не одобряли отступничества великого киевского князя от издревле почитаемых богов к богу ромеев.

Однако что случилось, то случилось. Новгород отрекся от князя и принял наместника. Но думать, что дела изгнанного князя обстоят совсем уж худо, было бы ошибкой. В целом год этот был для Владимира весьма удачен. Если можно говорить об удаче того, кто потерял княжий стол. Вместе с ярлом Дагмаром на пяти кораблях ходила дружина Владимира на восточные земли. Добычи взяли немало.

Когда друзья-викинги вернулись из дальнего похода, лето еще не кончилось. Поразмыслив, Владимир и Дагмар решили еще поратоборствовать.

На двух кораблях (остальные с товаром поплыли в Бирку) они надумали пощупать землю, что называлась Курляндией.

Провели разведку. Выяснили: курлы настроены невоинственно. При виде длинных хищных драккаров с красными щитами на бортах курлы тут же бросали имущество и удирали в лес.

Дагмар с Владимиром посовещались и решили, что нападать всем вместе на каждую занюханную деревеньку – пустая трата времени.

Так что, в очередной раз высадившись на берег, оба предводителя разделили своих людей на большие десятки, наметили каждому – куда идти (от местных «языков» викинги знали примерное расположение курлянских селений), а вечером – встретиться и отплыть.

Владимир разделил своих людей на несколько отрядов и разослал их по окрестностям. Однако сидеть на берегу было скучно, поэтому, оставив старшим Сигурда, Владимир тоже отправился за добычей. С собой он взял Лунда и его большой десяток. Десяток этот был не из лучших. Владимир отдал опытному десятнику под начало молодых – разноплеменных отроков из младшей дружины. Так что сейчас под Лундом ходило лишь двое опоясанных гридней: плесковец[14] Дутый и сын купца-дана по имени Хривла. Этих Владимир знал. Князю хотелось поглядеть, каковы в деле остальные. Владимир специально отобрал тех, кто в дальнем походе не успел отличиться. Всего с Владимиром отправилось пятнадцать человек. Князь посчитал, что этого довольно, чтобы управиться с курляндскими смердами. А коли окажутся на их пути не только смерды, но и курляндские вои, так для них же хуже. Свеи да нурманы держали в страхе не каких-то там курлов, а обладающих крепостями и замками франков и англов, а дружинники Владимира ничуть не хуже викингов.

Словом, дело виделось нетрудным. От взятого накануне «языка» Владимир уже знал, что в облюбованном им селении нет даже простого частокола и обитает около полусотни смердов мужского пола. Чтобы управиться с десятком смердов одного-двух отроков хватит за глаза. Чтобы взять такое село, хватило бы пятерых хирдманнов. Но пятерым не набрать достаточно пленников. Перебить и разогнать всех смердов – дело нехитрое. Однако тогда придется тащить взятую добычу на себе, а это сомнительное удовольствие. Да и пленных можно потом продать. Тоже выгода.



Вышли с рассветом, до места добрались после полудня. Заплутали малость.

Зато село не разочаровало: вокруг – обширные поля, на огнищах там и сям – небольшие строения. Вдоль лесной опушки мимо полей тянулся высокий забор – надо полагать, чтоб скот в лес не удирал. А может, чтоб звери лесные не ходили поля травить. На заборе сушились рыбацкие сети (должно быть, поблизости было озеро или речка) и куски полотна – дешевой дерюжной холстины, из какой в Новгороде шьют мешки для зерна.

За полями, примерно в двух стрелищах виднелось большое подворье. Вокруг него – тоже забор. Именно забор, а не тын. Такой в два счета развалить можно. Впрочем, разваливать забор необходимости не было. Ворота гостеприимно распахнуты. Людей, однако, не видно.

– Упредили, – недовольно проворчал Дутый, белобрысый конопатый здоровяк, сын плесковского гридня и теремной девки. – Позволь, княже, по лесу пошарить. Уверен: в лес они сбёгли!

– Пошарь, – разрешил Владимир. – Только глубоко не заходи. Лунд, дай ему пару воев.

Дутый с двумя отроками припустил рысцой через овсяное поле, а Владимир с остальными вбежали во двор.

Сразу стало ясно, что обитатели подворья покинули его недавно и второпях. Угли в очагах были еще теплыми.

А вот скотину угнали заранее. А может, просто выпасали в другом месте.

Владимир велел одному из отроков залезть на крышу главного дома и наблюдать, а остальным – обшарить дома, причем выбирать только самое ценное. Еще неизвестно, удастся ли Дутому наловить носильщиков.

Строений на подворье было шесть, не считая главного дома, так что воинам потребовалось немало времени, чтобы обыскать всё и выявить тайники и захоронки. Больше всего провозились в главном доме, длинном, просторном, со множеством клетей и чуланов.

