Глаза дракона

Руки Денниса, которыми он шарил в снегу, совсем окоченели. Ну где же оно? Еще полбеды, что Деннис его не найдет. Хуже, если его найдет кто-то другой.

Часовой прокричал час.

Стоп, Деннис. Успокойся.

Это был голос его отца. Деннис замер, как был — на коленях, с носом у самой земли.

Ты уже ничего не видишь, мой мальчик. Закрой глаза на минутку, а потом посмотри. По-настоящему.

Деннис послушался. На этот раз он внимательно оглядел всю заснеженную, истоптанную мостовую у подножия Иглы.

Ничего.

Стоп! Вон там!

В снегу что-то блеснуло.

Деннис увидел краешек чего-то блестящего, что он во время своих панических поисков едва не вдавил в снег коленом.

Он подхватил непонятный предмет онемевшими пальцами и рассмотрел его. Медальон, должно быть, из золота, в форме сердца. Между двух створок зажат клочок бумаги. Очень старой бумаги.

Деннис вытащил бумагу, бережно сжал ее в руке, а медальон надел на шею. Потом побежал. Эта пробежка была еще хуже, чем все предыдущее — на каждом шагу он боялся быть обнаруженным.

Наконец он укрылся в спасительной тени зданий и смог отдышаться. Он прошел в замок через дверцу для слуг, выждав момент, когда стражник — такой же сонный и хмельной, как его коллеги, — отвернулся.

Через двадцать минут, в хранилище салфеток, он смог, наконец, прочитать записку.

Одна ее сторона была исписана старинными буквами, странными ржавыми чернилами. Деннис перевернул листок и чуть не вскрикнул. Эти «чернила» он мог узнать.

«О король Питер!» — прошептал он.

Буквы расплывались — «чернила» не успели еще высохнуть, — но почерк был четким.

«Хотел убежать сегодня. Ждать больше нельзя. Не ходи за Беном. Слишком опасно. У меня есть веревка. Тонкая. Может порваться. Завтра в полночь. Помоги если можешь. Нужно укрытие. Могу быть ранен. На волю Божью. Спасибо, дорогой Деннис. Король Питер».

Деннис перечитал записку трижды и заплакал — на этот раз от радости. Он снова и снова смотрел на строчку:

«спасибо, дорогой Деннис», написанную королевской кровью.

«Питер, я умру за тебя тысячу раз», — подумал Деннис. Он спрятал записку в карман, так и не сняв медальон с шеи. Прошло немало времени прежде чем он смог заснуть, но проспал он недолго. Дверь хранилища вдруг распахнулась — скрежет ее дверей показался Деннису ужасным, нечеловеческим криком, — и на него надвинулся темный силуэт с горящими волчьими глазами.





Глава 103




Снег пошел около трех утра — Бен Стаад увидел его первые хлопья, когда они с Наоми стояли на опушке королевского заповедника, глядя на замок. Фриски присела рядом, поскуливая. Она тоже устала, но была рада — запах становился все сильнее и свежее.

Она быстро довела их от дома Пейны до заброшенной фермы, где Деннис провел четыре дня, питаясь ненавистной репой. В этом доме ярко-синий запах пропитал все, и Фриски бегала из комнаты в комнату, радостно гавкая.

«Что теперь? — спросила Наоми. — Он пошел отсюда в замок, это понятно. Вопрос в том, идти нам за ним или ночевать здесь».

Было шесть часов, и за окном уже темнело.

«Думаю, лучше идти, — медленно сказал Бен. — Ты сама сказала, что нам нужны не глаза Фриски, а нос… и я подтвержу перед любым судом, что нос у нее замечательный».

Фриски, сидящая у дверей, благодарно гавкнула. Бен пристально посмотрел на девушку. Путь был долгим, они оба устали… но он знал, что надо спешить.

«Ты можешь идти, Наоми Ричфул?» Она уперла руки в бока и сердито взглянула на него:

«Я могу идти сто миль от места, где ты упадешь, Бен Стаад».

