Другая женщина

Он еще раньше, чем я, понял: сейчас этого не будет.

— Ладно, брось. — Он оттолкнул меня рукой.

— Просто расслабься. — Я была полна решимости продолжать.

— Я же говорю — брось. — Он явно был разочарован и раздосадован. Да и я тоже.

Мне хотелось спросить, что я делаю не так, но для меня это прозвучало бы как реплика актрисы из низкопробного фильма про взросление. Мне нужно было казаться уверенной, пусть даже я сама никакой уверенности не ощущала.

Я снова сделала движение в его сторону:

— Хочешь, я попробую?..

— Какого хрена, Эм! — рявкнул он. — Я что, неясно выразился? Ничего не будет.

Внутри у меня все так и обрушилось. Все мои представления о том, что я — привлекательная, сексуальная женщина, разбились на миллион крошечных кусочков. Раньше у нас все получалось так легко. Мы оба были настроены на волну друг друга, знали, что и когда делать. Никто никогда не вызывал во мне таких ощущений, как Адам. И он говорил то же самое обо мне. Как же все могло так повернуться, так испортиться? Я должна была как-то поправить дело.

Решив предпринять последнюю попытку, я оседлала его.

— Господи, да что ж такое-то! — заорал он, сбрасывая меня и вскакивая с кровати. Он торопливо натянул свои боксерские трусы. — Какую букву в слове «нет» ты не понимаешь?

Я села очень прямо. И замерла.

— «Просто расслабься… Хочешь, я попробую…» — передразнил он, расхаживая по комнате.

— Но нам просто нужно…

— Нам ничего не нужно, — бросил он. — Это не твоя проблема, а моя. Так что прекрати талдычить мне насчет того, что нам нужно сделать и что мы должны попробовать.

Брызги его слюны попадали мне в лицо, и я отстранилась. Я никогда его таким не видела.

Я непонимающе покачала головой.

— Но я просто хотела помочь, — пролепетала я едва слышно.

— А мне твоя помощь не нужна. Мне нужно какое-то сучье чудо.

Он вышел из комнаты и так грохнул дверью, что отлетела планка между притолокой и стеной.

Я осталась сидеть на кровати — в полном ошеломлении. Глаза у меня щипало. Я ругала себя за эгоизм. Значит, дело не во мне. Дело в нем.

Тут я снова подумала про тот последний раз, когда мы предприняли попытку близости, пусть и недолгую. Когда у нас жила его мать. Я вспомнила, как он в ужасе шарахнулся от меня, едва она окликнула его, словно учительница, отчитывающая проказливого школьника. «Адам! Чем это ты, по-твоему, занимаешься?» — вскричала она.

Казалось, то, что она застала нас за этим, увидев то, что увидела, причинило ему физическую боль. Может, и причинило. Но даже сейчас, когда эта боль наверняка давно прошла, психологический блок никуда не делся, а от него избавиться было куда труднее.





18




Я не ожидала, что Джеймс снова объявится, но через неделю после того первого звонка он позвонил снова, заявив, что просто «проезжал мимо», и, поскольку у меня как раз выдались свободных полчаса и мне было страшно любопытно, чего же он, собственно, хочет, я как-то незаметно для себя согласилась выпить с ним кофе.

Мы устроились в углу крошечного турецкого кафе на Вильерс-стрит. Окна запотели изнутри: жар отопления боролся с уличным морозом. Мне было как-то неуютно из-за того, что служитель за стойкой громко выкрикивает заказы, передавая их на кухню. И вообще, кто ест кебабы в одиннадцать утра, да еще и в среду? Впрочем, эти возгласы хотя бы отвлекали меня от странного чувства близости, которое возникало у меня в обществе Джеймса. Я все твердила себе, что скоро он официально станет моим деверем, поэтому такая близость в порядке вещей. И все равно мне казалось, что это как-то неправильно. Интересно, думала я, ему тоже так кажется? Или только мне?

— Итак… — начал он, прежде чем я смогла сказать то же самое. Из этого зачина (почему-то он представлялся мне чуть ли не единственно возможным) он мог вырулить куда угодно. Дальнейшее направление разговора находилось полностью в его руках. Хотя сейчас уже казалось, что он и сам не знает, к чему клонит.

— Как все вообще? — спросил он.

— Все хорошо. Да, все хорошо, — отозвалась я слишком быстро. — А у тебя? Ты по-прежнему с Хлоей? Все у вас хорошо?

Я понятия не имела, зачем приплела его подружку, женщину, с которой вообще никогда не встречалась. Следовало бы прежде спросить о его бизнесе. Кроме того, я не знала, почему так часто использовала слово «хорошо» в нескольких коротких фразах. Мне всегда было очень легко с Джеймсом, но теперь это чувство сменилось каким-то тревожным напряжением, а наш обычный обмен шуточками — неловкой, спотыкающейся беседой.

— То так, то сяк, — ответил он. — Но у нас пока ранний этап.

— Сколько у вас это уже продолжается? — спросила я как можно небрежнее.

