Искусство легких касаний

В девять утра на ресепшене зародилась жизнь.

— У нас заказано два полулюкса, — объяснил хмурой смуглой женщине Тимофей. — И еще нам нужен проводник для трекинга. Дней на пять.

— Полулюксы моют, — ответила женщина, — заселение в два. А насчет проводника не знаю. Трекинг в стоимость не входит.

— У вас на сайте написано, что услуга предоставляется по договоренности. Вот мы как раз и хотим договориться.

— Побеседуйте тогда сами. Или с Мусой, или с Акинфием Ивановичем. Не знаю, сколько они возьмут.

— А где они?

Женщина раскрыла разлинованную тетрадь и погрузилась в изучение каких-то зеленых каракулей.

— Мусы следующие три дня не будет. Акинфий Иванович здесь. Вон его велосипед…

Глаза Тимофея блеснули.

— Это его мы вчера на дороге видели? Едет в темноте и поет.

Женщина улыбнулась.

— Его. Он катается по горам. Велосипед свой увозит вверх на машине, а потом, когда туристов нет, спускается вниз с песнями. Чтобы не слишком педали крутить. Поет так, что собаки в ответ воют. Такая у него личная оздоровительная программа.

— Он местный? — спросил Иван.

Улыбка исчезла с лица женщины.

— Вот вы его сами спросите, раз договариваться будете. Он вам скажет, откуда и чего. А я не знаю. Я вам лучше талоны дам на завтрак, пока не забыла. Еще успеете.

— Где этот Акинфий Иванович?

— Завтракает. Идите кушать, в ресторане его и найдете.

В ресторане ночного певца не было. Друзья устроились на террасе и принялись молча есть — голодны были все.

Завтрак оказался приличным: свежие фрукты, мюсли, местный кислый сыр, яйца с беконом. Вот только в хлебе было что-то тревожное — его мелкие серые ломти наводили на мысли об армии и тюрьме.

«Впрочем, — думал Валентин, — это вопрос восприятия. Западному человеку, наоборот, показалось бы, что это продвинутая органика с отрубями. А у нас ранние детские впечатления приводят к тому, что…»

— Вы трекингом интересовались?

От неожиданности Валентин выронил ложку.

Вчерашний незнакомец стоял возле террасы и внимательно смотрел на гостей. Днем он выглядел так же странно, как ночью — седые длинные волосы и борода, и при этом молодое лицо с блестящими темными глазами. Из-за такого сочетания трудно было определить его возраст даже примерно: от сорока до шестидесяти. На нем был вчерашний спортивный костюм со светоотражающими вставками и вьетнамки на босу ногу.

— Мы интересовались, — ответил Тимофей. — А вы Акинфий Иванович?

Незнакомец кивнул.

— Садитесь к нам.

— Я уже поел. Подходите в мой офис, как закончите.

И Акинфий Иванович показал на небольшой сарайчик, стоявший за кухней в стороне от жилых корпусов.

— Офис, — повторил Андрон, когда Акинфий Иванович отошел. — Офис.

Друзья тихо засмеялись.

— За офис будет надбавка процентов в пятьдесят, — сказал Иван. — Мы эту бизнес-модель знаем и используем.

— Посмотрим, — ответил Тимофей.

Внутри сарайчик действительно оказался оборудован под мелкий офис: стол с монитором и древний факс, который, кажется, был подключен к компьютеру вместо принтера.

Акинфий Иванович сидел за столом и заполнял какую-то разлинованную таблицу вроде той, что была у женщины на ресепшене. Он поднял руку, прося дать ему еще секунду, и друзья принялись осматривать помещение.

На стене висела огромная карта местности с проведенными синей ручкой маршрутами и красными флажками. Рядом помещался стандартный портрет Путина в пилотке за военно-морским штурвалом и большая фотография: Акинфий Иванович с группой счастливых туристов на зеленом горном склоне.

