Экзамен первокурсницы

– Покажите руку, – потребовал он. Насмешливость, еще минуту назад присутствовавшая в его голосе, исчезла.

Я подняла ладонь, молясь богиням, чтобы она не дрожала. Но Девы остались глухи, кисть ходила ходуном, совсем как в тот раз, когда я впервые осознанно собрала зерна изменений. Государь коснулся моих пальцев, заставил разжать кулак. Боль легкой птицей пробежалась по суставам и свила гнездо в центре ладони.

– Хм… – Он дотронулся до припухшей кожи, и на ней тотчас проступили три яркие точки. – Значит, мне не показалось. Обещание богиням? Когда вы успели?

– Сразу после праздника Рождения Дев.

– И чего наобещали?

– Милорд, я не думаю… не могу…

– Не хотите говорить – не говорите. Вы собираетесь выполнить обет? – Он посмотрел мне в лицо, а я поразилась, какими светлыми стали его глаза, почти прозрачными.

– А как иначе? Все будет, как прикажут Девы. – Я опустила взгляд.

– Что-то не слышу в вашем голосе энтузиазма. – Князь накрыл мою руку своей.

Интимный жест, неприличный. На воспаленную кожу тут же пролилась прохлада, и я выдохнула от облегчения. А потом едва не закричала, судорожно вырвав ладонь из его руки.

– Милорд, что вы делаете? Так нельзя, эта магия запрещена! За это отлучают от силы и надевают рабский ошейник! – Я попятилась, с ужасом глядя на Затворника. Князь нарушил завет богинь? Невозможно! Может, я еще сплю и это просто кошмар?

– Кому? Вам? Или мне? – Кажется, вопрос его даже развеселил. – Не переживайте, леди Астер, все, что происходит в зале стихий, – остается в зале стихий. Если, конечно, вы не сдадите меня совету Академикума!

– Не… Нет.

– Жаль. – Снова разочарование в голосе. – Это было бы забавно.

– Я могу идти, ми…милорд?

– Я знал того, кто нарушил данную богиням клятву, – произнес он, заставив меня замереть в замешательстве.

– Вы шутите, милорд? – спросила я и вдруг поняла, что очень хочу зажать уши и убежать. Чтобы не слышать того, что он сейчас скажет. Не знать, как можно нарушить обет. Потому что если я это узнаю… Не удержусь на краю, шагну в бездну. И хорошо, если одна, а не с отцом и братом, за жизнь которых расплатилась.

– Отнюдь. Самое интересное, что вы тоже его знаете. Того, кто перед лицом богинь поклялся хранить эти земли, а потом предал своего сюзерена. Первый Змей – ваш предок. Предал и даже смог заплатить назначенную цену.

Князь не сказал ничего нового, о предательстве Змея знали все. Но никто никогда не рассказывал мне эту историю так… Так странно и неправильно. Правитель говорил очевидные вещи, но в его устах они обретали совсем иной смысл.

Государь просто поставил мне в пример поступок Первого Змея.

Захотелось убежать. Захотелось остаться и послушать дальше.

– Идите, леди Астер, – произнес князь. – Вы еще не готовы. Ни задавать вопросы, ни слышать ответы.

И я не просто пошла, а выбежала из зала стихий, а потом и из Первого форта. Едва не сбила с ног целительницу, которая следила, чтобы тащившие Мэрдока лакеи не растревожили раны. Наверное, на моем лице было написано что-то тревожное, заставившее Цисси оглянуться на форт, на темную фигуру, что стояла в проеме. Лицо девушки изменилось. Не было ни восхищения, ни тепла, ничего, что присуще влюбленным. На ее лице не осталось ничего, кроме ярости. Яркой, как огонь Астеров.

Где-то ты ошиблась, герцогиня. Потому что, глядя на князя, Цецилия Оройе не испытывала ничего, кроме ненависти.

– Дирижабль! – закричала Дженнет, едва не подпрыгнув на месте, когда воздушное судно пришвартовалось к мачте за Первым фортом. К мачте князя.

Крис обернулся и посмотрел на темную фигуру в проеме.

Я попыталась улыбнуться, попыталась обрадоваться вместе со всеми, но в голове повторялась одна и та же фраза. Она прокручивалась раз за разом, словно записанная на валик шарманки:

«Я умею предавать. Я умею предавать. Я умею?»





Билет 4

Позорные столбы. История появления, виды и применение




– …Изначально Летающий Остров был задуман как эвакуационное судно на случай, если Тиэра преодолеет Разлом и раздавит магическую Аэру. Структура нечирийской стали настолько плотна, что практически не поддается разрушению… – стоя около учительского стола, Гэли зачитывала эссе.

