Дверь в подвал

Но Бен продолжает вести автомобиль в том же направлении.

- Позвони охране, - говорю я ей. - Скажи им, что у тебя изменились планы. Избавься от них.

На ее слишком гладком лице появляется тень недоверия.

- А зачем мне это делать, Люк? - но ее вопрос чисто риторический. Она сразу же переключает внимание на водителя. - Езжай к следующему выезду. Сейчас же.

Мы – рабы наших привычек. Мы можем думать, что нам нравятся перемены и спонтанность, но все же мы тяготеем к тому, что знаем, к тому, на что можно положиться. Для Дженнифер Майер это люди, от которых она зависит, чтобы сохранить свою безопасность.

Для меня - это риск. Я избегаю риска, держа наготове детальный план. Я могу подбросить монетку, чтобы решить свою судьбу, но в этом броске никогда не будет неизвестных переменных.

Чтобы подобраться так близко, мне пришлось действовать вслепую. Я должен был рискнуть всем.

Парень, сидящий рядом со мной, отвлекается на недовольство Дженнифер, и я действую быстро. Я ударяю локтем в почку, а потом бью его головой об окно.

Пистолет выстреливает.

Я его не слышу, но чувствую.

Острый укол в бедро, а затем выброс адреналина, чтобы заглушить боль. Я снова бью его головой об окно и сбиваю пистолет на пол. Он наносит мне сильный удар по ребрам, прежде чем броситься на меня обеими руками.

Я откатываюсь по заднему сиденью и втискиваю ногу между нами, удерживая его от себя. Затем с силой пинаю в лицо. Кровь забрызгивает кремовые сиденья, тонкий туман окутывает мой ботинок. Он дезориентирован достаточно надолго, чтобы я успел занять позицию и сделать крепкий захват его шеи.

Сквозь пульсирующий свист, наполняющий мою голову, я слышу отчаянный голос Дженнифер.

Парень хрюкает, когда я крепче сжимаю его шею. Я отталкиваюсь от консоли и разворачиваю торс. Это дается мне с трудом. Его голова резко поворачивается вправо. И я чувствую громкий хруст, когда шейный отдел отделяется от позвоночника.

Тяжело дыша, я отталкиваю его к дверце.

- Ты совершаешь ужасную ошибку, - говорит Дженнифер водителю.

Я оглядываюсь назад, прямо на машину, которая все еще держится слишком близко к нам. - Избавься от них.

Она с упрямством смотрит вперед.

Я наклоняюсь вниз и поднимаю пистолет. У водителя есть один, и я сомневаюсь касательно ее страха, что он воспользуется им. Я просовываю глушитель через консоль и сиденье, подталкивая ее локтем.

- У меня нет никаких сомнений по поводу того, чтобы всадить в тебя пулю, - говорю я. Пуля в моей собственной ноге начинает пульсировать.

После паузы молчаливого раздумья она делает звонок. Она говорит своей службе безопасности, что возникла экстренная ситуация, но уже все улажено. А затем приказывает им вернуться в особняк.

- Они мне не поверят, - говорит она. - Я готовила их к таким ситуациям.

Я вижу, как черная машина сворачивает к съезду. Они не будут держаться слишком далеко. Прямо сейчас они пытаются отследить ее. Но мне не нужно много времени.

Дженнифер бросает взгляд на Бена.

- Я учила их действовать именно в таких ситуациях, - повторяет она.

А это значит, что Бен покойник. Но для некоторых людей десяти миллионов долларов вполне достаточно, чтобы продать свою жизнь. Для правой руки Дженнифер - парня, которого видели с ней повсюду, это оказалось волшебной цифрой. Провернуть это дело было так же просто, как позвонить по телефону и открыть банковский счет на его имя.

За те два дня, пока я наблюдал, как Макенна обдумывает открывшуюся правду, сидя в подвале, я выработал свой план. Я организовал все самостоятельно. С тщательностью я проработал каждую деталь. Я ждал ответа. Терпеливо. И оставив Макенну в той комнате, я уже знал, что для меня нет пути назад.

Я сделал звонок.

Был шанс, что все пойдет наперекосяк. И Бен останется верен своей королеве. А я окажусь деревянном ящике, а я все еще могу оказаться там. И Макенна рискует остаться запертой в подвале с изуродованным и замученным Хадсоном.

Если я выберусь отсюда живым, я заплачу за то, что сделал с ней. Я никогда не сомневался в этом. Она заслуживает мести.

Я опускаю руку в карман куртки и касаюсь монеты, стараясь не обращать внимания на боль в ноге. Возможно, Макенна не последует выпавшей стороне орла или решки, она доказала, что чрезвычайно упряма. Есть шанс - ничтожный шанс, - что она не воткнет мне нож в живот. Но что тогда?

В нашем будущем не будет белого забора.

Вся загвоздка в том, что она все еще дает мне надежду.

