Дверь в подвал

 * * * 





Пролог

Подвал.




Макенна.



Я не помню, кто это сказал, но было заявлено, что "дверь в подвал", вероятно, самая красивая фраза в английском языке. Услышанные вне контекста, эти два слова в паре вызывают меланхолию, которая поселяется глубоко в костях. Эхо красоты, которая кажется запретной.

Наверное, я слышала это в школе от какого-нибудь учителя английского. Их было несколько. Люди, которые появлялись и исчезали из моей жизни без всякой цели.

Фрагменты моей жизни просачиваются сквозь темные, неглубокие проблески, свет находит трещины. Я кладу руку на холодный пол и улавливаю мерцание лучей.

Дверь в подвал.

Дверь в подвал.

Дверь в подвал.

Я повторяю эту фразу снова и снова, пытаясь заставить свой разум не осознавать значение слов. Я хочу услышать их чужим ухом - хочу знать, что они могут значить для другой женщины.

Его тень движется по свету, заслоняя единственный источник освещения в комнате.

Мои легкие перестают вдыхать воздух.

Я не могу сделать вдох, пока не вернется свет.

Я часто задерживала дыхание во время грозы, считая секунды после удара в ожидании раската грома. Но все стихии исчезли из моей реальности в тот момент, когда он украл меня. Прекрасное чудовище, полное боли и гнева, вырвало меня из моей жизни.

Теперь я его пленница.

Но выход есть всегда.

И лишь мой разум бунтует, настаивая на том, что это путь, который должен быть найден. Окно в душу. Через глаза. Должно быть, я уже слышала это в школе.

Он смотрит сквозь льдисто-голубые витражи.

Какой он видит меня?

Как я выгляжу вне контекста?

Подобно двери в подвал, которая скрывает наши секреты, если я достаточно часто повторяю правду, снова и снова, она постепенно теряет смысл - становится неясной и отдаленной версией нашей реальности.

Здесь больше, чем одна дверь. Существует целая бесконечность из вереницы дверей. И все ведут туда, где захоронены наши самые темные тайны. У каждого из нас есть своя дверь в подвал.

Моя дверь вырезана из костей и пепла.





Глава 1

За мгновение до.




Макенна.



Во время грозы, между вспышкой и ударом протягивается короткая пауза, когда я задерживаю дыхание. Заряженный, подвешенный во времени момент, когда кислород вытягивается из пространства, как отступающий прилив. Давление нарастает. Поток воздуха проникает в мои атомы.


Я не дышу.

Затем, словно под ударом волны, я нахожу освобождение. Раскат грома разносится по всему телу, когда я выдыхаю напряжение из мышц и сухожилий.

За несколько секунд до удара я ощущаю только ожидание, предвкушение, страх того, что будет дальше. А затем меня затапливает облегчением, когда грохочет молния, подтверждая то, что эта стихия неизменна в своем постоянстве.

Большинство людей проводят свою жизнь в своего рода режиме ожидания. Мантра, выстроенная вокруг той же мелодии: я сделаю что-то, когда это произойдет.

Другими словами, мы ждем, чтобы начать жить - по-настоящему жить, когда все фрагменты жизни встанут на места. Ради того совершенства, которое мы жаждем заполучить в руки. Двигаться вперед. Значимо другим. Быть гибче. Умнее.

Я определенно виновна. В Сиэтле, городе, надежно укрытом водой, бетоном и всеми модными атрибутами, я открыла офис в районе Ловер Квин Энн, поднимая свои раздутые амбиции над препятствием из моей последней крупной неудачи. Я заполучила это место, и поэтому могла любоваться Космической Иглой, стоя на своем металлическом балконе. Она маячила передо мной словно символ воскрешения, указывая мне путь.

Лови момент.

Только я никогда не пыталась схватить что-либо, за исключением своего гранд мокко в кафе на углу через дорогу. Прошло уже два месяца в этом лофте, а я все еще смотрю на Космическую Иглу, сидя за своим стеклянным столом и считая секунды до удара.

И жду, что будет дальше.

Сжимая файл в руке, я облегченно выдыхаю с басовитым раскатом грома, и затем открываю первую страницу. Дженнифер Майер сидит напротив меня в моей квартире на чердаке. Ей тридцать семь. Крашеная блондинка. Одета в брючный костюм от «Шанель». С любовью растрачивает миллионы своего мужа.

