Граница лавы

Брейн посмотрел на капитана и улыбнулся.

– С первым я уладил, а вот со вторым не получилось уладить.

– Так-так-так, – пробормотал капитан, уставясь в спинку переднего кресла. В информационном файле о Томасе Брейне такого факта не оказалось. А это был очень важный факт – деньги, враги. Это чрезвычайные факторы, которые могли развернуть человека куда угодно.

Капитан взглянул на Брейна и наткнулся на его улыбку.

– Вы, майор, знали, что у нас нет этой информации, и… немного издеваетесь надо мной?

– Не без этого. Зато теперь у вас есть то, чего нет во всех других файлах обо мне.

Снова взглянув в иллюминатор, Брейн обнаружил в море несколько островов, заросших густым лесом с зеленой и местами синеватой листвой. А значит, не везде царила зима, и это обстоятельство его порадовало.

– Кто обрабатывает сигналы, собираемые тензорами? – спросил Брейн после нескольких минут молчания.

– Вы хотите знать, наша структура или нет?

– Секрет?

– Разумеется. Но я вам скажу – это военная разведка и их разработчики. У них необходимые средства для научных разработок, тестирования, свои поставщики, производственники.

– А вы только по безопасности?

– Получается, что так.

– Не очень удобная схема, ведь вас глубоко в процесс не пускают, правильно?

– Правильно. И они правы.

– Интересно, в каком спектре они снимают показания?

– А вот это я знаю, – улыбнулся капитан.

– Шутите.

– Ничуть. Я скажу вам, и вы удивитесь – в спектре инфракрасного излучения.

– Да ладно! – отмахнулся Брейн, не поверив в такую простоту.

– Но тут есть нюанс. Информация состоит из весьма незначительных изменений интенсивности излучения. Вот это дрожание параметров и сообщает нам о состоянии лавы.

– Ну и какова эффективность ответных действий?

– Вы про артбомбардировку?

– Да.

Капитан вздохнул.

– Такой информации военные нам не дают, но мы же не можем сидеть на месте, поэтому налаживаем кое-какие собственные каналы.

– И что дали эти каналы?

– Имеются участки, где никто не препятствует распространению лавы. Они считаются не такими важными. И с таких участков мы получаем информацию о ее прыжках. Так вот там, где не бомбят, активность лавы выше всего на десять процентов.

Брейн удивленно покачал головой.

– Разочарованы?

– Разочарован. Я думал, хотя бы процентов на тридцать. А тут совсем ничего, учитывая, какие средства уходят на сдерживание лавы.

– Да, средства огромные.

– И что, ваша контора не пыталась проверить, куда идут эти деньги?

– Идут куда надо, то есть куда приказывает тот, кто принимает решение.

– А может, методы борьбы с лавой уже имеются и их не применяют, чтобы не останавливать денежную реку?

Капитан вздохнул и, потянувшись, поднялся из кресла.

– Пойду загляну в холодильный шкаф, надо перекусить. А то после посадки – сразу на службу.






89


Когда шаттл приземлился и погасил двигатели, оба пассажира вышли на свежий воздух, и Брейн поразился тому, что увидел и почувствовал.

Это было похоже на тропическую зону – яркие краски, резкие ароматы и буйная растительность, обрамлявшая здание порта.

– Да мы здесь упаримся! – сказал Брейн первое, что пришло ему в голову.

– Не успеем, – ответил капитан, и тут же возле трапа притормозил черный внедорожник с лакированными бортами и повадками представительского класса.

Брейн открыл дверцу, из салона пахнуло озонной дезинфекцией и прохладой.

– Понятно, – сказал он, садясь и закрывая дверцу.

– Да, это я и имел в виду, – кивнул капитан, забираясь на заднее сиденье с другой стороны.

– Так мы что же, будем все время в кондиционируемых объемах просиживать?

– Увы, по большей части, – не стал скрывать капитан. – Но легкую одежду вам подберут.

– Гражданскую?

– Возможно. Но прежде всего, конечно, летнее обмундирование.

– Как поедем, сэр, в объезд или через центр? – поинтересовался водитель-канзас в форме пехотного сержанта.

– Через центр, Томас? – повернувшись к Брейну, спросил капитан.

– Да, спасибо. Лучше через центр, – ответил тот с благодарностью.

Весь неполный месяц, что он пробыл в гарнизоне, показался ему очень долгим сроком. И конечно, виной тому было воздействие лавы – ее слишком опасная близость. В этом Брейн не сомневался.

Широкое шоссе с новеньким покрытием мягко покачивало тяжелый автомобиль, и Брейн наслаждался каждой секундой этой поездки.

Замелькали постройки пригорода. Домики в один-два этажа, какие-то конторки с вывесками, магазины и длинные тротуары. А на них – пешеходы. И, разумеется, много военных. Может быть, треть. Их тут хватало, причем как мужчин, так и женщин. На самом деле это был не город, а гарнизон.

Тем не менее центр порадовал. Здесь все было скопировано с самых удачных и процветающих городов обычного внешнего мира, чтобы жители этой военной колонии чувствовали себя комфортно, не думая постоянно о том, что рано или поздно все это будет накрыто лавой.

Рано или поздно.

– Ну и как вам такое убежище? – поинтересовался капитан Шеридан, когда машина покатила вдоль рядов молодых деревьев, отделявших улицу от набережной.

– Выглядит красиво. Даже очень. Но…

– Но? – удивился капитан.

– Озоновый дезинфектор в воздухе. Значит, среда агрессивная. Могу предположить аэробный планктон.

– Ну и пусть планктон. Зато смотрите – там, за деревьями, море и много солнца.

– Ваш водитель чуть бледнее, чем положено быть канзасу. А значит, ежедневно принимает выравнивающие препараты. То же вынуждены делать и все эти люди на жизнерадостных улицах.

Водитель вздохнул, а капитан грустно улыбнулся. Действительно, всем обитателям этого цветущего городка приходилось сидеть на препаратах. В противном случае аэропланктон убивал бы их.

Брейн чуть склонился к капитану и вполголоса продолжил:

– Скажу больше. Вернее, поинтересуюсь: этот токсичный планктон всегда здесь водился или появился по мере приближения к этому району фронта лавы?

От такой неожиданной идеи капитан даже отпрянул и уставился на Брейна широко раскрытыми глазами.

– Признаться, мне только сейчас пришло это в голову, – сказал тот. А капитан лишь печально покачал головой и отвернулся к окну. Однако видно было, что он задумался.





90


Очарование приморского города сошло на нет, когда, проехав насквозь самые лучшие и красивые кварталы, машина оказалась в пригороде, состоящем из ведомственных территорий, отгороженных друг от друга высокими заборами с сетками-ловушками и множеством камер.