Эхо Севера

Я все еще дрожала от страха, но тем не менее спросила, глядя прямо ему в глаза:

– А что это за место?

– Поклянись!

Из-за черной двери послышался тихий мелодичный перезвон. Мои плечи и руки горели огнем от боли. Я смотрела на волка, на его окровавленную шерсть, зубы, на напрягшиеся мышцы тела.

– Поклянись!

Но я решила, что уже хватит с меня обещаний, смысл которых совсем непонятен. Я повернулась и, ничего не сказав, побежала прочь.





Я неслась назад по коридору, звонко стуча каблуками. Усыпанная драгоценными камнями стена исчезла. Вместо нее я оказалась в туннеле из скрученных ветвей и листьев. Пол здесь был устлан толстым слоем губчатого мха. Он пружинил под ногами и был пронизан красно-золотыми завитками, делавшими его похожим на ковер.

Волк, сердито рыча, нагонял меня сзади. И если он даже что-то говорил при этом, его слова тонули в рычании и гулких, грохочущих в ушах ударах моего сердца.

– Я хочу в безопасное место, – взмолилась я, бросаясь в странный стеклянный переход. Под прозрачным полом переливались прожилки голубой и серебристой жидкости, рисуя сложные, постоянно меняющиеся узоры. – В безопасное место.

Я практически свалилась с невидимой стеклянной лестницы и налетела прямо на синюю деревянную дверь, инкрустированную кусочками цветного стекла. Дверь беззвучно повернулась на петлях и снова закрылась, как только я оказалась внутри. Я упала на пол и принялась отсчитывать удары сердца. Три удара. Десять. Тридцать ударов.

Дверь оставалась закрытой, волк остался за ней. Я медленно поднялась на ноги и огляделась по сторонам, постепенно восстанавливая дыхание. Неужели дом как-то откликнулся на просьбу дать мне убежище? Это была приятная мысль, очень успокаивающая и дающая надежду.

Я стояла в огромной просторной комнате с высокими, метров около восьми, натяжными потолками, с которых свисало не менее дюжины сверкающих люстр. В центре комнаты, на сине-золотом, украшенном птицами, ковре стояло несколько элегантных диванов. В задней стене комнаты виднелась вторая дверь, тоже синяя.

Эта комната, пожалуй, могла бы служить гостиной в большом доме, если бы не теснившиеся друг к другу зеркала, заполнявшие буквально каждый сантиметр стен. Одни зеркала были прямоугольными, другие овальными, большинство с меня ростом. Все они отражали свет люстр, отчего глазам было больно смотреть на них: от их блеска начинала кружиться голова. Стояла тишина, от которой у меня звенело в ушах.

Мне совершенно не хотелось покидать эту комнату, потому что снаружи меня ждали волк и новые ловушки, на которые горазд был этот дом. Поэтому я отправилась по комнате влево от двери, проводя пальцами по зеркалам, мимо которых проходила. Почти сразу мне бросились в глаза очень необычные рамы этих зеркал – кожаные, причем некоторые гладкие и эластичные, другие старые и потрескавшиеся. Мне эти рамы показались смутно знакомыми. Однако я никак не могла понять, что именно они мне напоминают, пока не заметила – на каждом зеркале имеется золотая табличка с аннотацией. Крепились эти таблички по-разному, чаще всего на верхнем краю рамы, иногда на ее нижней части или даже на боковой стороне, повернутые набок. Книжные корешки – вот что напоминали мне эти зеркала. Книжные корешки.

Я прочитала несколько табличек.

«Монстр Монтегю, где принц убивает Зверя только для того, чтобы затем обнаружить его внутри самого себя».

«Портал во все миры, где Волшебная шляпа вызывает большой хаос и массу недоразумений».

«Солдатский дар, где Небеса сражаются за императора. По свидетельствам очевидца».

Эти зеркала были книгами? Неужели я наткнулась на библиотеку? Сразу же и дикий дом, и странный, непредсказуемый волк отошли для меня куда-то в сторону. Перестало волновать и данное мной обещание провести здесь целый год. Почему же и не провести, если тут есть что читать?

За синей дверью в глубине комнаты обнаружился другой, еще больший по размерам зал, в котором, насколько хватало глаз, тянулся лабиринт полок из черного дерева. Они были плотно заставлены зеркальными книгами. Сколько их там было? Не могу сказать точно, но сотни и сотни. Может быть, даже тысячи.

Какое-то время я стояла там, ошеломленно раскрыв глаза и рот, после чего возвратилась в первую комнату.

Интересно, как читать эти зеркальные книги, и что они собой представляют? Не попробовать было глупо – ведь если я выйду из библиотеки, то, возможно, никогда больше не смогу уже найти ее вновь в этом странном, постоянно меняющемся доме. Кроме того, у меня по-прежнему не было ни малейшего желания вновь встречаться с волком, так что библиотека стала для меня приятной отдушиной.

Я наугад выбрала одно из зеркал и подошла к нему. На табличке было написано: «Тайный лес, где Принцесса противостоит Королеве фей».