– А с чего вдруг Тиэра должна раздавить Аэру, если обе половинки Эры одинаковые и раньше вполне мирно существовали как единое целое? – шепотом спросил Оли, перегнувшись через пустой стол Мэрдока.

Хоторн до сих пор находился в доме целителей в Трейди. Я пару раз даже подумывала справиться о его здоровье, но в последний момент всегда малодушничала, хотя и задавалась вопросом: «Почему? Это всего лишь вежливость». И все равно пасовала, утешаясь тем, что, случись непоправимое, нас бы давно известили. Раньше было проще. Раньше – это до заключения брачного контракта. Раньше – это до обета богиням. Но, наверное, я лукавила. Раньше я бы тоже не пошла. Леди, навещающая молодого человека в доме целителей, несомненно, вызвала бы вопросы. Как и невеста, не навещающая раненого жениха. Не уверена, что хотела отвечать на них. Сейчас я была благодарна нормам этикета. Никто не знал, что мы с Мэрдоком помолвлены. Никто не требовал от меня поездки в Трейди, никто не ждал, что я буду дежурить у палаты больного. Никто не предполагал, что я буду переживать, как тогда в Запретном городе… Запретный город – странное место, он толкает нас на странные поступки.

– Не знаю, – отозвался Коррин. – Может, потому что на ней много железа?


– Так не из воздуха же они его взяли. Залежи железной руды были всегд… ай! – Оли получил подзатыльник от проходившего между рядами магистра Ансельма и снова повернулся к Гэли, сделав вид, что внимательно слушает.

– …Но впоследствии для Острова придумали иное применение. Например, в пятьсот пятьдесят первом году от образования Разлома временным советом магов… – Гэли подняла голову от листка и спросила: – Про временный совет магов рассказывать?

– Обойдутся, – буркнул магистр.

– Так вот. – Гэли перевернула страницу, на которой рассказывалось о временном магическом правительстве эпохи первой смуты, а потом еще одну и еще. Смута на Аэре длилась несколько десятилетий. – В пятьсот пятьдесят первом году была предпринята первая попытка преодолеть Разлом…

– Как? – привстала Рут. – Мы предприняли попытку проникнуть на Тиэру?

– Мы – нет, – отрезал магистр. – А вот предки были не в пример смелее.

– Но на Тиэре остались враги! Враги богинь! – выкрикнула Алисия Эсток.

– Может быть, и так, – пожал плечами милорд Ансельм.

– Но тогда зачем… – Мерьем не договорила, Дженнет очень выразительно фыркнула.

– А кто говорит о врагах богинь? – удивился магистр. – Вы чем слушаете? Была предпринята попытка преодолеть Разлом. Разлом, леди Эсток. А не высадиться на Тиэре. Продолжайте, мисс Миэр.

– Но эта попытка закончилась неудачей, – снова зашелестела бумагами Гэли. – Остров вернулся к Вратам демонов в целости и сохранности спустя два дня. В живых из первой экспедиции осталось лишь девять человек, из них: пять магов, четыре рыцаря и ни одной жрицы.

– Не так уж плохо, – пробормотала Мэри.

– Не так, – согласился Ансельм Игри. – А намного хуже.

– Через некоторое время после возвращения маги утратили способность управлять изменениями и сошли с ума. Рыцари остались рыцарями, но сошли с ума, как и колдуны. Тела остальных участников экспедиции обнаружены не были. После первой неудачи Остров оставался пустынным около ста лет. Многие надеялись, что у него кончится горючее или что нечирийскую сталь съест ржавчина, многие предрекали, что он в один из дней свалится на головы честным гражданам Эрнесталя, но…

– Как я понимаю, не свалился? – ухмыльнулся Оли.

– Нет. Вторая попытка преодолеть Разлом была осуществлена через сто пять лет. На этот раз неудача была… абсолютной. Из сорока членов экспедиции выжили двое. Анализ следов и исследование территории Острова позволили сделать вывод, что отряд по какой-то неведомой причине разделился. Одна часть участников экспедиции напала на вторую. – Гэли вздохнула и посмотрела на меня. Я перевела взгляд на исчерканный листок, на котором не было ничего вразумительного. За исключением спиралей, так похожих на барельефы главного корпуса Академикума, то есть куча завитушек без особого смысла. – В итоге сражения экспедиция понесла невосполнимые потери и вынуждена была вернуться. Двум выжившим магам сила перестала подчиняться через две недели, и они полностью утратили умение колдовать. Был сделан вывод о способности Разлома сводить людей с ума, а также поглощать магию… Нет, даже не магию, а саму возможность управлять зернами изменений, что подтвердили четвертая и пятая экспедиции.

– Предки были не смелее, они были твердолобее, – шепнул Коррин.