Словом, пока всё выгребли, солнце уже подкрасило сосновые верхушки.

Добычи набралось изрядно. Одной бронзовой утвари – пудов на тридцать. Эх, жаль, что смерды сбегли и скотину увели. Придется на себе волочь.

Дутый все не возвращался. Владимир уж и в рог протрубил, а плесковца с отроками всё не было. Может, ушли далеко, а может, поймали кого из курлов. С пленными путь раза в три длиннее получается.

За самих хирдманнов князь не беспокоился. Дутый с отроками уж точно стоил полусотни трусоватых землепашцев.


– Ждать не будем, – решил Владимир. – Дорогу знают, налегке догонят.

Воины разобрали тюки и покинули подворье.

Однако не успели они пройти и половину пути до леса, как на опушке появились курлы. Много. Не меньше двух сотен.

– За подмогой бегали, – проворчал Лунд.

Он был спокоен. Один викинг стоит двух дюжин смердов. Чтобы справиться с тринадцатью – и тысячи землепашцев не хватит. Дольше резать придется, вот и все.

Владимир прищурился, разглядывая курлов… Нахмурился, разглядев на некоторых боевое железо. Бронных смердов не бывает. Значит, подоспели здешние вои. Надо полагать, какой-нибудь местный хёвдинг с дружиной.

– Уходим вдоль изгороди, – скомандовал Владимир.

Курлы к этому времени уже бодро бежали через поле. Разглядели, что чужих совсем мало и обрадовались.

– Среди них – вои, – озабоченно произнес Лунд.

– Это не вои, а смех один, – отозвался Хривла, поудобнее закрепляя на спине тюк с добычей. – Увидят кто мы, враз в штаны наделают.

Подбежав к неторопливо двигавшимся хирдманнам шагов на пятьдесят, толпа курлов остановилась.

Похоже, Хривла оказался прав: узнав в грабителях викингов, местные подрастеряли боевой задор.

Вперед тут же выдвинулись лучники и принялись осыпать Владимира и его людей стрелами.

Безрезультатно. Луки у курлов были слабые, охотничьи. Доспех из таких не пробить. Да и попасть – трудновато. Викинги отмахивали стрелы клинками, принимали на щиты… Словом, когда у курлов закончился боезапас, потерь среди их противников не наблюдалось. Разве вот одному отроку несильно поцарапало щеку.

Курлы подобрались поближе. Кто-то метнул копье… Хривла перехватил его на лету и отправил обратно. Один из доспешных курлов вскрикнул и сел на землю. Копье пробило ему бедро.

А викинги продолжали двигаться к лесу. Курлы не нападали.

– Струсили, – проворчал Лунд.

И оказался неправ.

Курлы не струсили. Они просто ждали, пока грабители угодят в выбранную ими самими ловушку.

И викинги попались.

Владимир слишком поздно понял, куда выводит изгородь. А вывела она не к лесу, а к другой изгороди, такой же высокой и загибающейся навстречу первой.

Князь и его люди оказались в тупике.

Курлы, образовав подобие строя, отрезали им путь к лесу.

В задних рядах топтались смерды, вооруженные кто чем. Впереди стояли вои в доспехах, довольно убогих, надо признать. Лишь у троих бронь была получше. Из этих троих один был постарше, с проседью в бороде, двое – намного моложе.

«Местный князек с сыновьями, – решил Владимир. – Сейчас начнет переговоры».

– Бросай оружие, викинг! – хрипло выкрикнул тот, что постарше, на плохом свейском.

– Мечтай! – презрительно бросил Лунд.

– Бросай оружие – и мы вас не убьем. Нам нужны сильные трэли!

– Из нас трэлей не получится, – вступил в разговор Владимир. – Ты – здешний ярл?

– Не ярл. Но я здесь – господин! – с важностью заявил пожилой. – Не хочешь быть трэлем, так и быть, я отпущу тебя за выкуп. Вижу, ты человек не бедный.

– Я предлагаю тебе другое, – сказал Владимир. – Вы даете нам дорогу, и мы уходим. Никто никого не убивает. Разойдемся, пока между нами нет смертной крови.

– Уже есть, – с усмешкой заявил пожилой.

Он сделал знак – и один из курлов швырнул к ногам Владимира отрезанную голову. Это была голова одного из отроков, ушедших с Дутым.

– Видишь, викинг, мы умеем убивать вас, морских разбойников. Бросай оружие!

– Я должен посоветоваться со своими людьми, – сказал Владимир.

– Советуйся, – разрешил курл. – Но недолго. Нас много, а у меня мало муки. Я хочу, чтобы вы, викинги, натолкли мне мешок муки раньше, чем стемнеет. Вы – сильные, у вас хорошо получится орудовать пестами.

Некоторые курлы засмеялись. Видно, они тоже понимали по-свейски. Усадить викингов за женскую работу – славная шутка.