Искупление грехов

— Да чтоб меня! — в сердцах выдал я, подхваченный Ножом и Пузом.

Все бойцы втянулись в комнату и теперь рассматривали и то, обо что я споткнулся, и всё остальное, что нам открылось. Комната была забрызгана кровью. Но не похоже было, что тут дрались не на жизнь, а на смерть — мебель стояла на своих местах, и даже слой пыли не был потревожен. Две лежанки, самодельный сундук — только какие-то камешки под ногами и большая лужа крови. А споткнулся я о шлем. Обычный пехотный шлем имперского солдата.

Пузо поднял его и долго рассматривал. Потом указал на несколько вмятин и порванный ремень:

— Сбили с головы.

— Чем-то тупым били, да? — уточнил Ша-арми.

— Скорей чем-то не слишком острым, — поправил Эр-нори, подходя к Пузу. — Не важно. Да, Шрам? Шлем есть — значит, солдаты тут тоже были.

— Да, солдаты тут были и с кем-то дрались, — согласился я. — Вот только куда потом делись? И почему комната не пострадала?

— И что им тут понадобилось? — кивнул Нож. — Обыскивать будем?

— Нет смысла, — я покачал головой. — Они в одном из малых миров. Может, в том, у которого тут центр. Нам это всё неважно. Смотрите на следы — они просто обрываются у лежанок. Оставляем шлем и пошли. Если что, всех наших надо предупредить, что мы ничего не видели — и ничего не знаем. Какие бы игры тут наш новый гарнизон ни устраивал, не будем в них влезать.

— Нас не спросят — втянут, — буркнул мне в ответ Суч.

Я сжал зубы и промолчал, чтобы не припомнить своим, кто настоял на том, чтобы остаться. Ведь могли бы уже быть в Форте — и забыть обо всех местных злоключениях.

Из дома я лично вышел с огромным облегчением, и даже от сбора ростков получал своеобразное удовольствие. Во всяком случае, вся мерзость была только в уколах и потере крови. Крупные побеги весьма болезненно кололи тело, а места проколов краснели и воспалялись. Но это было не так противно, как знать, что совсем недавно несколько солдат просто послали на убой, не обезопасив место.

Солнце ещё не опустилось, а телеги были уже с верхом заполнены побегами. Конечно, была мысль сделать этот самый верх ещё больше, но сил уже не было, а задерживаться лишний раз не хотелось.

— Всё, заканчиваем, — сказал я, закидывая на телегу последнюю охапку. — Лютый!

— Да? Я готов!

— Мы тебе понадобимся?

— Просто стойте поближе. Страшно же! — боец передёрнул плечами и поднял верёвку. — Ну и вытащить сможете, если что не так пойдёт.

— Тогда жди. Сейчас отправим телеги и поможем тебе.

Самому Лютому помогать не пришлось. Боец сделал всё, как и обещал. Подошёл как можно ближе к поглотителю, примерился — и кинул петлю. И ведь почти попал с первого раза. Вторая попытка была удачнее. Петля накинулась на кристалл, который больше чем на две трети успел стать графитом — и затянулась на верхней части треноги. Лютый подхватил верёвку и отбежал к нам.

— Что дальше? — спросил Хохо.

Я взял верёвку, наскоро примотал её к копью, а само копьё поднял в руках над головой и начал медленно тянуть. Тренога наклонилась и начала заваливаться, но я поддерживал натяжение вверх и на себя. Когда устройство опрокинулось, веса не хватило, чтобы лечь на землю — и кристалл застыл в трёх ладонях от земли.

— Начинаем отходить, — приказал я, пятясь задом и стараясь, чтобы поглотитель не цеплял поверхность земли. — Проследите, чтобы я не споткнулся. Дай боги, чтоб верёвка не перегорела.

Так мы и отступали к старой границе туч, утаскивая за собой раскалённое устройство. Там, где действие поглотителя заканчивалось — начинал клубиться туман, вновь наползая на недавно потерянные земли.

