Я говорил, что люблю тебя?

– И что я делаю? – шепотом ругала я себя, пока возилась с замком. Кретин, который только и успел, что основательно меня выбесить, сейчас просит впустить его в дом и я спокойно иду у него на поводу?

Стоило замку щелкнуть, как сомнения улетучились, и я распахнула дверь.

– Где, черт возьми, тебя столько времени носило? – заворчал Тайлер, протискиваясь мимо меня в дом. Его сопровождал «чарующий» запах спиртного и сигарет.

Я закрыла дверь и снова заперла ее на замок.

– Ты пьяный?

– Трезвый как стеклышко, – ответил он и улыбнулся во весь рот, но улыбка тут же превратилась в надменную ухмылку. – Что, уже утро?

– Три часа ночи.

Тайлер хихикнул себе под нос и на заплетающихся ногах, спотыкаясь, попытался взобраться по лестнице.

– Когда это все успело появиться? – Он похлопал рукой одну из ступенек. – Раньше их здесь не было.

Я пропустила его слова мимо ушей.

– Принести тебе воды? – спросила я.

И в ответ услышала:

– Лучше принеси мне еще пива.

Сквозь темноту я проследила, чтобы Тайлер все-таки добрался до верха и зашел в свою комнату – слава богу, на этот раз дверьми он не хлопал. Увидь сейчас Элла, до какой степени он пьян, – и одним трупом стало бы больше.

Я последовала примеру Тайлера: быстро поднялась наверх и нырнула к себе. В комнате по-прежнему стояла невыносимая духота. Стянув одежду, я как попало разбросала ее по полу, но в кровать ложиться не стала – что-то не хотелось заканчивать жизнь бесславной смертью от перегрева. Я устроилась у окна и, прижавшись лицом к прохладному стеклу, втянула в себя ночной воздух. У почтового ящика валялась смятая пивная банка.

Вот кретин!





4




Когда Рейчел говорила, что зайдет утром, я и подумать не могла, что ровно в десять часов четыре минуты она уже будет стоять под нашей дверью. Просыпаться летом раньше полудня, а уж тем более общаться с кем-то – это вообще что-то из ряда вон выходящее! Это противоречит всем принципам любого нормального подростка. Поэтому, сойдя вниз, я метнула на Рейчел сердитый взгляд.

Отец с кружкой кофе рукой придерживал открытую дверь, и на его лице светилась приветливая улыбка.

– А вот и Иден!

– Ладно, пап, иди! – мягко сказала я, но глаза все-таки закатила. Еще какое-то время отец лучезарно мне улыбался, словно я снова ученица нулевого класса, и ко мне впервые пришла подружка, а потом ушел в гостиную. – Надоел.

Рейчел засмеялась.

– Да мой – такой же! Что-то мне подсказывает, что это неписаный закон природы: стал отцом – превращаешься в зануду.

– Ага! – Толком еще не проснувшись, я удивлялась сама себе, потому что умудрялась говорить что-то внятное. – Слушай, мне вчера было как-то и невдомек, что мы выходим так рано.

– Ты что? Сегодня же суббота, и если мы собираемся на бульвар, надо спешить, иначе там будет не протолкнуться. – Вытаращив глаза, Рейчел смотрела на меня с туповатой улыбкой. Лично мне слово «бульвар» вообще ни о чем не говорило.

– А-а… – Я еще секунду – а может, и несколько – помедлила, рассматривая, во что Рейчел одета. На ней были клевые шортики, блузка на пуговицах, солнечные очки со стеклами в форме капелек и полный комплект бижутерии. А на мне пока лишь безразмерная футболка с изображением мультяшного альпака. – Сейчас, я мигом. Подождешь меня здесь? Или…

– Лучше сама зайди за мной, как соберешься, – предложила Рейчел. И для ясности добавила: – Вон тот дом. – Она указала на дом через дорогу и, уходя, вежливо попросила меня поторопиться.

Сборы заняли всего полчаса. Завтракать я не стала, шесть минут потратила на душ, оделась, как Рейчел, распустила волосы и немного подкрасилась. Все предельно просто и быстро.

– Я ухожу, – заглянув на кухню, предупредила я отца, который обсуждал что-то с Эллой.