– Этому явлению посвящены труды одной из верховных жриц – Гвиневер, до посвящения богиням леди Муньер. Она предложила несколько теорий, согласно которым попавшие в Разлом маги…

– Отставить магические теории, – прервал доклад Ансельм Игри. – Рассказывайте об Академикуме.

– Да, хорошо. – Гэли зашуршала страницами. – Через тридцать три года после пятой экспедиции на княжеском совете было предложено создать на Летающем Острове что-то вроде летучего отряда на случай беспорядков или восстания на рудниках. Аэродинамические показатели Острова таковы, что он без труда может развить скорость, равную скорости дирижабля, но превосходит грузоподъемностью самого большого «носорога» в несколько тысяч раз.

– И как же летучая казарма превратилась в учебное заведение? – спросила Рут.

– Был учрежден совет, в который вошли…

– Маги, жрицы и рыцари, – вполголоса проговорила я, но Гэли услышала и даже ответила:

– Нет. Только рыцари. Жрицы, обеспокоенные растущим влиянием воинов и тем, что под их контролем откажется военная сила, подали петицию князю. А вслед за ними и маги, хотя их всерьез никто не воспринимал. Когда государь удовлетворил обе петиции, все были, мягко говоря, удивлены. Колдуны возвращались из полувековой опалы медленно, но верно.

– Еще бы, – фыркнула Алисия.

– Решения правящего рода не оспаривают. И три стороны сели за стол переговоров. Поругались, даже подрались, потом снова стали разговаривать. На то, чтобы организовать что-то более или менее стоящее, у них ушло около пяти лет. К тому времени выяснилось: для того чтобы иметь в своем распоряжении маленькую армию, нужно эту армию набрать и обучить. Так и вышло, что на Летающем Острове начали тренировать наемников, потом добровольцев, которых становилось все больше и больше. Авторитет Острова рос, в него съезжались отпрыски родовитых и богатых семей, которые не только в состоянии оплатить обучение, но и достойны того, чтобы принести вассальную клятву князю. Официально Академикум получил статус учебного заведения в семьсот третьем году от образования Разлома, то есть всего триста двадцать два года назад. – Гэли закрыла папку с листами и выжидательно уставилась на магистра.

– Хорошо, ставлю зачет, – сказал магистр Игри. Гэли улыбнулась. – Хотя слово «аэродинамический» вы употребили всего пару раз и ни разу не дали ему определения, не говоря уже об описании технической части.

– Тогда почему «зачет»? – удивилась Дженнет.

– Обратите внимание, не «отлично», а лишь «зачет», леди Альвон. Никто из вас не знает ни устройства, ни основ воздушной механики. – Учитель кивнул Гэли, и та вернулась на место. – Мисс Миэр не стала углубляться в науку, в которой ничего не смыслит. Но я это исправлю. – Ансельм Игри достал с полки самый толстый том, со стуком опустил на стол и открыл на первой странице. – Прямо сейчас. Записываем первое определение. Механика – это искусство построения машин, наука о движении и силах, вызывающих движение; в узком смысле – техническая наука. Одним из направлений механики является небесная механика, механика движения небесных тел…

Оли свел глаза у переносицы. Рут хихикнула, но взялась за перо. Я сжала и разжала руку, что было скорее данью привычке, которая появилась у меня за эти несколько дней. Кисть не болела, но я знала, боль может вернуться в любой момент. Боль – не от вывиха, а как напоминание о данном богиням слове.



– Иви, подожди! – услышала я голос Гэли за спиной, но вопреки просьбе продолжала идти дальше. – Ну пожалуйста, Иви!

Я свернула с главной площади, ступила на тщательно расчищенную от подтаявшего снега дорожку Ордена. Где-то впереди слышались шум толпы, отдельные выкрики и ропот. Видимо, у рыцарей на ристалище снова учебные поединки, которые сбежалась смотреть бо́льшая часть Академикума. Женская часть.

– Иви! – не сдавалась Гэли, и я прибавила шага. Пусть думает, что мне тоже не терпится посмотреть, как полуголые рыцари махают железом. – Ты, конечно, упрямая, но я тоже. Тебе придется меня выслушать, а иначе буду бегать за тобой везде и кричать… уф, как сейчас! И пусть смотрят.

Я остановилась, не дойдя до окруженной учениками арены всего десяти метров. На нас и в самом деле стали оглядываться.

– Иви, – выдохнула Гэли, стараясь выровнять дыхание.

– Тебе нужно усилить физические нагрузки. Хотя бы тренируйся с рапирой, а то бегаешь, как моя старая нянька.

– Ага. И как моя, – не стала отрицать подруга и тут же серьезно спросила: – Она сказала тебе? Герцогиня? Точно сказала. Поэтому ты не разговариваешь со мной и даже не смотришь, совсем как в первый день в Академикуме.