Изгнанник

Эдвин на секунду задумался. Можно рассказать про Ховарда, но тогда придется выдумывать как он в одиночку справился с отрядом искателей. Про графа крестьянам знать нельзя. Или можно придумать что-то еще, но готовой истории у него не было.

— Знаешь, — начал Эдвин. — Выпил я вина, что из города привезли. И как оно мне в голову ударило!

Крестьянин недоверчиво смотрел на мага. Эдвин же увлекся и не останавливался.

— За раз больше половины бочки выпил, и разозлился что сослали меня на границу. Скинул я бочку из окна, — маг показал на остатки от бочки возле дверей. — Потом схватил топор и как начал крушить башню. Но внутри один камень, мебели жалко, вот я и решил дверь рубить. Минутное помутнение.

— А почему снаружи рубили?

— Да чтоб я помнил, — развел руками Эдвин. — Проснулся к вечеру чуть живой, поправил здоровье вином и с горя пил все это время. Все вино выпил, бочки спалил, и уже думал в город за новым идти, как вы приехали.

Глеб не поверил. Эдвин видел, что крестьянин не верил ни единому его слову, но вопреки всем мифам о крестьянах маг уже убедился, что они могут неправильно говорить, не знать и многих вещах, но глупыми их назвать нельзя. Тот же Глеб был смекалистей многих его университетских знакомых. Вот и сейчас крестьянин не стал лезть в бутылку и доказывать что Эдвин врет. Он принял его версию, посочувствовал, что вино закончилось, и попросил мага много не пить, потому что это вредно (плотник с телеги одобрительно промычал, мол «да, вредно»).

Эдвин пригласил их в дом, и Глеб заметил шкуру ящерицы в углу. Она все также лежала в воде, и внешне ничуть не изменилась. Крестьянин слегка побледнел, и повернулся к магу.

— На рыбалку решил сходить, — пояснил Эдвин. — Так мне хвалили местную рыбалку, что не утерпел. А эта тварь удочку сломала, вот я и разозлился. Я тогда вино еще не успел допить, так что сильно себя не контролировал. Попала под горячую руку, вот и прибил ее. Как немного протрезвел решил шкуру снять, хоть удочку окуплю.

— Эдак вы, господин магик, не только удочку окупили. За такую шкуру вы артель рыбаков нанять могете.

— Сапоги себе сделаю, — поделился планами Эдвин. — Несколько пар даже, и еще чего, хватит на весь гардероб.

— Дело хорошее, — одобрительно покачал головой Глеб. — Вы только первым делом сходите в магистрат покажите. Они за уничтожение опасных животных на территории империи приплачивают. Сколько за такое дадут не знаю, но заплатят.

— Можем не терять времени и отправиться в путь, — предложил Эдвин. — Вина нет, самогонка у вас с собой. Я даже согласен на козлы сесть до вечера, пока вы с другом в телеге посидите.

Крестьянин поразмышлял некоторое время, и согласился. Вместе с магом они сложили шкуру, Эдвин захватил с собой список покупок для графа, книгу чтобы не было скучно и деньги, собрал овощей в дорогу, и они отправились. Немного подумал и захватил с собой учебник.

На этот раз Эдвин никого не торопил. Он управлял телегой, но по факту лошадка сама бежала по тропинке, а он читал книгу. Крестьяне пили и обсуждали новости деревни сзади. Иногда делали остановки для перекуса и справления нужд, Эдвин же это время тратил на тренировки.

В город въезжали после обеда. Не отклоняясь от традиции остановились в том же трактире «Шлем и кружка». Разгрузили телегу, и сложили весь товар включая шкуру в углу. Глеб сразу же ушел торговаться с владельцем, а Эдвин последовал совету и отправился в управу.

По пути попался рынок, и маг не удержался — купил пирожки с мясом. Уплетая невероятно вкусную выпечку Эдвин решил прогуляться по рынку. Время для списка графа еще не пришло, просто так прогуляться, вдруг на что глаз упадет и захочется купить. Нашел место где торговали сыром и молоком. Молоко маг не любил, а сыр вписал в список. На всякий случай сделал пометку купить побольше — графу может понадобиться. Перечитал список графа, но не нашел там кукурузы, про которую тот рассказывал. Решил исправить это недоразумение и внес кукурузу в свой список. Даже если граф не будет покупать, то как минимум угостится. Эдвин сделал еще несколько пометок касательно покупок и отправился в управу.

Каменное трехэтажное здание находилось недалеко от рынка. Внутри обстановка неуловимо напоминала академию — широкие коридоры, постоянно спешащие люди и множество постоянно хлопающих дверей.

Самый первый кабинет был обязателен для посещения всеми людьми. Отстояв в очереди полчаса, он зашел внутрь и объяснил невысокому лысоватому чиновнику суть вопроса. Тот, не поднимая головы от бумажек дал ему направление на третий этаж в комнату тридцать два.

Перед комнатой тридцать два была небольшая очередь из четырех человек. Двадцать минут скуки, и вот он внутри.

— С чем пожаловали? — на удивление молодая девушка сидела за дешевым письменным столом. Встреть ее Эдвин в городе, он бы ни за что не сказал что она может работать в управе.

— Я тут ящерицу одну убил…

— Если хозяин ящерицы подает в суд, то вам в двадцать третий кабинет, — отрезала девушка.

— Нет, что вы, — улыбнулся Эдвин. — Мегалания, на границе с империей встретил. Мне сказали что за умерщвление опасных существ премии дают.

— Так, погодите, — девушка встала и начала поиски в шкафу. — Нашла!

