Хозяйка Кладбища

 * * * 




Пролог




— Приятного полета, мадам, — с этими словами техник захлопнул крышку моего саркофага–капсулы. Ближайшие годы мне предстоит провести в полуанабиозном сне. И не только мне, еще двадцать с лишним тысяч людей отправляются в долгий путь на том же корабле–ковчеге, что и я.

Об их мотивах ввязаться в столь долгую поездку я могу только догадываться, а вот мои причины просты, словно брачный контракт нищих. Мне нужно оказаться как можно дальше от Малькольма, от Земли и вообще Солнечной системы.

Иначе моя жизнь будет тоскливой и печальной. Очень тоскливой и очень печальной.

Как и положено вдове.

И что с того, что вдовой я стала в шестой раз. Все же хорошо было! Я, в конце концов, не паучиха какая, мужьям голову не откусываю.

Я гораздо более мирная золотоискательница. Даже бриллианто–искательница. Ведь, согласитесь, найти в нынешнее время мужчину лет девяноста–ста десяти, ни разу не бывшего женатым и не имеющего детей, но при этом скопившего достаточный капитал — это не так уж легко. Тонны пустой породы надо перебрать почти вручную!

Но нередко вместо идеального алмаза попадается стекляшка. Вот и с шестым мужем так получилось. Кто ж знал, что он успел заделать мальчика в один из своих загулов еще до нашего знакомства и совершенно забыть об этом. Да и мамочка малыша не стала по его поводу париться — даже рожать не стала, сдала в государственный банк эмбрионов, откуда его потом и усыновили.

И выросло, что выросло.

И это выросшее возникло на пороге нашего дома за несколько дней до кончины моего прекрасного супруга, чем, несомненно, ее только ускорило. Проклятущий Малькольм.

С генетической картой на руках, он заявился в дом и потребовал признать его членом семьи. И на мое удивление, старик его принял с радостью!

— Пожалуйста, укладывайтесь поудобнее, — прошелестел в ушах голос автоматики капсулы. На лицо наползла дыхательная маска. Я размеренно задышала, стараясь взять себя в руки от некстати пришедших воспоминаний.

Один. Два. Три. Четыре вдоха дыхательной смеси — и сознание поплыло, погружаясь в виртуальность.

Путь до новой колонии предстоит долгий, почти шестьсот световых лет. Внутрикорабельного времени, как сказано в рекламных листовках, это будет всего пятнадцать земных лет. Чудовищно долгие пятнадцать лет.

Корабль–ковчег будет нырять в червоточины, связывающие между собой пространство–время, а затем выходить из Прыжка. Из сложных научных описаний я поняла лишь то, что невозможно оказалось сделать Прыжок на такое расстояние сразу. Поэтому между Прыжками корабль будет идти в обычной среде. Но все это выверты, которые важны корабельной команде. А я всего лишь пассажирка. Хотя и привилегированная — большая часть моих денег пошла на выкуп доли в новой колонии. Но пока меня ожидает капсула.

И слава науке, все это время мое тело будет погружено в подобие сна. Полный анабиоз, как писали фантасты 20 го века, оказался, к сожалению, невозможен — при размораживании получалось только тело, без сознания, без жизни. А отправлять в Прыжок человека в полном сознании тоже оказалось опасным — на выходе оказывалось сумасшедшее существо, не узнающее никого, хотя между входом и выходом проходило всего несколько секунд. Как предположили высокомудрые ученые — для сознания Прыжок занимал многие годы, и люди просто сходили с ума.

Так что погружение в полусон оказалось оптимальным решением. Но раз сознание не отключалось полностью, то было решено помещать всех в виртуальность.

Наконец дыхательная смесь подействовала. Мое сознание помутилось, перед глазами поплыло. Полупрозрачная крышка саркофага затемнилась и словно отодвинулась.

В пространстве передо мной сами собой возникли светящиеся символы, сложившиеся в значок конверта. Машинально я попыталась нажать на него.

«Добро пожаловать на борт! Команда корабля «Карсовай“ рада приветствовать вас, Юдифь Аджаи, и готова предложить вам всевозможные виртуальные приключения на все время полета. Ваше присоединение к колонизационной миссии — настоящая удача для всех нас…» — так, понятно, сплошное рекламное бла–бла–бла, его можно пропустить. Текст пополз вверх, и почти сразу перед моим взглядом появилась карта виртуального пространства корабля. Из развлечений и способов скоротать время предлагалось: виртуальный город, где будут присутствовать все находящиеся в полу–анабиозе жители корабля, несколько десятков разновидностей игр и симулятор жизни в новой колонии — так, как предполагалось это по исходному плану.

Начну, пожалуй, с игр. Виртуальный город и симулятор оставим на потом — в конце концов, ничто так не сплачивает, как совместное занятие бесполезной деятельностью.

