Извращенные сердца

Я крепче обнял ее и сосредоточился на экране, где начался первый бой.

— Его высокий удар был плохо исполнен. Неправильный угол и никакого напряжения, — сказала она. — Будто он новичок. Если бы ты нанёс такой удар, другой парень оказался бы на спине.

В ее голосе звучала почти гордость, что вызвало у меня неожиданное чувство удовлетворения. Я продолжал украдкой поглядывать на Джемму во время боев, наслаждаясь ее напряженным выражением лица и восхищением жестоким спортом. Мысль о том, что я почти потерял ее, потерял это, если бы она была с другим мужчиной — заставляла меня чертовски злиться на себя. Я был большим мудаком.

Когда последний бой закончился, я не был уверен, как я вообще мог смотреть бой без ее комментариев.

— О чем думаешь? — спросила Джемма.

По какой-то причине я не мог сказать ей правду.

— Что я должен научить тебя вождению.

Она вздохнула.

— Ты действительно не злишься?

Я поцеловал ее в шею.

— Действительно. Но если хочешь загладить свою вину, я не откажусь.

Джемма наклонила голову, предоставляя мне лучший доступ, когда я уткнулся носом ей в шею.

— Я могу испечь тебе что-нибудь.

— Я бы предпочел что-нибудь другое.

— Савио…

Я усмехнулся.

— Попробовать стоило.

Я растянулся на диване, прихватив с собой Джемму. Наши тела прижимались друг к другу, мы целовались. Моя рука сжала ее упругий зад, прежде чем я закинул ее ногу себе на бедро.

— Ты уверен, что твои братья не войдут?

— Поверь мне, они могут догадаться, что мы задумали.

Румянец залил щеки Джеммы.

— Они думают, что мы занимаемся сексом?

— Возможно. Ну же, Джем. Неужели это действительно так важно?

Вместо ответа она поцеловала меня. Я и не собирался жаловаться. Несмотря на мои слова, я не смог убедить Джемму сделать что-то большее, чем поцелуи на диване. И все же она не смогла устоять перед моим обаянием и моими пальцами, как только мы оказались в постели.

Снять Джемму с моей руки было чертовски увлекательно, даже если бы мое тело кричало о большем, но на этот раз я не буду давить на нее. На этот раз я буду держать свой член в узде.

***

Джемма нервно прикусила нижнюю губу, сидя за рулем Лотуса Нино. Это была машина, которой он редко пользовался из-за детей.

— Ты уверен, что твой брат не будет возражать?

Я не спрашивал об этом Нино. Сегодня он отправился на работу на своей Тесле, и ему не понадобится его Лотус.

— Сосредоточься, Китти.

Джемма бросила на меня сердитый взгляд и наконец завела машину. Она забыла поставить ногу на сцепление, и двигатель с жалобным заиканием заглох.

— Не говори ничего! — прошипела она.

Я откинулся на спинку сиденья, чтобы расслабиться, и подавил улыбку.

— Тогда делай свое дело.

Она вновь завела автомобиль и переключила его на первую передачу. Нахмурившись, она завела машину, но слишком быстро отпустила сцепление. Лотус дернулся вперед, а затем заглох.

— Еще раз, — сказал я. — На этот раз медленнее.

— Потому что Лотус двигается медленно, — пробормотала она.

Ох, моя Джем ненавидела быть плохой в чем-то.


— Ты должна научиться ползать, прежде чем пытаться ходить.

Она прищурила глаза. На этот раз она сделала так, как я сказал, и машина медленно поехала по подъездной дорожке.

— А теперь жми на газ.

Она так и сделала, но слишком сильно. Мотор взревел, умоляя перевести его на вторую передачу.

Джемма запаниковала и снова заглушила двигатель. Вздохнув, она покачала головой.

— Ты уверен, что хочешь научить меня этому? Диего наверняка уже начал бы кричать.

— Я могу быть терпеливым, если захочу. Я не буду кричать. Попробуй еще раз.

Я не унаследовал нетерпение нашего отца, как Римо.

Два часа спустя мы вернулись домой после короткой экскурсии по Вегасу. Джемма сияла всем своим видом, когда припарковала Лотус на подъездной дорожке.

— Ты хорошо справилась…

Она обняла меня и поцеловала. Расстегнув ремень, я наклонился, углубляя поцелуй. Я мог целовать Джемму часами.

Раздался грохот, и мы оторвались в разные стороны.

Невио опустился коленями на капот машины, прижался лицом к лобовому стеклу и забарабанил кулаками по стеклу.

Я толкнул дверь и открыл ее.

— Эй! — прорычал я. — Я засуну твою голову в унитаз, заноза ты в заднице! — повернувшись к Джемме, я сказал: — Помоги мне поймать монстра.

Мы оба вышли из машины. Невио соскользнул с капота, хихикая, и бросился прочь.

Джемма со смехом бросилась за ним. Понаблюдав минуту за ее задницей, я погнался за маленьким монстром. Невио увернулся от нас, как чертов кролик. Джемма широко улыбалась, когда столкнулась с моим племянником, спрятавшимся за деревом.

Я мог наблюдать за ней весь день, но Невио необходимо было преподать урок. Он метнулся влево, чтобы избежать атаки Джеммы, и я, наконец, поймал его сзади за футболку. Рывком притянув его к себе, я обхватил его рукой за талию и поднял с земли. Даже свисая вниз головой, он продолжал сопротивляться.

— Пришло время для расплаты.

— Неееет!

Джемма остановилась рядом со мной, тяжело дыша.

— Ты же не собираешься макать его в унитаз, правда?

Я намеревался сделать это, но, глядя на ее лицо, понял, что это не принесет мне никаких дополнительных очков.

— Я просто сброшу его в бассейн.

Невио продолжал кричать, пока я нес его к бассейну, а затем стал держать над водой. К несчастью, к нам направлялся Римо с Гретой на руках.

— Я вообще хочу знать, что здесь происходит?

— Наверное, нет, — сказал я, все еще держа Невио. — Этот парнишка снова ведет себя как заноза в заднице.

Римо поставил Грету на землю и жестом попросил меня передать ему Невио. Со вздохом я передал ему ребенка. Он поставил Невио на землю и присел перед ним на корточки.

— Когда я говорю тебе прекратить — ты прекращаешь.

Невио взглянул на Грету, явно надеясь на ее поддержку. Я схватил ее прежде, чем она успела ему помочь.

— Как насчет того, чтобы показать нам несколько балетных движений, куколка?

Джемма улыбнулась, следуя за мной и Гретой к дому.

Римо все еще разговаривал с Невио. Большую часть времени он был единственным, кого мальчик слушал.

Я поставил Грету на пол. Она выглядела застенчивой.

— Ну же, Грета. Покажи Джемме, на что ты способна.

Грета встала в балетную позу и сделала небольшой реверанс. Джемма прижалась ко мне и поцеловала в щеку.

— Ты такой милый с ней, — потом она зааплодировала. — Мне бы очень хотелось заниматься балетом, но я слишком неуклюжа для этого.