История одной банды
Часть 3 из 6 Информация о книге
Начальник ГУВД Петербурга Михаил Ваничкин отдал распоряжение: в 24-часовой срок проверить всех владельцев ружей этой марки. По официальным сведениям, в Ленобласти ружей ТОЗ-194 было зарегистрировано семьдесят четыре, а в Петербурге — около двухсот. Впрочем, ни через 24 часа, ни через неделю проверка закончена так и не была. Спустя девять дней Ваничкин повторяет распоряжение. Оперативники огрызаются: триста стволов нельзя проверить не только за неделю, но даже и за месяц. Проверка владельцев ружей все продолжалась. А вот подозреваемого Алексея Кутарева через пять дней все-таки отпустили. Собрав журналистов, пресс-секретарь прокуратуры по бумажке зачитал: «Подозреваемый был освобожден из-под ареста после получения следствием ряда экспертиз и исследований. Учитывая, что под арест он был заключен по косвенным уликам, в пятницу вечером было принято решение освободить его из-под стражи». Чуть позже общественности предъявили и самого бывшего подозреваемого. Кутарев улыбался улыбкой счастливого человека. Он пять дней просидел в СИЗО и за это время вылетел с работы. У него отобрали любимые брюки, и во всех газетах города написали, что он убийца. Зато теперь обвинения с него были сняты. А ведь можно было и сесть. В такой ситуации — сразу лет на двенадцать. Кутарев был доволен, а следствие — не очень. Спустя неделю после возбуждения дела результатов опять не было. Единственная ниточка оборвалась, и время было упущено. Газеты писали, что, несмотря на всю шумиху вокруг убийства сенегальца, дело это скорее всего так и останется нераскрытым, как остались нераскрытыми все громкие убийства последних нескольких лет. Самое странное, что уже на тот момент оперативники знали настоящее имя стрелка. И имя, и где именно его искать… До момента, когда дежурный экипаж выедет его задерживать, оставалось от силы три недели. А до полного окончания следствия — чуть больше трех месяцев. 3. Концерт группы «Коловрат» в клубе «Осиновый кол» (апрель 2001-го — февраль 2003-го) Как-то я с утра в баре пиво пил, И пару диких обезьян после отлупил. Губы оторвал на ластик для младшего брата И пошел тяжелым шагом белого солдата. 1 Все началось с того, что лидер группы «Коловрат» Денис Герасимов вышел на сцену, накинул на плечо ремешок гитары, взял первый аккорд — и зал встал на уши… как обычно, встал на уши. Концерт проводился прямо в день рождения Гитлера, 20 апреля 2003 года. Отметиться в клубе должен был весь цвет петербургской скин-тусовки. Герасимов легонечко трогал струны гитары, но для парней, набившихся в зал, эти звуки были слаще военного марша… значимее труб Армагеддона… ничего лучше этих звуков и не было. Помещение клуба было тесным, очень небольшим. Под концерт арендовали заведение, которое парни называли «Осиновый кол», а как этот сарай назывался на самом деле, никто уже и не помнил. Принадлежало помещение съехавшему шестидесятилетнему типу, который все (даже финансовые) документы подписывал «И. о. Царя». Дед и сам приперся на концерт. Даже принарядился по этому поводу: надел белогвардейскую гимнастерку и нацепил на нее купленную где-то Звезду Героя России. Судя по тому, как дед притопывал ногой, музыка ему нравилась. А в метро зверей полно С хвостами и рогами, Ну я не удержался И пошел по ним ногами. Нельзя, говорю, ходить по городу С рогами и копытами! Ведь должен же хоть кто-нибудь Бороться с паразитами! Живые выступления были сильной стороной «Коловрата». Заводилась публика так, что каждое выступление заканчивалось большой дракой. Или погромом рынка. Или (если рынка не попадалось) просто каким-нибудь погромом. Ну или в крайнем случае тем, что кому-нибудь в бок втыкали нож. За группой по городам ездили наиболее преданные фанаты. Этот выездной отряд сами фанаты называли «Коловрат-Crew». В 2000-м лидера отряда, Игоря Тополина, убили в массовой драке. Еще до этого с крыши скинули гитариста группы. А басиста зарезали ножом. В «Коловрат» пришел новый басист по кличке Химик — кто-то зарезал и его. Еще один член группы сел в тюрьму… а потом за решеткой оказался и сам лидер группы Денис Герасимов. Я же говорю: выступать вживую «Коловрат» любила и знала в этом толк. В январе 2004-го «Коловрат» пригласили в Чехию поиграть на большой тусовке местных скинхедов в поселке Хроустовице. Никакого гонорара устроители, разумеется, не