На другой стене экспозиция была несколько необычнее. Там висел лакированный череп с ребристыми мощными рогами, а по бокам — почему-то две маски сварщика с короткими рукоятками. Словно бы Акинфий Иванович охотился в горах на сварщиков, изредка переключаясь на другую живность.

— Это местный козел? — спросил Тимофей, показывая на череп.


— Дагестанский тур, — ответил Акинфий Иванович, не отрываясь от своей таблицы.

— Интересно, — сказал Андрон. — Я, когда маршрут подбирал, читал про тура сказку в интернете. Карачаевскую народную.

— Сказки любите?

— Нет, просто делал поиск по словам «Кавказ» и «тур». В смысле, «маршрут, поход». А гугл выдал животное. Сказка, конечно, совершенно индейская по своей бесхитростности.

— О чем же она? — вежливо поинтересовался Акинфий Иванович.

— Почему у Эльбруса раздвоенная вершина.

Услышав эти слова, Акинфий Иванович будто проснулся. Он положил ручку на стол, поднял глаза и оглядел Андрона с ног до головы.

— И почему?

Он произнес это презрительным тоном, словно Андрон сказал что-то невероятно наглое, даже возмутительное.

Андрон немного смутился.

— Ну, там что-то такое… Что жил у этой горы старый тур с козлятами, и один раз на тура покатился с вершины какой-то белый шар. Тур ударил его рогами и разбил пополам. Одна половина взлетела на небо и стала луной, а другая отскочила и ударилась о вершину Эльбруса. Раздался, мол, звук, как от лопнувшего мяча, и гора раздвоилась. С тех пор такая и стоит.

— Нормально, — сказал Тимофей.

— А куда вторая половина делась? — спросил Иван.

— Мне тоже интересно было, — ответил Андрон. — Но карачаевский эпос об этом умалчивает. Самое главное, из него следует, что туры жили на нашей планете до образования Луны. И футбольные мячи в это время тоже были. Аж захотелось поехать в это Карачаево и поселиться, честное слово. Бесхитростный и добрый, должно быть, там народ.

Акинфий Иванович, только что казавшийся очень напряженным и даже оскорбленным, вдруг широко улыбнулся.

— Не слышал такой сказки, — сказал он. — А раздвоенных гор тут много. Почти все. Вы на сколько дней пойти хотите?

— Дней на пять, — ответил Тимофей.

— А какой тяжести маршрут? Опыт у вас есть?

— Мы в Непале обычно ходим, — ответил Иван. — Сюда отдохнуть приехали.

— Хорошо. Вы как отдохнуть хотите, посложнее или полегче?

— Посложнее? — спросил Валентин, глядя на друзей.

— Носильщиков тут нету, сразу предупреждаю, — сказал Акинфий Иванович. — Вещички на себе.

— Ну тогда полегче. Чтобы не напрягаться. Так, воздухом подышать, по сторонам поглядеть.

— Хорошо, — сказал Акинфий Иванович.

Он поднял со стола запечатанный в пластик лист бумаги и протянул Тимофею.

— Вот варианты с расценками. Карточек не принимаем, только наличные.

Тимофей проглядел список.

— Вот это что такое — «фирменный маршрут «Иакинф»?

— Да просто по горам. Я тут давно обитаю, подобрал, чтобы не слишком напряжно было и всю красоту увидели. Если с рюкзаками и чтобы без напряга, самое то.

— Почему он самый дорогой?

— Записываются охотней, — улыбнулся Акинфий Иванович. — Проверено.

— А что такое «Иакинф»?

— Это мое имя. Раньше оно так писалось в русском языке. Очень древнее греческое имя.

Тимофей повернулся к друзьям.

— Ну че, пойдем тропой Иакинфа?

Возражений ни у кого не было.

— Выйдем сегодня? — спросил Тимофей.

— Завтра рано утром, — сказал Акинфий Иванович. — Сегодня отдыхайте, вам акклиматизироваться надо. А я пока в горы съезжу, заложу дровишки для костра и еще кой-чего… И с чабанами пообщаюсь насчет кошей.