Империя Млечного Пути. Рейтар

В целях придания подчиненным нужной мотивации, Гарин вновь вернул в расположение группы рейтинговую доску, где рядом с фамилиями контракторов светились цифры премиальных, которые росли или уменьшались в зависимости от полученных ими оценок за занятия. Таким образом каждый мог наглядно соотнести плоды своего труда с размером будущего достатка. Правда, эта мера мало волновала Киру, которая и без стимуляции справлялась со всем играючи, и «кадетов», которые, в отличие от большинства, пошли в рейтары не из-за денег. И, видимо, Джаббар все же поговорил с парнями, поскольку они больше не саботировали приказы Гарина, хотя и выполняли их с явным пренебрежением.

В тире абордажников, как и раньше, встречал мичман Биттон, считающий себя специалистом в стрелковом деле. После того, как мичман представил новые образцы стрелкового оружия, поступившие на вооружение рейтаров, Юрий вежливо, но настойчиво оттеснил его в сторону, предоставив слово по-настоящему хорошему стрелку – Рэю.

Основной упор в обучении Гарин решил сделать на практические занятия, многократно повторяемые и комбинированные друг с другом. За основу он взял единственную школу, которую считал авторитетной и проверенной лично – Школу разведчиков на ковчеге. И раз уж методика инструкторов с потерявшегося среди звезд «Пилигрима-2» помогла ему выжить в Изнанке, то точно поможет группе разрозненных контракторов превратиться в сплоченную боевую единицу.

Поэтому он не слезал с группы ни днем, ни ночью, игнорируя жалобы и протесты. Он заставлял «блох» отрабатывать посадку и высадку из боевых костюмов, бороться за живучесть корабля, упражняться в стрельбе и таскать по ангару тяжелые абордажные ломы для формирования командной работы. В один из дней они в боевых скафандрах носились по «Полыни», отражая мнимые попытки захвата звездолета. А потом отражали попытки захвата и одновременно боролись за живучесть. Или таскали ломы в тире, тут же переходя к стрельбе, пытаясь трясущимися руками совместить отключенный визуальный прицел с целью. А потом вновь боролись за живучесть, одновременно отрабатывая скоростную посадку в «големы».

В отличие от Джаббара, Гарин не желал быть сторонним наблюдателем, по возможности сам участвовал во всех занятиях и тренировках. Это помогало ему вернуться в форму, которую он растратил за время монотонной службы на базе «Ракуда», а заодно личным примером показать остальным, что его требования вполне выполнимы. Впрочем, это все равно не спасало от раздраженных стенаний и злого ворчания тех, кому установленная плотность обучения пришлась не по вкусу.

– Да ты уже достал меня! – резкий возглас в наушниках заставил Юрия остановиться и оглянуться.

В центре ангара, где «блохи» уже час пытались развернуть по всем правилам оперативный пункт, имитируя высадку из десантного шаттла, один человек в скафандре пинал второго человека в скафандре, стоящего на карачках возле опрокинутых блоков полевого коммуникатора. Визуальные маркеры услужливо сообщили Юрию, что перед ним разгневанный Иова Маракши и растерянный Патаки.

Пинки озлобленного парня не наносили никакого вреда одетому в броню Идгану, но мешали тому встать. Зато Патаки сносил побои молча, лишь скрежетали по полу его жесткие наколенники.

Прежде, чем Юрий рявкнул «Маракши!», сбоку появилась мощная фигура Ярвиса и бесцеремонно оттерла Иову в сторону. Командир первого взвода наклонился, схватил Идгана за эвакуационное кольцо, торчащее над кислородным генератором на спине, и одним движением поставил Патаки на ноги.

– В чем дело, Иова? – поднимая забрало шлема, спросил Юрий.

– Ни в чем! – огрызнулся Маракши.

– Ты просто так решил пнуть своего товарища?

– Да идите вы с такими товарищами куда подальше! – Иова резким хлопком открыл шлем, являя багровое лицо со злым прищуром глаз. – И со своими этими упражнениями тоже туда идите!

Он добавил еще что-то эмоциональное на незнакомом наречии.

Несколько «блох» одобрительно загудели.

