Империя Млечного Пути. Рейтар

– Кто? – мрачно спросил Гарин.

– Да крутился тут вчера один из твоих, молодой такой, с наглой харей. В татуировках весь.

Юрий сразу понял о ком идет речь – Маракши.

– Жаль, что я его сам не изловил, – сокрушенно выдохнул Бек.

– Давно это происходит?

– В том и дело, что с тех пор, как ты Приму с его шакалами прижал, не было у нас такого. А сегодня утром я парней проверяю – и на тебе, нарисовалось!

Очередной кивок в сторону пакетиков.

– Я тебя услышал, – Юрий побарабанил пальцами по коленям. – Разберусь.

– Не сомневаюсь.

– Еще что-то?

– Да ты на меня-то не быкуй, Юра, – примирительным тоном пробасил мастер. – Я к тебе-то без претензий. Ты не думай, что я тебя как пацана сопливого сюда на разборы вытащил. Просто самому уже лишний раз по лестницам прыгать сложновато.

– Все нормально, Бек, – отмахнулся Гарин. – Для таких дел зови в любое время.

И чтобы как-то сменить тему, вспомнил:

– Лучше скажи, Такрикс – это кто?

Мастер одарил его быстрым взглядом из-под нависших бровей.

– Такрикас, – поправил он Юрия. – Где ты его видел?

– Пока сюда шли в одном из боковых коридоров. Кто это был?

– Ну, – протянул Бек. – Кто или что… Один из наших Такрикасом назвал, это что-то из их мифологии, какие-то люди-тени из другого измерения. Хрень, конечно, но как-то имя прижилось.

– То есть, это что-то настоящее? Это не чья-то шутка?

– Да какая уж шутка, – мастер как-то смешался, будто ему было неловко обсуждать эту тему. – Есть и есть, как бы… Вот.

Гарин ждал, оцепенев от внезапного озарения. И вторя его мыслям, заныла правая рука выше протеза.

– Я не знаю что это такое, – глядя в сторону сказал Бек. – Появился уже давно, еще в бытность твоей старой команды. Ды ты его и сам, поди, раньше встречал.

– Человек с исследовательского судна «Каукет»? – осторожно поделился догадкой Гарин.

– Вроде как да, – подтвердил мастер. – С тех пор тут и поселился, на нижних палубах. Видят его то тут, то там, хотя чаще выдумывают всякое.

– И что он… оно… делает?

Бек повел своими могучими плечами.

– Кто б знал. Только вот что я тебе скажу, – его хриплый голос превратился в гремящий шепот. – У меня системы никогда так хорошо не работали, как сейчас. Коробочка-то уже древняя, тут проблемных узлов очень много. А сейчас они будто сами собой излечились, рассосались. И «зверь»…

Мастер ткнул себе пальцем за спину, где, судя по всему, располагался блок реакторов.

– … Работает как часы, даже течи пропали. И уж связано ли это с тем существом, с Такрикасом, или нет, мне неизвестно. Но раз при нем лучше – пусть он будет тут.

Юрий, который все это время дышал сдержанно, наконец вздохнул полной грудью, спросил:

– Но «Полынь» же после того боя на капитальном ремонте стояла. Ее, я так понял, чуть ли не заново собирали. Неужели никто ничего не заметил?

– Никто ничего не заметил… А, может, и заметил, да мне о том неизвестно, – Бек выпрямился, принялся задумчиво крутить в пальцах какую-то мелкую деталь. – Я когда акт о приемке подписывал ни от кого ничего не слышал. Я и сам, если честно, этого Такрикаса пару раз видел. Да и то не уверен, что видел именно то, о чем говорим. Но, повторю, раз из-за него у меня с техникой проблем меньше стало, пущай живет.

Гарин вспомнил, как странное существо расправилось с пиратами, буквально разорвав их на части, неуютно поежился. Спросил на всякий случай:

– На людей не нападает?

Бек отрицательно покачал головой.

– Мда, – только и смог протянуть Юрий. – Вот так дела.

– Да, дела, – вторил ему в тон мастер. – Космос вообще полнится всякими необъяснимыми вещами. Я уже привык.


Он откашлялся, махнул рукой, словно закрывая тему. Сказал решительным тоном:

– Ладно, пора нам закругляться. Мне через час на вахту, хотел еще вздремнуть.

Гарин встал, смахнул в ладонь пакетики с наркотиками.

– С этим я разберусь, – еще раз заверил он Бека. – Уверен, не повторится.

– Надеюсь. Ты заходи как будет желание. Я тебя чаем угощу, настоящим. И не обижайся, если что не так сказал.

Они пожали друг другу руки и Юрий вышел в коридор. Запустил на вифоне визуальный навигатор, который прочертил на полу тонкую яркую линию, указывающую дорогу к «блошиному» кубрику.