Я думала: если смотреть на зеркало, оно оживет и начнет показывать мне историю, которая в нем заключена. Но, сколько ни смотрела, ничего не происходило. Я видела только собственное отражение – лицо с жуткими шрамами, залитыми беспощадным отраженным светом люстр. До чего же жаль, что я не могу смыть эти шрамы как грязь под умывальником! Я поджала губы и протянула руку, чтобы коснуться зеркала.

В тот же миг стекло – если, конечно, это было стекло – вздрогнуло. По нему, словно по поверхности пруда, побежала рябь, и на меня повеяло прохладой.

А в следующее мгновение я уже стояла на краю густого дремучего леса. Стволы деревьев опутывали лианы, усыпанные длинными колючими шипами. Эти шипы крепко впивались в кору деревьев, а сквозь острую паутину проглядывали ужасные черные цветы, от которых пахло смертью. Среди деревьев сквозил холодный ветер. Где-то над моей головой пронзительно кричала черная птица.

На лесной тропинке показалась светловолосая девушка с корзиной грибов в руке. Черная птица слетела вниз и устроилась на плече у девушки. Та погладила птицу пальцем по блестящей головке и запела. Птица точно повторила мелодию. Девушка засмеялась и угостила птицу грибом, а затем скрылась среди деревьев.

Ни секунды не размышляя, я поспешила за ней.

Меня окутало лесными ароматами влажного мха и листвы, к которым примешивался приторный, тошнотворный запах черных цветов. Под моими ногами шуршали опавшие листья, налетавший ветерок холодил шею.

Девушка шла по едва заметной оленьей тропке. Она двигалась очень быстро, напевая и подкармливая грибами птицу, которая продолжала сидеть у нее на плече. Чтобы не отстать от девушки и не потерять ее из виду, мне приходилось почти бежать. Спустя какое-то время девушка вышла на поляну, посреди которой стоял небольшой каменный домик, где ветер весело трепал на окнах яркие занавески в цветочек. Возле дома был разбит аккуратный огород, на краю которого сейчас сидел ежик и, посапывая, жевал листик салата.

Я моргнула и внезапно оказалась уже внутри домика, наблюдая за тем, как девушка заваривает чай и пьет его за маленьким узеньким столиком. Птица, кстати говоря, так и не ушла с ее плеча. Она продолжала сидеть на нем, глядя по сторонам своими зелеными круглыми глазами. Впрочем, в том, что глаза у нее именно зеленые, я была не совсем уверена. Но они были круглыми, это точно.

– Э… где я? – осторожно спросила я. Пугать девушку мне не хотелось, но понять, куда я попала, было нужно.

А девушка и не испугалась вовсе, и ответила мне с улыбкой.

– В Доме-Посреди-Леса, конечно, где же еще? Этот дом оставила мне после смерти моя мама, – тут на лицо девушки набежала тень. – Я Хранитель. Такой же, каким была она.

Я втиснулась в узенькое кресло напротив девушки и задала следующий вопрос.


– А что ты охраняешь?

– Лес. Он был создан как тюрьма для Королевы, знаешь ли, но она очень сильна и попытается найти лазейку, чтобы ускользнуть отсюда. Ей для этого малейшей щелочки хватит. Но я никак не могу упустить Королеву, потому что тогда она может захватить в свои руки весь мир, – девушка провела пальцем по ободку своей кружки, предложила птичке пригоршню крошек и продолжила: – Я слежу за Лесом. Срезаю черные цветы, которые вырастают из оброненных Королевой капель яда; ухаживаю за животными и другими существами, которым удалось сбежать от нее. Строю планы – как мне победить Королеву, когда у Леса не останется больше сил удерживать ее.

– И как же ты собираешься ее победить?

Девушка посмотрела на меня своими бездонными зелеными глазами, покачала головой и понурила плечи.

– Единственное, что может устоять перед чарами Королевы – это древняя магия, но ее почти не осталось. Я собираю все, где сохранились частички древней магической энергии в лесных укрытиях – здесь, там… Но те, кто создавал древнюю магию, давным-давно покинули этот мир – после того, как заточили Королеву в этом лесу. Ушли, поскольку были уверены, что она не сможет когда-нибудь вырваться на свободу.

Птица внезапно крикнула и захлопала крыльями, глядя в окно.

– Она здесь, – вскинула голову девушка. – Она идет.

– Но…

И тут мир вокруг меня снова изменился. Я стояла рядом с девушкой в чернильно-черном лесу и видела, как ветер треплет ее упавшие на плечи волосы. Девушка как меч держала перед собой факел, направив его на высокое существо с колючими шипами, которое напоминало оживший, покрытый черными цветами, терновник и злобно шипело сквозь свои острые зубы, глядя на огонь.

– Часовой! – воскликнула девушка. – Авангард! Королева приближается! Мы выступаем против нее.

Птица захлопала крыльями и начала увеличиваться в размерах прямо у меня на глазах, пока не стала ростом с человека. Она укрыла девушку одним своим крылом, которое в свете факела блестело так, словно было покрыто не перьями, а серебристой сталью.

