Граница лавы

– Ну вот, подруга называется, взяла и всю меня распотрошила, а я, если кому интересно, Конкордия. И я еду на свадьбу к моему брату Питеру. Он живет в Мокасине, это такой город на Линарде – это такая планета.

– Делаем заказики! Заказики делаем!.. – прошелестел мимо стола старший официант, ловко забрасывая на столы книжечки-меню.

– А вы военный, да? – спросила Фейли, хлопая ресницами слишком часто.

– Да, я военный, – улыбнулся в ответ Брейн.

– Военные – это что-то! – всплеснула руками мадам-суперколвер и таки смахнула приветственный букет вместе с вазой, которые у самого пола поймал с удивительной проворностью седоватый канзас.

– Вот она, старая гвардия! – заметил Брейн.

– Дык, эта… Сам даже не понял… Аж в спину стрельнуло!..

И канзас принялся с запозданием растирать поясницу.

– Локоточки убираем… Убираем локоточки… – пронеслось по залу, и целые отряды официантов ринулись в гущу заторможенных клиентов, не успевших сделать выбор до указанного в меню времени, а значит, всем им теперь полагался «стандарт».

Брейн был знаком с этой системой, канзас также был знаком с ней. Ничуть не удивлялась таким порядкам широкоплечая мадам, да и Фейли-Фелиция восприняла блюдо со «стандартом» сначала вполне спокойно. Но неожиданно, после выразительного взгляда мадам, она вдруг вскочила с места и стала кричать:

– Я не буду это есть!.. Я еще не сделала выбор!.. Я не буду!..

Официанты удалились, не обратив никакого внимания ни на Фелицию, ни на еще полдюжины крикунов, которым другие пассажиры указали соответствующий пункт в меню.

Фелиции пункт не показывали, но она сама вдруг успокоилась и, вернувшись к стандартному блюду, приступила к еде.

Брейн тоже попробовал – вполне съедобно, хотя в небольших гарнизонных городках поваров за такую стряпню могли призвать к ответу.

Минут десять в зале было относительно тихо, все поглощали «стандарт». Фелиция даже сумела обогнать всех, приступив к холодному «кофе», напитку из жидкостного картриджа, который должен был сработать только через минуту.

– Ой, какая дрянь, – сморщилась блондинка и получила под столом удар от мадам.

– А вы военный, да? – снова задала она свой вопрос, и Брейну пришлось снова подтвердить ее догадку.

– Я помню в наши времена, когда приходилось служить далеко от дома… – начал свой рассказ канзас, но на том и закончил.

Потом была смена блюд – снова «стандарт», после чего наконец подали десерт.

В общем, обед Брейну даже понравился, если бы не эта возня соседей по столу.

Он залпом допил какой-то фруктовый мусс, поднялся и, пожелав остальным приятного аппетита, ушел.

Какое-то время оставшиеся за столом допивали мусс, потом мадам, не обращая внимания на постороннего за столом, сказала:

– Ты вела себя как непрофессиональная дура.

– Отстань, я волновалась.

– Никогда не волновалась, а теперь заволновалась!

– От этого задания зависит моя карьера, как тут не волноваться?

Блондинка отодвинула мусс и, похлопав себя по бедрам в поисках сигарет, выругалась – она забыла, что на ней платье, а не брюки.

– Своими привычками ты выдаешь себя каждую минуту, – не упустила случая мадам.

– Да заткнись уже, – вяло отмахнулась блондинка. – Сама-то была совсем не убедительна.

– Это был такой образ.

– А вот и не образ.

– А вот и образ, дура крашеная.

Фейли хотела ответить, но неожиданно вмешался канзас.

– Заткнулись обе! – строго приказал он, и женщины притихли, уловив в голосе соседа властные нотки.

– Обе были неубедительны, но на первый раз сойдет, поскольку многие одинокие дамочки строят планы на такие поездки и ведут себя при мужчинах по-дурацки. Так что продолжаем работать.

– И… и что же теперь делать? – осторожно поинтересовалась мадам.

– Агент Ини пойдет выполнять стандартный подход. Номер апартаментов, надеюсь, знаете?


– Так точно, – кивнула Ини.

– А вам, агент Дора, нужно сделать так, чтобы агент Ини оставалась единственной кандидаткой на его внимание.

– Можно ли уточнить, сэр?

– Можно. Милашка Сэм из персонала – менеджер по размещению. Она назначила ему свидание после ужина у него в номере.

– Шустрый здесь персонал, – заметила агент Ини.

– Вот и учитесь у них, – сказал канзас и поднялся. – Общаемся кодом по обычной сети. И если кто еще не понял, я – Кросс.

Канзас ушел, к выходу потянулись и другие пассажиры.

– Подумать только, я думала, какой-то левый старичок… – призналась агент Ини.

– Да уж, сплошные сюрпризы. Ладно, пойдем и мы, мне еще нужно найти эту Сэм и прикинуть, как вывести ее из строя.

– Упади на нее. Случайно, – предложила напарница и захихикала.

– Шутница, – буркнула мадам, выходя из-за стола.

– Ну а что? Тогда в порту проканало, – негромко напомнила агент Ини. – Клиент – в больничку, но живой. Начальник операции тогда тебя хвалил за находчивость.

– Я тебе сейчас кое-что скажу, только ты не хохочи тут как подорванная…

– Обещаю оставаться в рамках оперативной дисциплины, – ответила блондинка, не забывая отзываться улыбкой на каждый заинтересованный взгляд мужчин. На всякий случай.

– Ну так вот, – продолжила агент Дора, когда они уже шли по коридору, – я тогда не специально на него упала, просто на полу было наблевано, и я поскользнулась.

Агент Ини остановилась с выпученными глазами, готовая взорваться приступом смеха, но напарница повернулась к ней и напомнила:

– Ты обещала.

Заметив красотку в непонятном состоянии, подошел суперколвер из экипажа судна.

– У девушки проблемы? Ей плохо? Я сейчас же вызову медика!..

– Не нужно, просто у нее перезагрузка. Скоро будет в порядке, – заверила агент Дора.

– То есть… она… – начал свой вопрос суперколвер.

– Да, только, пожалуйста, не привлекайте к нам внимание, это пока экспериментальный образец.

– Похоже, ей хуже! – заметил суперколвер, указывая на агента Ини, которую начало трясти.

– Идите уже, офицер, без вас разберемся.

Суперколвер пошел прочь, то и дело оглядываясь, а еще через минуту агент Ини смогла дышать и говорить.

– Ну ты палач, Дора!.. Я думала, взорвусь!..

– А я думала, не выдержишь и начнешь гоготать, как тогда в отеле «Силвия». Твой кавалер чуть в обморок не упал от таких звуков.

– Мой смех страшен. Иногда хорошо подходит, чтобы отгонять лишних мотыльков.

– Когда пойдешь к этому?

– Через часик. Сразу после обеда мужики неактивные. Мне самой нужно передохнуть, настроиться, перышки почистить. Такой шанс упускать нельзя, я в этой транспортной полиции достигла потолка, – призналась агент Ини.

Они с напарницей шли по коридору и были похожи на мать и дочь, если бы не расовые отличия.

– Слушай, ты не могла бы не стрелять глазами? А то они уже по второму кругу мимо проходят, чтобы на тебя пялиться.

– Извини, не буду.

– У тебя, помимо этого задания, могут появиться и другие шансы, а вот для меня это последний выстрел. Промахнусь – останусь в транспорте до пенсии.

– А что, в криминальном бюро пенсия выше?

– На пятнадцать процентов.

– Ненамного.

– Да, ненамного, но и работа почище, а коллеги повоспитаннее.