«Ладно. Может, нам удастся это проверить. Но сперва нужно что-нибудь поесть».

После скудного ужина Наоми нагнулась к Фриски и объяснила, что та должна снова искать след. Фриски не нужно было повторять дважды. Они покинули ферму сразу же — Бен нес большой рюкзак, Наоми чуть поменьше.

Запах Денниса вел Фриски в темноте, как маяк… и, если бы не оклик Наоми, она быстро привела бы их обратно к дому Пейны.

«В чем дело? — спросил Бен. — Она потеряла след?»


Они смотрели, как собака в растерянности бегает сначала по двору фермы, потом по дороге.

«Подожди, — Наоми явно обиделась за свою любимицу. — Слишком много запахов. Дай ей разобраться».

«Смотри! Она побежала в поле. Зачем?»

«А как ты думаешь? Неужели он пошел в замок по дороге?»

Бен хлопнул себя по лбу.

«Конечно, нет! Вот болван!»

Наоми только улыбнулась.

В поле Фриски остановилась и нетерпеливо тявкнула, требуя, чтобы Хозяйка и Юноша шли быстрее. Алдуанские лайки — потомки белых волков, которых боялись некогда жители Северного бароната, и, хоть и прирученные, они остались в первую очередь охотниками. Фриски не терпелось найти источник синего запаха.

«Надеюсь, она ведет нас правильно», — заметил Бен.

«Конечно. Смотри!»

Она указала рукой на вмятины в снегу — следы снегоступов.

К полуночи они добрались до королевского заповедника, и Наоми начала жалеть о своем хвастливом заявлении насчет сотни миль. Ей казалось, что она вот-вот упадет.

Деннис шел на снегоступах и перед этим четыре дня отдыхал. И он не бежал за собакой, которая иногда теряла след и возвращалась назад. Ноги у Наоми одеревенели, в боку кололо. Она съела несколько пригоршней снега, но от этого стало только хуже.

Фриски, которая не проваливалась в снег на каждом шагу и не тащила рюкзак, бежала легко. Наоми же и Бен то и дело увязали в снегу по колено, а то и по пояс. Один раз Наоми пришлось ждать, пока Бен ее вытащит.

«Хорошо бы… сани», — прошептала она.

«Да… и еще карету… или носилки», — прошептал он в ответ, ухмыляясь.

«Ха-ха. Как смешно. Из тебя вышел бы отличный клоун, Бен Стаад».

«Заповедник. Там меньше снега».

Наоми вдруг стало стыдно. Она думала только о себе, хотя Бен устал еще сильнее — он тяжелее, и рюкзак у него куда больше.

«Бен, ты как?»

«Отлично, милый ребенок».

«Я тебе не ребенок!»

«Но милый», — он показал ей нос.

«Вот я тебе покажу!»

«Потом, потом. В заповеднике».

В заповеднике, где снега действительно было меньше, они стали бороться, и Бен ее поборол… и она еще больше рассердилась. Но втайне была довольна.





Глава 104




Теперь они стояли на краю леса, где король Роланд когда-то убил дракона, и смотрели на замок, где он сам был убит. Снег падал все сильнее, и скоро все небо заполнили белые хлопья.

Несмотря на усталость, Бен чувствовал радость. Он посмотрел на Наоми и улыбнулся. Она попыталась состроить сердитую гримасу, но в конце концов тоже заулыбалась. Потом показала ему язык.

«Ну и как он попал внутрь?» — спросила она. «Не знаю, — Бен вырос на ферме и ничего не знал о водостоке. Может, и хорошо для него, скажете вы и будете правы. — Может, твоя чудесная собака нам покажет. Как ты, Фриски?»

Фриски, услышав свое имя, пробежала чуть вперед. «Подожди, — сказал ей Бен. — Еще рано». «Если бы она могла говорить, она сказала бы тебе, что боится потерять запах. Снега все больше».

«Еще немного. Деннис был один, а нас трое. И нам нужна темнота».