А затем колючая тварь вонзила свои шипы в землю, и тут же на их месте выросла добрая сотня точно таких же созданий. Они встали рядом со своим предводителем. С колючих стеблей как капли крови падали черные лепестки цветков, и я едва не задохнулась от жуткого запаха.

Девушка швырнула в воздух свой факел. Но он не погас, и чудесным образом превратился в стену пламени, помчавшуюся навстречу шипастым тварям. Затем девушка опустилась на колени, и огромная птица прикрыла ее своими стальными крыльями. Вытащив из крыла одно перо, а из своего кармана катушку с намотанной на нее сверкающей нитью, девушка ловко принялась плести блестящую сеть. Она все росла и росла, пока не стала достаточно большой, чтобы накрыть всю колючую армию королевы. Опустевшая катушка скатилась на землю, а девушка вскочила на ноги и с громким криком набросила блестящую сеть на шипастых тварей.

Но этого оказалось недостаточно. Колючая армия прорвала своими шипами сеть, вырвалась наружу и окружила девушку и птицу. Мерзкие воины королевы оторвали птице крылья и укутали девушку своим терновым одеялом. Птица мужественно стояла на месте, и кровь струилась по ее стальному оперению, а вот девушка плакала. Колючие твари поволокли ее с собой.

Я моргнула и увидела истекающую кровью девушку, которая стояла на коленях перед Королевой фей. Королева была высока и сложена из того же материала, что и ее армия – руки и ноги из шипастых стеблей, платье из черных лепестков, волосы из гниющих листьев. На колючем, словно сплетенном из стеблей ежевики, лице Королевы тлеющими углями горели красно-оранжевые глаза.

– Ты надеялась победить меня? – надменно спросила она, обращаясь к девушке. – Ну что, попробовала? Увидела, что из этого получилось? Теперь ты умрешь, и этот мир станет моим. Все, за что ты сражалась и ради чего жила, пойдет прахом.

Девушка рыдала, сжимая в руке, как нож, стальное птичье перо.

Королева увидела перо, выхватила его и добавила, криво усмехнувшись:

– И твоя драгоценная птица тебе больше не поможет.

С этими словами Королева вонзила перо в грудь девушки, в самое сердце, и я ахнула, увидев это.

Глаза девушки расширились от боли, и она рухнула на землю. Возле ее мертвого тела начала расплываться кровавая лужа.

Королева отбросила перо, с отвращением кинула прощальный взгляд на девушку и свистом призвала к себе колючую армию.

Меня била дрожь. Не знаю, что это была за история, но читать ее дальше мне совершенно не хотелось.

Нужно было убираться отсюда восвояси, но как? Не помня себя, я убежала от мертвой девушки в лес. Мокрые ветки хлестали меня по лицу. Лес медленно начал проявляться, проступать в серебристом свете раннего утра, когда я снова выбежала, наконец, на поляну, где стоял каменный домик девушки. Ежик по-прежнему был здесь, свернулся клубочком и спал на грядке с редиской.

Я рухнула на крыльцо, подтянула колени к своей груди, ревела, не переставая – слезы ручьями текли по моим щекам. Девушка была мертва, Королева победила, а я… А я оказалась в новой ловушке, завязла здесь еще основательнее, чем в хитром волчьем доме.

– С тобой все в порядке? – неожиданно прозвучал прямо над моей головой незнакомый голос.

Я подняла голову и увидела молодую девушку, державшую на своих руках ежика. Сказать, что она была красивой – значит, не сказать ничего. Высокая, стройная, словно сияющая изнутри, с прямыми, длинными – почти до колен – серебристыми волосами и огромными фиалковыми глазами. Босая, в прозрачном синем платье. У меня сразу появилось ощущение, что она оказалась здесь так же случайно, как и я сама. Не место в этом лесу было нам обеим, не место.

– С тобой все в порядке? – повторила девушка, и я лишь неопределенно кивнула головой, понятия не имея, что ответить.

Девушка опустила ежика на землю и сказала, присев рядом со мной на крыльцо:

– Я тебя раньше никогда не встречала. Ты впервые оказалась в зеркальной книге? А я Мокошь.

Признаюсь честно, смысл ее слов поначалу до меня не дошел, и я спросила.

– В зеркальной… Что ты имеешь в виду?

– Как что? – пожала она плечами. – Очень немногие люди имеют доступ к зеркальным книгам. Раньше было множество читателей – таких, как мы с тобой. Но сейчас их почти не осталось. Во всяком случае, я за свою жизнь встречала только одного или двух из них, хотя очень много читаю. А где находится твоя библиотека? Моя библиотека, например, во дворце моей матери. А ты тоже принцесса? Или герцогиня, по крайней мере?

Я моргнула. Меня слегка раздражала ее болтливость.

– Я… нет, я совсем не знатного происхождения.

– Разумеется, знатного! Обычные люди к магическим библиотекам доступа не имеют.

Что на это ответить, я просто не знала.

Мокошь тем временем вскочила на ноги и потянула меня за руку вверх.