обещали, зато покрывали часть расходов на дорогу. Концерт, как и в России, прошел с аншлагом. Довольный Герасимов приехал в пражский аэропорт Рузине, чтобы улететь домой, — и в аэропорту был арестован чешской полицией. — Вы обвиняетесь в том, что на концерте исполняли песни расистского содержания. — Какого содержания? — Расистского. Призывающего к ущемлению прав определенных групп граждан. Вы исполняли такие песни? — Я поэт. Исполняю собственные песни. И в них говорю то, что думаю. — Слушая ваши песни, публика вытягивала руку в нацистском приветствии и кричала «Хайль!». — Если «кричала» и «вытягивала» публика, то почему вы спрашиваете об этом не ее, а меня? — Кроме того, у вас в багаже обнаружена расистская литература и пресса. Это противоречит чешским законам и законам Евросоюза. Этот последний пункт поразил Герасимова особенно. Чертова Европа, о которой он столько пел и к единству с которой он призывал! Нельзя читать те книжки, которые хочешь, — как это возможно, а? В России «Майн кампф» уже пятнадцать лет подряд продается практически на Красной площади — и что? Недавно на байк-шоу под Малоярославцем он пел для десяти тысяч парней, которые кричали не просто «Хайль!», а вообще все, что хотели, — и никогда не возникало никаких проблем. А здесь за обнаруженную в багаже газету его отвезли в тюрьму «Панкрац» и предъявили обвинение общим сроком на семь лет. Чертова Европа! Впрочем, все это случится только через полтора года. Пока что Герасимов стоял на сцене петербургского заведения «Осиновый кол» и пел… а зал, начинающийся у его ног, сходил от этих песен с ума. 2 Вернее, все началось не с самого концерта, а с того, что за два месяца до приезда «Коловрата» в Петербург при городском Управлении по борьбе с организованной преступностью (УБОП) был создан 18-й отдел, ориентированный на борьбу с экстремизмом. Кадры туда подбирались с бору по сосенке. Но штат отдела все-таки был укомплектован. Рассказывает оперативник 18-го («экстремистского») отдела УБОП: До 18-го отдела лично я работал в уголовном розыске метро. Каждое направление там было закреплено за определенным человеком. Кто-то занимался грабежами, кто-то — карманниками. Мне досталась работа с молодежью. Чтобы приступить к нормальной работе, мне была необходима информационная база. Я стал ездить по местам тусовок. Кого-то фотографировал, кому-то катал пальцы. На самом деле возле станций метро тогда тусовались только две группы молодежи: либо токсикоманы, либо бритоголовые парни в подкатанных джинсах. Честно скажу, сперва о скинхедах я почти ничего не знал. Поэтому какое-то время мне пришлось ездить по отделениям милиции и расспрашивать, нет ли у них задержанных бритоголовых? В Выборгском районе опер сказал, что недавно возле станции метро «Лесная» избили иностранца — проломили голову. Были и задержанные, но по какой-то причине их всех отпустили. Правда, данные их сохранились и он может мне их отдать. Этот список и стал основой моей будущей информационной базы. Людей из списка я стал по одному дергать. Кто-то отмалчивался, но кое-кого удалось и разговорить. Ребята рассказали, что на данный момент в городе есть несколько организованных скинхедовских бригад. Самая большая — «Blood & Honour» («Кровь и Честь»), а кроме того, есть «Шульц-88», «Солнцеворот», «Green Bombers» и еще парочка. Я пытался составить хотя бы общее впечатление о том, что вообще происходит у скинов. Выйти на какие-нибудь конкретные имена. Я спрашивал: — Что ты знаешь об этих «Шульц-88»? — Да ничего не знаю! — Кто там главный? — Главный там Дима Шульц. — Хорошо. А каку него фамилия? — Вы думаете, он мне паспорт показывал? — Еще кого-нибудь оттуда знаешь? Кто еще туда входит? Мне назывались имена и клички, которые ничего не давали. Как искать Васю по кличке Лысый в пятимиллионном городе? Зацепиться было не за что, кроме, пожалуй, одной мелочи. Среди Петь, Коль и Саш мне назвали парня по имени Ян. Согласись, не очень распространенное имя, да? Кроме того, о Яне мне сообщали, что живет он где-то за городом. Это было уже кое-что. 3 Вернее, если уж быть совсем точным, то началось-то все с того, что оперативники 18-го отдела появились на концерте группы «Коловрат». По городу ходил-бродил, Вокруг косой махал. И всякую заразу Под корень вырубал. Полдня трудился на износ На Лобном, у Кремля, Пусть хоть чуток свободней Вздохнет моя земля!