Он прервался на полуслове.

– Будь осторожна и не слишком задерживайся. А куда вы направляетесь?

– Да я и сама толком не знаю. Вроде бы это называется бульвар, – пожала плечами я.

– О! И Тайлер тоже туда пошел, – вставила Элла. До сих пор я об этом идиоте даже ни разу не вспомнила.

Отец машинально повернулся и взглянул на жену.


– А ты что, не наказала его? – резковато спросил он. Видимо, отец тоже не выносил Тайлера, и я вполне его понимала. Не самый приятный тип. – Прекрати делать ему поблажки! Ну сколько можно с ним нянчиться?!

– Приятно повеселиться, – улыбнувшись, сказала мне Элла, полностью игнорируя злобную тираду отца.

Повисла неловкость, и я поспешила уйти. К тому же заставлять Рейчел ждать мне тоже не хотелось. Зачем раздражать новую подругу на следующий же день после знакомства? Было ровно десять тридцать семь, когда я появилась у ее дома, и, к счастью, она не злилась, хотя явно какое-то время меня уже ждала.

– Сегодня будет жарко, – сказала Рейчел и, взглянув на небо, вздохнула. Пожалуй, она права – сейчас уже гораздо теплее, чем было вчера. А времени только одиннадцать часов. – Ладно, идем.

На подъездной аллее стоял красный «бугатти», Рейчел вытащила ключи и пикнула сигнализацией.

– Когда это ты успела получить права? – скептически спросила я.

Выгнув брови, Рейчел вздохнула, недовольная тем, что я хоть и ненамеренно, но затягиваю отъезд.

– В ноябре, – ответила она. Я удивленно уставилась на нее. – Угадать, о чем ты думаешь? Что с ноября еще не прошло двенадцати месяцев? Здесь никто не придерживается этих дурацких правил, поэтому не бойся, поехали!

Мне не было двадцати лет, а значит, ездить с ней было запрещено, тем не менее я нырнула на пассажирское сиденье, на всякий случай тщательно проверив, все ли в порядке с моим ремнем безопасности.

– Значит, тебе уже семнадцать? – предположила я. Рейчел задом вырулила с аллеи на дорогу.

– Да, я перешла в двенадцатый класс, – ответила она, пристально смотря перед собой, потому что мы ехали довольно быстро. – Мы с Тайлером одноклассники. А ты?

– Я иду в одиннадцатый. – Осталось два года, а потом я соберу чемодан и поеду в Чикагский университет. До этого еще целая вечность, но я уже начала заполнять предварительное заявление, потому что страшно хочу туда поступить. Я настроилась на Чикаго с девятого класса. И хотя мама больше за то, чтобы я поступала в Портлендский государственный университет, по-моему, в Чикаго курс психологии гораздо глубже, а психология – единственное, что мне нравится. За людьми так интересно наблюдать!

– Одиннадцатый класс самый паршивый, – поделилась со мной Рейчел. – Ты точно его возненавидишь. – Она включила магнитолу, и в салон ворвалась оглушительная музыка. Рейчел стала подпевать. Мы промчались по Дидре-авеню и свернули налево.

После пяти минут езды меня замутило: то ли от неумелого вождения Рейчел, то ли от мысли, что скоро я окажусь среди толпы, в которой где-то бродит Тайлер.

– Кстати, с нами идет еще Меган, – сообщила Рейчел, убавив звук. Она остановила машину у дома из светлого кирпича и нажала на клаксон.

Через несколько минут к машине подскочила американка азиатского происхождения с блестящими темными волосами. Девушка устроилась на заднем сиденье за спиной Рейчел.

– Привет, девчонки, – тихо поздоровалась она.

– Привет, Мег. – Рейчел завела мотор. – Это Иден, сестра Тайлера.

– Сводная сестра, – поправила я и, повернувшись, добавила: – Приятно познакомиться.

– И мне, – улыбнувшись, ответила Меган, пристегивая ремень безопасности. – Ты к нам на лето?

– Угу.

Снова заорала музыка, и, к моей радости, разговор пришлось прекратить. Вскоре мы покинули жилую зону. Вокруг замелькали мотели, кафе и офисные здания. Автомобилей тоже существенно прибавилось.