– Что не так, Иова? – терпеливо повторил Гарин.

Маракши сверлил глазами стену где-то за его спиной, наконец ответил:

– Достала эта херня. Я сюда не за тем шел, – потом его обвиняющий перст указал в сторону скособоченного Патаки. – А еще раз поставите в пару с этим утырком, я его изувечу! Он нихрена не понимает!

– Да, командир, отдохнуть бы! – подал голос Мао Зэй. – Я, это, уже ног не чувствую.

Одобрительно промычал Мартин Гавел, опуская автомат стволом к земле. Кажется, Одучи и Тихомир были с ним согласны. Чего уж говорить о «кадетах», которые, пользуясь передышкой, привалились к стене ангара.

– Кожаные мешки сдулись, доно, – насмешливо заметила Кира, тонкая и подтянутая словно игла. – Дай мешкам поваляться в своем углу.

Коротко хохотнул Одегард, тут же тактично заткнувшись.

Гарин и сам, если честно, утомился, но не хотел бросать начатое дело на полпути. Пусть группа и лажала раз за разом, однако ему нужен был хоть какой-нибудь прогресс под занавес.

– Слушайте меня, – ровным голосом сказал Гарин. – Никто не пойдет отдыхать, пока мы не закончим.

По ангару разлетелся многоголосый гул возмущения.

– Куда ты так гонишь, командир? – просипел Мао Зэй. – Хочешь нас угробить?

– Личный состав действительно нуждается в отдыхе, – внезапно вмешался лейтенант Джаббар. – Они уже занимаются сверх графика.

– Спасибо за мнение, – Юрий даже не стал поворачиваться, вновь обратился к «блохам». – Что ж, раз вы не понимаете для чего нужны эти занятия, раз считаете, что с вас довольно, так и быть, повторим тренировку последний раз и на том закончим.

Шум одобрения. Настороженный взгляд Одегарда, который слишком хорошо знал Гарина.

– Командиры взводов! – не заставил себя ждать Юрий. – После занятия получите у интенданта мешки для трупов для всего личного состава группы. Пусть каждый из присутствующих подпишет свой мешок. Отныне спать вы будете в них.

Слова Гарина звучали в гробовой тишине. У каждого в голове на свет вылезли самые темные флотские суеверия.

– Не желаете учиться выживать, будете привыкать к смерти, – мрачно закончил Юрий.

Он громко хлопнул в ладоши, отчего некоторые вздрогнули:

– Всем – на исходные! Мартин! Замени Патаки.

– Понял, – протянул Гавел.

– Патаки! – Юрий обратился к стоящему в закрытом шлеме контрактору. – На тебе теперь ремкомплект и второй боезапас.

Патаки никак не отреагировал, слепо пялясь на Гарина.


– Патаки! – подступил Рэй. – Ты оглох?

Несуразная фигура дернулась, в наушниках щелкнуло и растерянный голос Иова сказал:

– Ой, я забыл включить связь…

– Зараза, – выругался Одегард, сокрушенно роняя голову.

– Я убью тебя, Идган! – заорал издалека Маракши.

– Рэй, – устало сказал Юрий. – Это твой недосмотр как взводного.

– Не проверил, – сознался друг. – Кто ж мог подумать…

– Теперь Патаки раненый, – продолжил Гарин. – Ясно?

– Ясно, – норвежец закрыл забрало шлема, взвалил не сопротивляющегося подчиненного на плечо и побрел с ним к шаттлу.

Наблюдая, как группа медленно поднимается по десантной рампе в катер, Юрий сделал глубокий вдох, на миг закрыл глаза, взывая к отцам-духовникам.

Отцы-духовники, как обычно, мудро промолчали, представляя возможность сыну ковчега самому проявить силу духа. Разочаровывать их Гарин не собирался.