Теперь темные и пустые коридоры и туннели нижней палубы ощущались по иному, от них вдруг повеяло холодом, а мрак показался материальным и движущимся. Гарин никогда не был впечатлительным, он с детства привык к лишенным света лазам Изнанки. Но сейчас ему впервые за долгие годы стало не по себе. За ним будто постоянно наблюдали, скользили по пятам, нависали с потолка. Его шаг сам собой ускорился, по спине пробежал неприятный озноб.

Когда впереди засветился прямоугольник лестницы, его встретили. Кто-то заслонил собой свет, а бегущая по полу линия навигатора качнулась в сторону, обходя возникшее препятствие. Юрий резко остановился, сжимая кулаки.

Это был расплывчатый силуэт, материализовавшаяся тень, облако плотного непроницаемого тумана – и вместе с тем нечто узнаваемое, человеческое. Воздух вибрировал, в низком гуле слышались неразборчивые звуки, похожие на голоса.

Гарин медленно потянулся к собственному запястью, боясь сделать что-то не так. Коснулся приклееной к коже пленки вифона.

Мрак прорезал яркий и холодный свет фонаря. Луч прошел сквозь то место, где только-что находилось неизвестное существо, откатившаяся прочь вместе с темнотой.

Но прежде, чем человек с «Каукета», Такрикас или кто бы то ни был исчез, Гарин успел разглядеть нечто, что привело его в оцепенение.

В короткой вспышке света на зыбкой, извивающейся кольцами поверхности промелькнуло лицо, и глаза, большие, знакомые.

В тот малый миг, в пустом и темном коридоре «Полыни», показавшись и бесследно растаяв, на Гарина смотрела Элли.





Глава 4. Женя




Дверь в уборную бесцеремонно распахнулась и вместе с разноголосой какофонией на пороге возникла худая и раздраженная фигура дирижера.

– Долго вы тут кудахтать собираетесь?

– Уже идем! – нервно махнула пухлой рукой Урфина.

– Живее! «Аура» уже заканчивает, через одну композицию наш выход.

– Идем, идем.

– Премии лишу, – пригрозил напоследок режиссер и скрылся.

Урфина воинственно смахнула завитую прядь со лба, повернулась к подруге.

– Ну, легче?

– Да, полегче, – успокаивающе кивнул Ирби, опершись на раковину и разглядывая себя в зеркало. – Должно быть, элбоки несвежие.

– Говорила я тебе, не увлекайся этой дистантской кухней, – наставительно напомнила Урфина. – Тем более, накануне такого мероприятия.

– Да, ты была права, – Ирби выпрямился, поправляя волосы. – Все хорошо, правда.

На него в зеркало смотрело его отражение – тучная женщина в подчеркивающем формы сиреневом платье. Похожие на свежую древесную стружку волосы окаймляли и без того округлое лицо, обычно румяные щеки побледнели, это было заметно даже сквозь виртуальный макияж.

Ирби силой воли затушил растущее жжение в районе живота, натянуто улыбнулся и захлопал вычурно длинными ресницами.

– Я в порядке, и я красотка, верно?

– Красотка-красотка, – фыркнула Урфина. – Когда тебя не тошнит в будуаре.

«Оболочку» звали Эмбра. Ирби нашел ее в процессе подготовки к операции, увлек романтическими отношениями, обработал и теперь полностью занял тело женщины, стерев сознание.

Это показалось ему гуманным.

Эмбра, как и Урфина, как и еще двадцать семь человек были певцами в фолк-арт-ансамбле «Хор Весперской Долины» и им предстояло выступить на концерте в честь дня рождения Императора в стенах концертно-развлекательной космической станции «Семаргл». Несмотря на то, что Эмбра была совсем не примой, на этом выступлении ей отводилась отдельная, яркая и запоминающая роль.

План атаки на правительственную делегацию от полевого командира радиан Тэ Иллирита совсем не нравился Ирби. Говоря по чести, план больше походил на сценарий фантастического боевика и изобиловал такими неустойчивыми переменными как бомба в импланте, подкупленный полицейский, десяток внедренных в техническую обслугу радиан и органическое оружие, распиханное в разобранном виде по всей станции. Но нужно отдать должное, аджаи-повстанцы действительно готовили операцию около двух лет и достигли вызывающих уважение результатов. В особенности при понимании, что речь идет не о какой-то провинциальной станции, а о «Семаргле», второй по величине среди развлекательных станций в Солнечной системе. Да сюда чтобы устроиться работать простым оператором уборочных машин требовались серьезные рекомендации, а сам персонал каждый квартал подвергался скрытым проверкам со стороны службы безопасности.