Она гордо водрузила на стол большой фолиант, и принялась водить пальцем по алфавитному указателю:

— Так… Мегалодон… они вымерли… майюнгазавр, придумают же… ага. Мегалания, страница сто семьдесят девять.

Девушка принялась листать книгу, Эдвин же подошел поближе и заглянул туда сбоку. Ему самому было интересно что там найдется. Нашлось там все, и рисунок, и размеры и описания ценных органов со ссылками на эффекты от них.

— Вы хотите сказать, что убили существо, которое считается вымершим? — уточнила девушка.

— У меня есть ее шкура, я могу доказать, — попытался пресечь недоверие Эдвин.

— Ага, — девушка нашла фрагмент на странице и зачитала его. — «Шкура крепкая, ни стрелой ни начальным заклинанием ее не пробить. Обладает рассеивающим эффектом, крайне сложна в выделке.».

— Да, все верно, — вспомнил Эдвин свои попытки закидать существо заклинаниями. — А там написано что она очень выносливая и ядовитая?

— Написано, — глянула в книгу девушка. — А вы как ее убили?

— Я учился в столичной академии магии, — скромно сказал Эдвин и немного покраснел.

Девушка решила, что это от природной скромности, Эдвину же было немного стыдно присваивать заслуги графа. Неловкое молчание начало затягивать, но его прервал Эдвин:

— Так что по награде?

— А это не ко мне, — впервые улыбнулась девушка. — Я за лесных хищников выдаю награды. Волки расплодились в этом сезоне, поэтому управа мотивирует охотников.

— А куда?


— В пятнадцатый.

Маг попрощался с девушкой и отправился дальше. По мнению мага и многих других студентов бюрократия в империи требовала упрощения. Их мнение, само собой, никого не волновало, и ни на что не влияло. В пятнадцатом кабинете все повторилось слово в слово. Разве что вместо девушки был бойкий старичок, который также нашел фолиант бестиария, нашел на сто семьдесят девятой странице мегаланию, удивился, поговорил с Эдвином, а потом обрадовал его что он по речным хищникам, а это амфибия, значит ему в двадцать первый.

Из двадцать первого его отправили в двадцать шестой. К моменту когда он открывал дверь кабинета в очередях в сумме маг провел больше двух с половиной часов, и настроения ему это не добавило.

Кабинет ничем не отличался от уже виденных. Тот же дешевый стол, тот же шкаф. За столом сидел мужчина лет сорока.

— Добрый день, — поздоровался Эдвин. — Меня к вам отправили из двадцать первого за наградой.

— Добрый… уже день? — удивленно посмотрел на Эдвина мужчина. — Знаете, столько работы сегодня было, потерял счет времени.

— Ничего страшного, такое бывает, — успокоил его Эдвин.

— Да, да… — рассеянно похлопал тот по карманам. — Вы не подскажете который час?

— Нет, к сожалению.

— А вот и они, — наконец достал он часы. — Ох ты ж! Да у меня уже десять минут как перерыв!





Глава 18




— Как перерыв? — неверяще уточнил Эдвин. — Я только что зашел!

— Вы только что зашли, а я прямо сейчас ухожу, — улыбнулся чиновник.

— Я тут полдня торчу уже!

— Не надо горячиться, молодой человек, — укоризненно посмотрел на него чиновник. — У меня есть свои нужды, и для них есть перерывы. Конечно, такие молодые и энергичные люди как вы готовы работать с утра до вечера без остановки, но я же не молод.

— А можно решить мой вопрос, а потом на перерыв? За мной никого не было в очереди.

— Нельзя, — сокрушенно покачал головой чиновник. — Перерывы строго регламентированы и никто кроме начальства и дворян на службе империи не может их отменить.

— Ха! — от радости выкрикнул Эдвин. — А я дворянин на службе империи!

— И документ разумеется у вас с собой? Тот самый, который подтверждает все ваши слова, — подозрительно прищурился чиновник.

— Мммм, нет, он в башне возле границы. Я там живу.

Чиновник посмотрел на его заросшую голову, на небольшую бороду, которая в силу возраста росла неравномерно и пучками, на одежду, которая больше подошла бы лесному разведчику (если ее помыть и подлатать) и сделал для себя какие-то выводы.

— Вы не похожи на дворянина, — крайне дипломатично заметил он.

— Я учился в столичной академии магии, и ее же приказом отправлен служит в ваши места на четыре года, — попытался успокоиться Эдвин и сформировал перед собой сферу воды, которая повисела некоторое время в воздухе, а затем шлепнулась прямо на ковер перед столом чиновника.

— Да это… вы что такое себе… — от удивления и потрясения у чиновника не хватало слов, чтобы выразить свои эмоции.

— Ой, — увидел результат своих действий Эдвин. — Я случайно, честно.

— Или это месть за то что я отказываюсь вас принять?

— Нет, что вы, — начал оправдываться Эдвин. — За что мне вам мстить?

— За то что я хочу уйти на свой перерыв? Законный перерыв, кстати.

— Но у меня же дело на пять минут, — попытался еще раз Эдвин.

— Знаете, молодой человек, что-то у меня сердце заболело от вашей настойчивости… еще эта выходка с водой… надо вызвать уборку в кабинет, в нем решительно невозможно работать!

— Да это просто мокрый ковер!

— Еще и кричите на меня. Не могу я работать в такой обстановке. Пусть убирают кабинет, а я домой, все равно до конца дня не уберут.

Чиновник поднялся и направился в сторону двери.

— Вам здесь нельзя одному оставаться, — по пути он прихватил Эдвина за локоть. — Завтра после обеда продолжим. Если, конечно, успеют убрать и у меня перестанет болеть сердце. Наверное стоит сходить к врачу, пусть отпустит на неделю отдохнуть.