Некоторые вещи, к которым Юрий привык за время службы, изменились и требовали к себе внимания. Что запрещалось контракторам до войны, то стало разрешено рейтарам – в арсенале «блох» появилось вооружение, ранее состоявшее лишь в армейских частях. Привычные УМАСы обзавелись модулями под новые, более мощные боеприпасы и ракеты, капризные и неудобные для применения в скафандрах пистолеты Тур-7 сменили крупнокалиберные пистолеты-пулеметы «Каннибал», тяжелые, но комфортные. Помимо оружия, обновились некоторые комплектующие для скафандров и коммуникаторов, расширяющие возможности контракторов до военных стандартов. Помимо прочего, вместе с должностью Гарину полагался и новый командирский «голем», отличающийся по начинке от привычных боевых костюмов.

Чтобы освоить все это требовалось время, которого у Гарина в последнее время практически не было. Поэтому когда группа ложилась спать, для Юрия начиналась вторая смена. Он позволял себе час отдыха пока составлял план на следующий день, после чего шел в тир, в ангар или в комнату вооружения, где стрелял, изучал, пробовал. На сон отвел лишь четыре часа, подбадривая себя по утрам энергетиками и контрастным душем.

Существовать в таком ритме было непросто, но у Гарина не оставалось выбора – чтобы соответствовать новому положению нужно приложить максимум усилий. Он встречал начальников, которые воспринимали повышение как награду без обязательств. И видел к чему такие начальники приводили свои команды, превращая работу в болото некомпетентности. На ковчеге все командиры были выходцами из своих коллективов и являлись безоговорочными специалистами в областях. Юрий и сам когда-то был Старшим разведчиком, знающим о выживании в Изнанке если не все, то очень многое. И ему никогда бы не доверили возглавлять вылазки в темную часть корабля, не пройди он эту школу с самых низов.

Он как раз сидел на краю открытого люка своего «голема», разбираясь в интерфейсе виртуального командирского планшета, когда услышал шаги, отдающиеся эхом в пустом ангаре. Юрий дернул пальцами, сворачивая схему боевого построения, ухватившись за верх люка, выглянул наружу.

– Рэй? – даже удивляться не было сил. – Чего не спишь?

Чернокожий норвежец подошел к костюму, с любопытством заглянул внутрь.

– Разбираешься? – он протянул руку и постучал ногтем по кнопке ароматизатора воздуха, которая отсутствовала в рядовых «големах». – Неплохо тут у тебя.

Юрий с еле сдерживаемым кряхтением выбрался наружу, с удовольствием размял застывшие ноги.

– Почти разобрался, – он кивнул в сторону темного проема люка. – Хотя, конечно, нужна практика.

– Модулятор не пробовал интегрировать в систему? Он у тебя хоть и дурной, но хоть какой-то помощник.

– Боюсь я сам в систему залезать, – с сомнением ответил Юрий. – Там очень тонкая настройка нужна.

– Но Ярс то как-то это делал, – напомнил Рэй.

– Ярс делал, – хмыкнул Гарин. – Только нет здесь больше Ярса.

Взгляды друзей сами собой скользнули по пустому углу, в котором когда-то располагалась каморка Федорова.

– Да, Ярс был голова, – утвердительно кивнул Одегард. – Может, пусть Мартин посмотрит? Ты ж его не просто так новым техником назначил.

– Не знаю, – с сомнением ответил Юрий. – Подумаю.

Он поднял кресло пилота, закрепил его и закрыл тяжелую створку люка. Присел на широкую ступень монтажной стремянки, открыл бутылку с водой и сделал несколько долгих глотков.

– Отдыхать тебе надо, Юрка, – внимательно посмотрел на него Рэй, выпячивая челюсть с рыжей бородой. – А то на глазах истончаешься.

– Успеется, – отмахнулся Гарин. – Дел полно.

– А когда их было не полно?

– Лучше скажи как там… Как настроения?

Одегард широко оскалился:

– Ну, как тебе сказать. Я давненько такого ужаса не видел. Идешь по расположению, а в капсулах мешки для трупов лежат. И шевелятся. Бедный Одучи в сортир побрел, чуть по дороге с ума не сошел.

Юрий слабо улыбнулся, виновато разводя руками. Спросил:

– Проблем не было?

– Я так думаю, Юра, без проблем теперь никак. Понятное дело, никто в мешки залезать не хотел. Ну, кроме Киры, ту, мне кажется, вообще ничем не пронять. А парни заартачились, конечно. Ты же знаешь, как говорят…

– Знаю.