Поглотитель оставили в ста шага от лагеря. Между собой и землями Линга. Я аккуратно пристроил его боком на землю и ещё долго осматривал пройденный нами путь другим взглядом. Линг нам вторжение не простил и пытался прорваться дальше, к лагерю — отомстить, отобрать побеги, поглотить нас. Искры мудрости рвались на участок земли, который сейчас прикрывали два поглотителя, стремясь переполнить оба и всё-таки накрыть нас туманом. Поглотители держались, но исходили паром теперь оба.

— Что там? — спросила Пятнашка.

— К нам лезут, — ответил я. — Правы были Нож и Арми. Ночью нас могли подмять.

— И что делать?

— Достанем запасной поглотитель и тоже его установим, — сказал я. — А завтра рано с утра — уходим. Самый свежий поглотитель только оставим здесь, а два остальных заберём.

Ночь была беспокойной. Караульные постоянно видели какие-то тени в темноте и пару раз устраивали побудку лагеря по тревоге. А тем, кто пытался выспаться, сны снились тревожные и страшные. Бойцы постоянно просыпались, вскакивали, подходили к кострам и снова возвращались в палатки. Вокруг лагеря всё затянуло туманом от поглотителей, которые перегревались всю ночь. И только под утро натиск земель Линга ослаб.

Два из трёх поглотителей за ночь переполнились окончательно. Один — тот, который мы активировали последним — наполнился на треть, но уже посылал волны жара во все стороны. Просто был горячим. Если обмотать тряпкой — можно было перенести. То ли Линг выдохся на этой атаке, то ли местный правитель всё-таки решил оставить нас в покое, но больше попыток отвоевать область он не предпринимал.

Наскоро позавтракав, мы отправились в сторону посёлка сдавать добычу. Спешили мы как могли, но добрались до цели только к середине дня. Отряд сразу отправился в казарму, а я с десятком Ножа поехал сдавать добычу мудрецам. Соксон нас встретил у входа в лабораторию и первым делом кинулся проверять горшки. Старик был доволен. Это было видно и хорошо ощущалось на уровне эмоций.

— Мастер, — обратился я к нему, — мы пока не нужны?

— Можете подождать, пока посчитаем, — предложил мудрец.

— Нет, я вам верю, — отмахнулся я. — Когда можно будет зайти? Рассказать интересное…

Соксон внимательно посмотрел на меня и, поймав намёк, кивнул.

— Завтра заходи, — сразу посерьёзнел мудрец. — Прямо как проснёшься, так и приходи.

— Договорились, мастер.


По пути меня перехватил Воргот и поделился новостями. Оказывается, граф Кадли проведал о желании строителей покинуть посёлок и решил вопрос тем же способом, что и с нашим отрядом — обещал платить больше и строить козни, если не согласятся. Сам Воргот всё равно хотел уйти, но, как и я, вынужден был учитывать мнение других работников. Сроки — до весны. Я решил, что пора его предупредить, и предложил завтра вечером посидеть у него. Строитель согласился — на том мы и расстались.

А в казарме меня ждал вестовой от графа, который приглашал меня зайти к нему в администрацию. Пришлось брать ноги в руки и идти. Граф встретил меня в своём кабинете.

— Ага, Шрам, как прогулялись? — спросил он.

— С приключениями, высокородный, — честно ответил я. — Но, в общем и целом, удачно.

— Готовы через три дня на вылазку? — уточнил тот.

— Да, высокородный. Нам для отдыха — один день, и мы готовы.

— Отлично, тогда я напишу Соксону, чтобы на днях вас отправил, — граф кивнул. — Куда вы ходили?

Вот этого вопроса я побаивался и готовился к нему заранее. Ответить нужно было как можно честнее.

— Высокородный, в одном дневном переходе есть селение на самой границе земель Линга. Там мы и нашли образцы растений для мастера Соксона.

Если бы я не ждал от графа хоть какой-то реакции, я бы ничего не заметил. Ни эмоции не ощутил, ни выражение лица не поменялось — только перо он сжал слишком сильно.