А что если ее присутствия в моей жизни хватит, чтобы заглушить голод и убить зверя?

Я пытаюсь затолкать эту мысль подальше. Сейчас подобные размышления только ослабят меня, а мне нужен весь мой запал до самой последней капли, чтобы пройти через это.

Водитель съезжает с шоссе. Он едет по согласованному маршруту к машине, которую я припрятал под подземным переходом.

- Мое убийство ее тоже не вернет, - говорит мне Дженнифер. А затем бросает Бену: - Сколько бы он тебе не заплатил, ты же знаешь, что я дам тебе больше.

Жадность - это мощный инструмент для манипуляции. Но также она притупляет нашу бдительность.


Я выхожу из "Лексуса" и открываю багажник своей «Импалы». Моя кровь осталась на заднем сиденье "Лексуса", и у меня нет времени на уборку. Я хватаю тряпку и вытаскиваю из багажника канистру с бензином. Огонь никогда не разочаровывал меня в своей действенности. Быстрый и эффективный способ избавиться от улик.

- Дай мне свой телефон, - я протягиваю руку Дженнифер.

Она колеблется, пока я не толкаю дуло пистолета в ее поясницу. Я не люблю оружие. Слишком многое может пойти не так. Как в случае с Беном, который сейчас направляет ствол на своего босса. Я вижу нерешительность в его глазах, он сомневается.

Дженнифер протягивает мне телефон, и я бросаю его на заднее сиденье. Затем обливаю салон и мертвого парня бензином.

- Уходи, - говорю я Бену.

Он не двигается с места, его глаза бегают между мной и его боссом. У меня нет времени на жадность или нерешительность. Он переводит свое оружие на меня, поэтому я прицеливаюсь и нажимаю на курок. Пуля входит ему в горло, и он хватается за шею, выпучив глаза, прежде чем упасть головой вперед на переднее сиденье.

Дженнифер чертыхается.

- Я дам тебе больше денег, - умоляет она меня. - Что угодно. Все, что ты захочешь.

Я убираю пистолет за пояс, прежде чем схватить ее за руку.

- Не начинай умолять так быстро. Это не подобает женщине твоего положения.

Когда я силой сажаю ее на пассажирское сиденье "Импалы", она протягивает руку, не давая дверце закрыться.

- Я не такая, как они, - предпринимает она еще одну попытку. - Я не причинила вреда ни твоей сестре, ни какой-либо другой девушке.

Я наклоняюсь вниз, придвигаясь близко к ее лицу.

- Мы оба знаем, что это неправда.

- Я клянусь, - умоляет она.

- А как же Макенна Дэвис?

Последовавшая за этим тишина служит исчерпывающим ответом.

- Будет проще, если ты поспишь, - я обливаю тряпку и прислоняю к ее лицу. Она сопротивляется, блестящие розовые ногти впиваются в мои руки, пока я плотно держу тряпку у ее рта и носа.

У нее будет жуткая головная боль, когда она проснется, но она проснется.

Полностью затолкав Бена в "Лексус", я чиркаю спичкой. А затем сбрасываю ее на переднее сиденье и жду, пока оно загорится, прежде чем сесть за руль своей машины и покинуть это место.

Мельком я замечаю пожар в зеркале заднего вида. Зловещее зрелище, будто воочию наблюдаешь за тем, как твоя жизнь выходит из-под контроля. И только одна женщина может заглушить этот рев.





Глава 20

Корона.




Люк



Пуля в бедре делает побег болезненным. Каждое чертово движение отдается болью. Но мне удается протащить Дженнифер Майер через гараж и спустить ее вниз по винтовой лестнице. Она начинает приходить в сознание, когда я бросаю ее на холодный пол перед дверью в подвал.

Я достаю из кармана связку ключей и устремляю взгляд вдоль коридора, на дверь, где меня ждет Макенна. Я просто решаю оставить Дженнифер там, где она лежит.

Некоторые проблемы должны быть решены, прежде чем двигаться дальше.

Я закрепляю на лодыжке ту же самую манжету, которой сковывал Макенну, и фиксирую ее у того же места.

- Я ненадолго, - бросаю я Дженнифер, когда она со стоном просыпается. - Так или иначе, ты получишь по заслугам.

Смерть или, возможно, тюремное заключение, организованное Макенной, я не уверен.

Я пробираюсь к скрытой комнате пыток и на мгновение останавливаюсь, чтобы полюбоваться гравировкой на двери. Макенна была права: что-то всегда остается. Убийца не может расстаться со своими трофеями. Он должен сохранить хотя бы одно реальное напоминание.

Я вставляю ключ и поворачиваю замок.

Раздается прерывистый вдох, когда дверь со щелчком открывается, и я выжидаю, прежде чем толкнуть ее вперед. Я представляю, как ее маленькое тело нападает на меня со спины, а нож вонзается мне в шею.