– Терпеть не могу искать где поставить машину, – застонала Рейчел, въезжая на многоуровневую парковку. Она на скорости влетела на три уровня вверх и по диагонали встала на свободное место. – Ну что, теперь по магазинам!

Девчонки торопились, я же, наоборот, сознательно не спешила – хотела немного осмотреться. Мы дошли до угла и свернули на соседнюю улицу. Вот тут-то я наконец и поняла, что такое бульвар. Передо мной открылась огромная пешеходная зона, изобилующая магазинами известных мировых брэндов, дорогими ресторанами и пафосными кинотеатрами – по сути, некий развлекательный комплекс, куда все почему-то стремятся попасть. Я никогда не понимала, что в этом такого особенного, и даже ненавидела подобные места.

– Иден, познакомься! Это и есть знаменитый бульвар на Третьей улице! – сказала Рейчел. Я съежилась. – Мое самое любимое место в Лос-Анджелесе. Перед ним невозможно устоять!

– Мое тоже, – добавила Меган. Наверное, они обе – ненормальные или стараются быть, как все. А с другой стороны, почему бы им не любить этот удивительный, нереальный бульвар? Они же девчонки. Симпатичные девчонки. А для девчонок вполне естественно все больше и больше привязываться к подобному месту, пока они не начнут воспринимать его, как настоящий рай на земле.

– Здесь круто, – сказала я. Однако прозвучало это так сухо, что и ежу было понятно: вру. Пришлось защебетать: – А он вообще длинный?

– Целых три квартала! – Рейчел взглянула на часы и призывно замахала руками. – Идемте скорей, мы теряем драгоценное время, которое могли бы потратить на шопинг!

Господи, шопинг – самое пустое времяпрепровождение, какое только придумали люди! Ну, за исключением книжных магазинов, конечно, где можно с замиранием сердца рыться на полках часами. Хотя, думаю, Рейчел и Меган такой вид шопинга не знаком. Естественно, первым делом они потащили меня в «American Apparel».

– Ты здесь на отдыхе, поэтому выбирай, что хочешь! – сказала Рейчел. – Мне нужны новые брюки, пошла искать.

– А мне нужен бюстгальтер, – добавила Меган.

Девчонки испарились, оставив меня одну посреди огромного магазина, чтобы я занялась тем, что ненавижу больше всего на свете: покупкой одежды. «Ладно, раз так, посмотрю себе что-нибудь на лето», – решила я и, собравшись с духом, начала копаться на стеллажах и перебирать вешалки с одеждой. И даже кое-что себе присмотрела: миленькую рубашку и топик с ацтекским принтом. Осталось убедиться, что размер мне подходит. Но в примерочные была очередь. Пристроившись в конце, я тяжело вздохнула.

– Иден, – позвала возникшая из ниоткуда Рейчел. – Пошли со мной.

– Зачем? – не поняла я.

– Затем… – Рейчел умолкла, потому что стоящая впереди женщина оглянулась и смерила ее пытливым взглядом. Схватив мой локоть, Рейчел увлекла меня за собой. – В задней части магазина есть еще примерочные. Они закрыты, но мы все равно ими всегда пользуемся. Забей на очередь. Пойдем, я тебе покажу. – С охапкой перекинутых через руку брюк Рейчел вела меня в самый дальний угол магазина. – Я еще не все тут посмотрела, поэтому найдешь нас, когда закончишь, ладно?

Она вновь исчезла. Я осталась стоять перед белой дверью, на которой было написано, что всем покупателям вход воспрещен. А может, Рейчел решила меня разыграть? Посмотрев на всякий случай по сторонам, я убедилась, что поблизости никого нет, и нырнула за дверь. Чувствуя стыд, я решила, что надо побыстрей все примерить и уйти, пока меня не застукали. Было тихо, если не считать негромко играющей на весь магазин дурацкой музыки. Я нырнула в ближайшую кабинку. Сердце бешено колотилось, даже непонятно – почему. Но едва я начала снимать кофточку, как за перегородкой кто-то хихикнул. Я замерла, дыхание перехватило.

– Посто-о-о-ой! – не то шепнул, не то хихикнул кто-то. Так мягко и тихо, что я едва расслышала. Голос был женский.