И что у нас в списке? Бродилка, песочница, симулятор Средних Веков, имитаторы полетов — в атмосфере и невесомости, пара стратегий и еще пара–тройка сотен ничего не говорящих наименований. Почему–то недоступных.

Снова перед моим полем зрения возник значок конверта. Ну что там еще?

Сообщение рассыпалось искорками, сложившись в объемный образ. Малькольм? Ты пишешь, и вдруг мне? Я тебе оставила хорошие отступные!

«Дорогая маменька! — с издевкой произнесло изображение. Какая я тебе, к черту, «маменька“! Я на десять лет тебя младше! — Надеюсь, ты простишь своего сына, что не попрощался с тобой как должно в порту перед твоим отбытием. Но я сделал все возможное, чтобы твое путешествие прошло максимально незабываемо! Увы, мне не удалось полностью отключить твою анабиозную капсулу, так что ты не сойдешь с ума в первом же Прыжке, сука. Но, думаю, ты скоро обнаружишь мои сюрпризы. Наслаждайся!»

Ублюдок. Чтоб тебе там икалось все время, которое я буду лететь в колонию. Все шесть сотен земных лет.

Так, собраться, а то мысли разбегаются, как муравьи в потревоженном муравейнике. Что бы ни сделал этот «сыночек», решивший стать наследником не только своего отца, но еще и моим, он сказал главное — я останусь жива и сохраню разум. И очень надеюсь, что сюрпризом не было отключение виртуала капсулы на время переходов между Прыжками. Лежать и смотреть в одну точку в обычном пространстве тоже будет не слишком радостно.

Перед глазами снова повис интерфейс выбора развлечений. Но теперь стало видно значки блокировки — я не могу войти в виртуальный город, не могу воспользоваться большинством игр, а те что доступны…

На всех, абсолютно на всех стоит режим сложности «Ночной кошмар»! Замечательный сюрприз, «сыночек». Я точно повеселюсь. И доступны только те, где нет одиночного режима — только игрок против других игроков. С учетом «Ночного кошмара» для меня — я одна буду против всех жителей корабля. Отлично, просто отлично. Если бы не капсула, я бы стерла зубы, пытаясь ими скрипеть.

Ладно, надо что–то выбрать и начать сеанс. Бродилку по подземельям сразу нафиг, с таким режимом мне там делать нечего. Песочница с «открытым» миром, генерируемым ИИ корабля довольно занятна была бы, но, может, позже. А вот симулятор Средних Веков выглядит многообещающе. Ознакомлюсь–ка с описанием.

«Вам предоставляется уникальная возможность прожить жизнь и привести к величию свой клан! Стройте свой дом и поместье, развивайте свое дело или вступайте в гильдии! Начните политическую карьеру и станьте Мэром города или даже Сюзереном целой провинции! Беспрецедентно широкие возможности для взаимодействия с неигровыми персонажами — встречайтесь, женитесь, заводите детей, разводитесь или объявляйте кровную вражду и уничтожайте целые рода! Полная симуляция всех возможных болезней — попробуйте сохранить свое здоровье и выжить, и передать свое дело потомкам! Освойте профессию Капитана наемников, Мастера–столяра, Церковного служителя или любой другой из множества профессий, как открытых сразу, так и скрытых, требующих выполнения особых квестов!»

Интересно. Социальная игра? В чем же тогда тут «ночной кошмар»? В бродилке по подземельям «кошмарность» — это повышенная атака мобов, которые будут меня убивать, и невозможность вернуться в город раньше окончания подземелья. В песочнице с открытым миром тоже, наверняка и повышенный урон по мне, и труднодоступные квесты, и завышенные модификаторы на прокачку. А в социальной игре что?

По скриншотам выглядит довольно симпатично — цивильный город, церквушка, мастерские разных гильдий и гуляющая по площадям стража. Наверняка где–то в тенях прячутся и воры, а за городом разгуливают банды разбойников — как и положено в Средние Века. В городе правила, устанавливаемые Императором и его представителем — Сюзереном провинции, вне города — закон джунглей, даже если вокруг тундра. Или ты убьешь, или тебя.


Стартуем.





Глава 1




Эти мемуары стоило бы озаглавить: «Жизнь и удивительные приключения Юдифь Аджаи, космической путешественницы, волею судьбы и врагов оказавшейся в Средних Веках, но с помощью своего ума, смекалки и упорства сумевшей выжить и привести свой род к процветанию», но, к сожалению, столь длинные названия уже лет триста как не в моде, да и все было вовсе не так.



Шкряб–шкряб. Шкряб–шкряб. Бух!

Замечательное музыкальное сопровождение, ничего не скажешь.

Симуляция такая симуляция. Пахнет, как в склепе: тухлым мясом, землей и свежеспиленным деревом. Вокруг непроглядная чернота. Я попыталась пошевелиться. И не смогла — мое жизненное пространство ограничивалось крошечным объёмом. Словно я все еще лежу в капсуле, только с отключенным интерфейсом.