— Заметили что-то необычное?

— Высокородный, там всё необычно. Но это село нам земли Линга почему-то особенно не хотели отдавать. Даже на время.

— Вот как? Интересно… А дома осматривали?

— Сунулись в парочку на окраине, высокородный, — ответил я. — Дома как дома. Обычное покинутое село, если бы не туман. Только жуть берёт, и ощущение чужого взгляда постоянно. Интереснее было, когда ставили поглотитель…

Я кратко пересказал наши приключения. Граф кивал и всё больше успокаивался. Пришлось, правда, выложить ему побольше про растения, но я не стал распространяться об отдельной оплате. Напоследок Кадли даже поблагодарил, попросил всё записать и прислать заметки ему.

— Оплату завтра заберёте. Соксон говорил, что хочет ещё стеблей, только вы вот что… Не суйтесь больше в село. Лучше поищите дикие посадки.

— Да, высокородный, — я кивнул. — К селу больше ни ногой.

— Ну вот и хорошо. Тогда, Шрам, ты свободен. Отдыхайте.

Сразу от графа я отправился в гостиницу, где купил небольшой бочонок эля, который и притащил в штаб — где меня уже поджидали притомившиеся десятники. Элю обрадовались все, кроме привередливой Пятнашки, но у неё был запас вина. Десятники послушали пересказ новостей в моем исполнении, раскидали дела на следующий день и отправились спать, договорившись устроить на днях посиделки со всем отрядом.





Глава 10




Утро выдалось пасмурным. С северо-запада наползли тучи, а духота намекала на начало скорого дождя. Сезон урожая ещё не закончился, но всё явственнее в воздухе ощущалось дыхание зимы. Прохладный ветер задувал под одежду, заставляя ёжиться и зябко передёргивать плечами. И ведь совсем недавно я бы не обратил на это внимания, но уже привык — привык к уюту и теплу.

Соксон нашёлся на первом этаже вместе со своими помощниками, но, увидев меня, бросил работу и пригласил в кабинет.

— Грапп, Вроки, я позавтракаю со Шрамом, — провозгласил он. — И вы тоже тут не задерживайтесь. Еда нужна телу, чтобы познавать новое.

Судя по виду, что у Граппа, что у Вроки тела требовали еды уже очень давно — и моего прихода они ждали с огромным нетерпением. Соксон по пути заглянул в какую-то комнату, а потом повёл меня в кабинет. Стоило нам сесть, как вошёл слуга, вкатив столик с едой. Соксон слугу отпустил и кивнул мне на тарелки с дымящимися яствами.

— Давай, Шрам, угощайся, — кивнул Соксон. — Вчера ты таким тоном мне про интересное сказал, что, чувствую, рассказ будет долгим.

— Будет, мастер, — пообещал я, принявшись за еду и за рассказ.

Собственно, мудрец получил совершенно полную версию добычи стеблей: с видениями, с призраками жителей, с проверкой дома и нашими трудностями. А напоследок, уже потягивая вино, я рассказал о разговоре с графом Кадли по возвращении. Когда я закончил, Соксон долго сидел, обдумывая что-то, а потом произнёс:

— Знаешь, Шрам… Пожалуй, я тоже расскажу тебе одну историю.

— Мастер, вам что-то ответили из Империи? Уже? — удивился я, но Соксон покачал головой.

— Мальчик мой, конечно же, нет. Раньше середины зимы и не стоило ждать ответа. Но я всё-таки старый и очень умный человек… Знаешь, мне порой свойственно не замечать того, что меня не интересует…

— Мне тоже, — с сожалением сказал я.

— Да, я заметил, — Соксон улыбнулся. — И в твоих бумагах это написано.

— В моих бумагах? Вы читали их?

— Ну конечно, я их читал! — мудрец всплеснул руками. — И согласился я с тобой сотрудничать именно потому, что читал. В Мобане мудрецу получить к ним доступ не сложно.