Избранная Луной

Когда я поняла, что кто-то еще бодрствует, было уже поздно. На поляну вышел Хемминг.





Глава 13

Суд




– Способности не остались, а пробудились. Бедная девочка, сложно блуждать во тьме и строить догадки? – В голосе оборотня со шрамом звучало сочувствие. – Мне понятны твои переживания.

Непритворное сострадание контролера, мягко сказать, удивило. К тому же его появление… уж кого-кого, а Хемминга я здесь не ожидала увидеть.

– А ты, – он резко сменил тон, глядя на Вольского, – чтобы больше такое не вытворял! Группа быстрого реагирования – не твоя личная палочка-выручалочка.

– Ты отказался мне помочь, – обвинил начальника невозмутимый маг. – Что мне оставалось делать?

– Не отказался, а сказал подождать.

Показное спокойствие слетело с Вольского, словно шелуха.

– Как я мог ждать, если Миа была в опасности?!

– Да никто бы ее не тронул, – уверенно возразил контролер. – А вот тебя могли убить. И где бы я искал проклятчика твоего уровня?

Я с интересом слушала их спор, смутно понимая, о чем он. Вольский просил помощи у Хемминга, а тот предложил подождать? И тогда маг бросился спасать меня сам, а его босс был вынужден последовать за ценным сотрудником? Вот почему Вольский не убивал оборотней, хоть и мог. Он знал, что вскоре сюда нагрянет представитель ВОКа, который уж точно встанет на его сторону, особенно если верам нечего будет предъявить в ответ…

А теперь важный вопрос: как Вольский меня нашел?

– Вы ведь знаете, что со мной не так? – спросила я, с надеждой глядя на Хемминга.

Тот вскинул светлые брови:

– С тобой не так? Неподходящее определение для редких способностей, совсем неподходящее.

Не люблю, когда не отвечают прямо и увиливают, ужасно не люблю.

– Хорошо. Что за способности? И почему они достались мне?

Контролер загадочно улыбнулся:

– А это тебе пускай расскажет Захарий Горобинский.

– Натан! – возмутился Александр.

– Нет, ребята, надо, чтобы объяснили вожаки, им по статусу положено. Буди спящих красавцев, Миа.

– Всех? – уточнила я, напряженно размышляя над тем, как это сделать.

Не поцелуем же будить этих… спящих красавцев?

– Зачем нам все? Только тех, кто непосредственно замешан в твоей судьбе.

С мгновение постояв в растерянности, я направилась к тому, кого ни капельки не боялась и с радостью разбудила бы поцелуем в щеку, если бы потребовалось.

Склонившись над пепельноволосым мужчиной, позвала:

– Просыпайся, папа!

– Папа? – Краем сознания я уловила удивление Вольского и непонятное веселье хмыкнувшего Хемминга.

Открыв глаза, отец некоторое время смотрел сквозь меня, затем его взгляд обрел осмысленность.

Вскочив с земли, он заключил меня в крепкие объятия.

– Когда окажемся дома, я тебя выпорю, Маша! – грозно пообещал родитель, целуя меня в макушку. – Клянусь, выпорю тебя впервые в жизни.

– Поздно пороть… Да и за что? – слегка обиделась я.

Ясное дело, он несерьезно, на эмоциях, но как не вовремя! Будто я до сих пор маленькая девочка.


– За то, что обратилась за помощью к чужим людям, а не к нам с матерью.

Я виновато опустила глаза. Отец прав, да не совсем. Рассказывать сейчас, что боялась сватовства со стороны Булатовых, не стала. Пока мои страхи только подтверждаются, хоть Кирилл и не такой, каким его описывал Ник.

– Николаев не чужой, он мой бывший куратор.

– Вслушайся в свои слова: он – бывший куратор, – подчеркнул отец, выпуская меня из объятий. – И теперь к тебе не должен иметь никакого отношения, раз ты больше не магичка.

– Пап, я боялась подставить семью под удар, – высказала честно одно из опасений. – За Горобинскими – стая, а у нас с мамой только ты. А один в поле не воин.

Отец, некогда преждевременно поседевший из-за взбрыкиваний суженой, покачал серебристой головой:

– Уже не один, я вернулся в стаю Булатова.

– Из-за меня, да?

Я расстроилась до глубины души. Столько лет отец не поддерживал со своими связь, создавая маме душевный комфорт. Теперь же это все разрушено из-за меня.

– Не совсем. Мы с твоей матерью серьезно поговорили и решили, что сама судьба указывает на сделанную ранее ошибку. Нельзя убегать от проблем, нужно отстаивать свое до конца.

Сразу вспомнились родители мамы: после ее замужества они успокоились лишь тогда, когда отец стал оборотнем-одиночкой. Интересно, как они отреагируют на его возвращение в стаю?

Впрочем, не о бабушке с дедом сейчас следует думать.

– Пап, что со мной?

Он вздохнул:

– Я не уверен…

Мне стало не по себе. Да что же со мной не так?!

Расспросить подробнее не дал Хемминг, который напомнил о своем приказе:

– Миа, дома наговоришься с отцом, буди остальных.

Кирилл стал следующим, к кому я подошла. Позвала, слегка коснувшись плеча молодого вервольфа, и тотчас направилась к его отцу:

– Проснитесь, пожалуйста…

Дождавшись момента, когда веки старшего Булатова вздрогнули, перешла к Горобинским. Пробудила сначала самого опасного – вожака, и нехотя приблизилась к его непредсказуемому, бешеному сыночку.

Недаром о нем так подумала.

– Хватит дрыхнуть, Андрей…

Он очнулся быстрее всех и схватил меня за руку. Точнее, попытался – я успела отпрыгнуть, а там и Вольский подоспел, напряженно следящий за действиями наших недругов.

Возвышаясь над слегка деморализованными оборотнями, Хемминг вкрадчиво спросил:

– Итак, господа Горобинские, кому из вас пришло в голову насильно заполучить в стаю знахарку?

Кого-кого?.. Мои глаза округлились. Это о чем он сейчас? У меня нет склонностей к целительству, и я не вижу сути трав! Так какая из меня знахарка?

– Мы слегка попугали, – мрачно заявил Захарий. – Никто и ни за что не причинил бы вред той, которую призвала Луна.

Я… мне сложно определиться с эмоциями, которые я испытала. Слегка попугали?! Групповым изнасилованием? Хорош розыгрыш! В стиле последних сволочей…

– Знахарка, которая пришла в стаю не по своей воле, уничтожает ее за несколько лет, – тихо отозвался старший Булатов. – Тебе повезло, Захарий, что дочь Серого не прошла обряд.

– Если бы мы не успели, у них бы не было нескольких лет! – рыкнул папа.

Горобинский-старший не выказал сомнений – недовольно скривившись, он посмотрел на сына. Тот выглядел потрепанным дворовыми псами щенком, но жалости к нему я не испытывала. Он понимал, что творил, и владел, в отличие от меня, всей нужной информацией.

– Итак, Захарий, что мне с вами делать? – В голосе контролера прибавилось колючего льда.

А я не выдержала. Так, чего доброго, я снова останусь без жизненно важных сведений.

– Подождите! В конце-то концов, кто такая знахарка?!

– Знахарка – душа стаи, магичка, которую позвала Луна, – тихо ответил отец. – Раньше она управляла волками практически наравне с вожаком и часто становилась его женой.

Так вот почему меня пытались выдать замуж за Андрея! Еще одна традиция…