Черт! А если действительно так?

Нет, вроде не должно. Я же выбрала игру! И даже город. Правда, выбор был невелик, на самой высокой сложности доступно было только два: самый большой и самый маленький. Короткая считалочка, и мой воображаемый палец уперся в название меньшего города. Мейнланд. Город на побережье. Территорий под строительство, как гласила справка — минимум.

Зато максимальное количество оппонентов. Как таких же колонистов–анабиозников, так и порожденных программой НПС.

Следующий интерфейс предложил выбрать не мой собственный образ, а родителей! И кого выбирать? Предложены были Военный, Вор, Ремесленник, Крестьянин и Ученый со стороны возможных отцов, и все то же самое, но без Военного — для будущей матери. Ткнула наугад — все равно ведь не знаю, что к чему. Интерфейс личных настроек открылся и закрылся сам собой, без моего участия. Но подозреваю, что как раз по причине участия Малькольма. А дальше все погасло.

Малькольм. Да. Это главная моя проблема. Но, надеюсь, он остался на Земле, а я лечу туда, куда и собиралась. А вся игра идет только в моем воображении и виртуальной реальности объединенных анабиозных капсул.

И вот я нахожусь посреди неизвестности и слушаю странные звуки. По ощущениям меня словно куда–то волокли, а затем уронили на землю. Я им что, груз какой?

В локоть пребольно впилась заноза. Кажется, подгрузились и тактильные ощущения — под пальцами деревянная поверхность, даже не гладкая. Просто пиленая доска.

Я что, в гробу?!

Перед глазами возникло новое сообщение. Какое облегчение, я все еще в виртуальности! Я потянулась к конверту, и тут же зашипела от боли — пространство было действительно очень маленьким.

От моего мысленного нажатия конверт рассыпался ворохом слов.

«Дорогая «маменька“! Настало время рассказать тебе правила. Если ты проиграешь, а в этой игре очень много способов проиграть, ты вернешься не в интерфейс выбора игр, а сразу в реальность. И даже я не знаю, где в этот момент будет находиться «Карсовай“ – в обычном пространстве или в Прыжке. Но в любом случае, только победив, ты сможешь выбрать другую игру. Приятного полета! Твой Малькольм.»

Ха. Щенок. Если бы я сдавалась при каждой неудаче, была бы я здесь. Так бы и жила на нижних уровнях. А мне удалось подняться на самый верх!

— Открывай! — проскрипело сверху. Такой мерзкий старческий голос, будто пытаются дергать давно не смазанную дверь и петли скрежещат, поддаваясь.

По моему вместилищу резко ударили и между досками появилась дырка, сразу заметная на фоне окружающей черноты. Еще удар, и еще. Наконец неизвестный сбил гвозди, державшие крышку моего гроба, и потянул грубую доску вверх.

Я замерла, прикрыв глаза. Кажется, стоит подождать и оценить обстановку. Как я оказалась в гробу? Это такой старт игры для всех или только мне не повезло? Что задумали эти, достающие меня из вместилища, которое явно должно было быть закопано?

Догадываюсь, Малькольм хотел, чтобы меня закопали, и таким немудреным способом я погибла в игре. А это означает проигрыш — и сумасшествие.

— А ну отошли! — приказал все тот же голос.

Крышка сдвинулась, и склонившийся надо мной человек проскрипел:

— Хороша! Еще почти свеженькая! Как говорится, мертвая женщина еще два дня женщина. Впрочем, с моим искусством она будет свеженькой еще пару–тройку лет.

Я едва не сморщилась от нахлынувшей вони — смрада гниющей плоти и не чищенных ни разу в жизни зубов, к которой примешивалось устойчивое амбре немытого тела. Неужели создатели игры были настолько натуралистичны?! Все–таки это игра, а не настоящие Средние Века.

Человек тем временем начал читать нараспев какие–то непонятные слова.

— Онга–бонга дарам! Тако сереш карам! Поднимись, дитя этой сферы!

Мое тело словно разряд электричества прошил. Неприятно. Но раз он хочет, чтобы я встала, пусть потом не жалеет. Я открыла глаза. Села. Посмотрела по сторонам: куча земли, рядом яма и мой гроб; лысоватый старик с вытянутыми вперёд руками — он, похоже, и колдовал; позади него жмутся друг к другу два странных существа. Существа выглядели как типичные зомби из третьеразрядных фильмов про апокалипсис. Освещение соответствовало: черное, усыпанное звездами небо, лишь с одного края чуть подсвеченное желтовато–зеленой полосой.

Ничего себе «Средние Века». Да тут полноценное фэнтези с некромантами и ходячими мертвецами.

Рассиживаться мне не дали. Старик подошёл и ударил меня по лицу.

— Вставай, тварь!

В голове зазвенело. Я поднялась, кипя возмущением. Но только открыла рот, чтобы выразить свое негодование, как старик еще раз меня ударил, на этот раз в плечо.