— Да всего месяца три-четыре, так что всякое может случиться. — Задрав брови, он рассмеялся. — Ты же знаешь, какой я. У меня в этом смысле не самый блестящий послужной список.

Я неловко улыбнулась. На самом-то деле я почти не знала, какой он. По его замечанию могло показаться, что мы с ним ближе, чем на самом деле.


Освобождаясь от своего темно-синего шерстяного пальто, он задел локтем облупленную рейку, защищавшую стену от царапин: мы сидели в довольно тесном уголке. Он изобразил губами неслышное «ой», и я засмеялась. Размотав бежевый шарф, он продемонстрировал модную голубую рубашку с узнаваемой эмблемой на нагрудном кармане: игрок в поло верхом на лошади. Адам тоже любил один из брендов мистера Лорена, но его рубашки вечно трещали по швам из-за широких плеч и накачанных в тренажерном зале бицепсов, а вот Джеймс выглядел в своей вполне комфортно, и воротничок у него сидел именно так, как полагается.

— А как с работой? Много дел? — спросила я.

Он кивнул, делая маленький глоток капучино и оставляя на верхней губе усы из белой пены. Я засмеялась и жестом показала, что у меня образовались такие же. Щеки у него слегка зарделись.

— Да, дела идут отлично. Мне даже пришлось взять двух ребят, а то я не справляюсь. Вот приехал в город на деловую встречу. Надеюсь, заполучу корпоративный контракт.

— О, замечательно. — Я уже думала, какой бы еще задать вопрос.

— Один застройщик ищет местную компанию, которая возьмет на себя уход за общественными садами возле Ноул-парка. Там сейчас возводят новый жилой комплекс.

Я кивнула. Какое-то время назад я слышала, как Памми говорит про Ноул-парк, но я не помнила, чтобы когда-нибудь там бывала, и вообще толком не знала, где это.

— Мне надо будет прорекламировать перед ними свой бизнес, у них в штаб-квартире, это в Юстоне. Но я рановато приехал, вот и решил узнать — может, ты где-то поблизости. Я ведь тебе не помешал?

— Нет-нет. Все как раз очень удачно сложилось — у меня тут встреча совсем рядом, в Олдгейте. Жалко, что я не смогла с тобой пересечься, когда ты в тот раз позвонил. Такая у меня работа, вечно в бегах.

— Ничего страшного, я просто так позвонил, на всякий случай. Я знаю, как ты занята. И все-таки сейчас ты здесь.

Я посмотрела на него и улыбнулась.

— А как твоя мама? — На самом деле мне было все равно, но мне показалось, что не спросить будет невежливо.

— Все нормально. Говорит, вы неплохо посидели в Loch Fyne.

Меня словно ударили в грудь.

— Правда? — недоверчиво спросила я. — В самом деле?

— Ага. — Он засмеялся. — А что? Это не так?

— Ну, кое-что пошло не так…

— В каком смысле? — Он явно ничего не понимал.

— Мы… у нас возникли кое-какие разногласия.

Он молча ждал, пока я продолжу.

— Я слишком много выпила, а твоя мама сделала пару замечаний, которые мне не понравились. И я, стыдно признаться, не осталась в долгу.

— Оп-па! — И он расхохотался.

Я улыбнулась:

— Вот именно.

— И чем все кончилось? Вы с ней снова друзья? — Он говорил так, словно мы с ней — два карапуза, которые повздорили из-за игрушки.

Я сморщила нос:

— Надеюсь, что да. Хоть я и не знаю, что чувствует она. Теперь, задним числом, кажется, что она пыталась помочь, только и всего. А я так на нее напустилась.

— Во всяком случае, мне она ни о чем таком не говорила, — заметил он. — Иногда мама говорит что-нибудь невпопад, но, когда ты с ней получше познакомишься, ты научишься не придавать этому значения.

Меня почему-то очень задело, что он, оказывается, считает, будто я пока еще недостаточно хорошо ее знаю. Но тут я напомнила себе, что мы с ней знакомы всего полгода. Насколько близко можно узнать человека за такое короткое время?

— Надеюсь, что так, — совершенно искреннее ответила я.

— Уж поверь мне. — Он накрыл мою ладонь своей и очень внимательно на меня посмотрел.

Когда его кожа соприкоснулась с моей, меня словно бы пронзил электрический разряд. Мне инстинктивно захотелось отдернуть кисть, но я не желала, чтобы из-за меня он чувствовал себя неловко.

— Извини, мне надо проверить телефон. — Мой голос звучал выше, чем обычно. Я надеялась, что он не заметил, как я волнуюсь.

Я сунула руку в сумочку, нашаривая мобильный.

— А как у вас дела с Адамом? — спросил он, и я замерла.

Я посмотрела на него. И встретила взгляд его синих глаз. Внезапно меня охватило острое желание разреветься. Я смущенно потянулась к держателю для салфеток, промокнула глаза.

— Все в порядке, Эм? — На его лице явно читалась озабоченность.

Он назвал меня уменьшительным именем, словно давнего друга. И мне еще труднее стало удерживать потоп. В горле у меня стоял комок. Я сглотнула.