Мистер Майер недавно наложил ограничения на расходы миссис Майер из-за “экономии”, и это вызвало у нее подозрения. С учетом того, что сам мистер Майер не перестает тратить деньги. Квитанции как улики. Она обнаружила счета за оплату гостиничных номеров, ночных клубов, бутиков откровенного нижнего белья и следы другой разнообразной, подозрительной деятельности.

Она хочет нанять меня, чтобы уличить мистера Майера в изменах и получить возможность подать на развод.

Я потягиваю мокко и кладу папку на стол.

- Это будет не дешево, - говорю я Дженнифер.

Она вскидывает подбородок, демонстрируя свои поджатые накаченные губы, полные твердой решимости идти до конца.

- У меня есть собственный банковский счет, - заверяет она меня.

Полезная информация. Я делаю пометку на обороте ее досье. Я всегда проверяю всех, кто хочет воспользоваться моими услугами. Это обычная процедура. Но Дженнифер особенная. Я уже знаю, что у нее нет судимостей, кроме нескольких штрафов за парковку. Она родом с калифорнийского побережья, где в свое время бросила колледж, чтобы выйти замуж за Милтона Майера и растить сына.

Теперь, когда она уже не первой свежести – с ее слов, не моих, - миссис Майер испытывает страх, что ее планируют сменить на кого-то помоложе, подобно новенькой модели кабриолета «Бентли», который в недавнем времени приобрел ее муж. И она хочет первой нанести удар.

Я откидываюсь на спинку удобного вращающегося стула, переплетая пальцы на животе.

- Мне нужен список автомобилей вашего мужа, а также точное время, когда он будет отсутствовать дома, в течении, по крайне мере, двух часов.

Ее резко очерченные брови сходятся вместе.

- Зачем?

- Мне нужно установить GPS-трекеры на его машины.

- И проведите обыск резиденции.

Большинство мужчин не столь скрытны - или скрытны, - как их партнеры-женщины. Вы будете поражены тем, что можно обнаружить на самом виду. Квитанции по кредитным картам остались в карманах. Бронь в отелях. Белье, купленное для любовницы. Я не шучу. Однажды я нашла шелковую ночную рубашку в шкафу одного из клиентов - в количестве трех штук разных размеров, две из них были слишком маленькими для упомянутого клиента.

- Отлично, - соглашается Дженнифер. – Конечно, - она использует свою собственную ручку, чтобы составить список автомобилей, затем поднимает на меня взгляд, подталкивая блокнот по стеклянному столу в мою сторону. Ее глаза водянисто-голубого цвета скользят по моим волосам, собранным в небрежный хвост, из которого выбиваются пряди натурального блекло-каштанового оттенка. Всем своим нутром я чувствую ее неодобрение мои внешним видом.

- Спасибо, - я прикладываю список к ее папке и первым делом обращаю внимание на количество – четыре автомобиля. Миленько.

Даже если ничего не выгорит, работа все равно окупит себя.

Дженнифер откидывает свои шелковистые светлые волосы с плеча. Она умышленно поправляет волосы, будто каждая женщина, которую она когда-либо встречала, должна ей завидовать.

Включая меня, если быть честной.

Я завидую ее очень простой, небогатой событиями жизни, в которой самое весомое беспокойство вызывают тонкие морщинки вокруг глаз, поэтому она старается не часто улыбаться.

Может быть, я слишком предвзята, осуждая ее, но, судя по биографии этой женщины, я никогда не смогу поверить, что Дженнифер Майер когда-либо испытывала настоящую боль, настолько невыносимую, что больно дышать, двигаться, просто жить. Да ладно, тот же ее брак - это обычный фарс.

Я встречала женщин, опустошенных неверным супругом. Вся их жизнь была разрушена всего лишь одной встречей. Сомневаюсь, что Дженнифер прольет хотя бы слезинку. Будет слишком обеспокоена тем, что размажет тушь от «Диор».

Я завидую Дженнифер и многим другим, подобным, их скучной и лишенной драматизма жизни.

Моя история, может быть, и не отличается оригинальностью, но все же она полна болезненных воспоминаний. Моя маленькая семья была разрушена наркотиками. Я страдала от глубоко укоренившейся боли и мук потери, не желая, чтобы это продолжалось, испытывая страх перед тем, что тебе принесет будущее.

Вместо того, чтобы позволить этой потере поглотить меня, я отправилась со своей болью в полицейский участок и нашла способ направить ее в нужное русло.

Затем я нашла кое-кого, с кем можно было забыться.