Еще темнее

– Конечно.

Она пристраивается на стуле напротив меня. Кажется, нервничает.

– Вы помните, что я не работаю сегодня во второй половине дня и в понедельник?

Я гляжу на нее пустыми глазами. Какого дьявола? Я не помню. И не люблю, когда ее нет на месте.

– Я так и думала, что надо вам напомнить, – добавляет она.

– Вы позаботились о замене?

– Да. Менеджер по персоналу пришлет сотрудницу из другого отдела. Ее зовут Монтана Брукс.

– Хорошо.

– Это всего на полтора дня, сэр.

– Неужели у меня на лице написана такая тревога? – смеюсь я.

Андреа дарит мне свою скупую улыбку.

– Да, мистер Грей.

– Что ж, желаю вам хорошо провести это время.

– Спасибо, сэр. – Она встает.

– У меня что-нибудь намечено на эти выходные?

– Завтра вы играете в гольф с мистером Бастиллом.

– Отмените. – Лучше я побуду с Аной.

– Хорошо. Еще у вас запланирован благотворительный бал-маскарад в доме ваших родителей в пользу фонда «Справимся вместе», – напоминает мне Андреа.

– О. Проклятье.

– Это мероприятие стоит в программе несколько месяцев.

– Да. Знаю. Оставьте.

Поедет ли туда Ана в качестве моей подружки?

– Хорошо, сэр.

– Вы нашли кого-то взамен дочери сенатора Бландино?

– Да, сэр. Ее имя Сара Хантер. Она начнет работать со вторника, после моего возвращения.

– Хорошо.

– В девять часов у вас встреча с мисс Бейли.

– Спасибо, Андреа. Соедините меня с Уэлчем.

– Хорошо, мистер Грей.



Рос заканчивает свой отчет о полете в Дарфур.

– Все прошло так, как было намечено, и первые сообщения от неправительственных организаций свидетельствуют, что все прибыло в нужное время и в нужное место, – говорит Рос. – Честное слово, это был большой успех. Мы так поможем многим.

– Отлично. Пожалуй, нам надо делать так каждый год и там, где это необходимо.

– Слишком дорого, Кристиан.

– Знаю. Но это правильная вещь. А деньги что – чепуха!

На ее лице я вижу легкую досаду.

– Мы закончили? – спрашиваю я.

– На сегодня да.


– Хорошо.

Она продолжает с любопытством смотреть на меня.

Что еще?

– Я рада, что ты снова вернулся к нам, – говорит она.

– Ты о чем?

– Ты и сам знаешь. – Она встает и собирает свои бумаги. – Ты был где-то далеко, Кристиан. – Она щурит глаза.

– Я был здесь.

– Нет, не был. Но я рада, что ты вернулся, что ты в форме и вроде более счастлив. – Она дарит мне широкую улыбку и направляется к двери.

Неужели это так заметно?

– Сегодня утром я видела фото в газете.

– Фото?

– Да, с фотовыставки. Там ты и какая-то девушка.

– А, да. – Я не могу скрыть улыбку.

Рос кивает.

– Мы с тобой еще увидимся сегодня днем на встрече с Марко.

– Конечно.

Она уходит, а я остаюсь и гадаю, какой будет реакция остальных сотрудников.



Барни, старший инженер и технический гений, изготовил три опытных образца планшета на солнечной батарее. Я рассчитываю, что это изделие мы будем выгодно продавать по всему миру и поставлять с большой скидкой в развивающиеся страны. Демократизация технологий – моя страсть. Недорогие функциональные изделия, доступные в самых бедных странах, помогут вытащить людей из нищеты.

Чуть позже собираемся в лаборатории для обсуждения. Фред, вице-президент нашего отдела телекоммуникаций, предлагает встраивать солнечные фотоэлементы в заднюю стенку гаджетов.

– Почему бы нам не вставить их в корпус планшета или даже в экран? – спрашиваю я.

Семь голов дружно поворачиваются в мою сторону.

– Не в экран, а в крышку… может быть? – говорит Фред.

– Стоимость? – спрашивает одновременно с ним Барни.

– Это прожектерство, ребята. Не заморачивайтесь с экономией, – отвечаю я. – Мы продадим его здесь как премиальный бренд и отдадим практически за гроши в странах третьего мира. Вот и все.

Все сыплют идеями, и через два часа у нас созревают три варианта размещения солнечных фотоэлементов на девайсе.

– …Конечно, для домашнего рынка мы сделаем его по протоколу WiMAX, с широкополосным беспроводным доступом, – заявляет Фред.

– И добавим возможность доступа к спутниковому Интернету для Африки и Индии, – добавляет Барни. – Если получим туда доступ. – Он вопросительно глядит на меня.

– Это немного позже. Надеюсь, что мы сможем использовать европейскую «Галилео». – Я знаю, что переговоры займут какое-то время, но оно у нас есть. – Этим занимается команда Марко.

– Завтрашние технологии сегодня, – с гордостью заявляет Барни.

– Замечательно. – Я киваю. Обращаюсь к вице-президенту по поставкам: – Ванесса, что у нас с минеральным сырьем из зон вооруженных конфликтов? Как там у тебя дела?



Потом мы сидим за столом в конференц-зале, и Марко делает сообщение по модифицированному бизнес-плану SIP и по их контрактным соглашениям, следующим за подписанием пересмотренного договора о намерениях.

– Они хотят ввести на месяц эмбарго на приобретение новостей, – говорит он. – Что-то такое, чтобы не нервировать их авторов.

– В самом деле? Неужели их авторам не все равно? – удивляюсь я.

– Это ведь творческая сфера, – мягко говорит Рос.

– Ну, не знаю, – раздраженно ворчу я, и мне хочется закатить глаза.