Дракон для прилежной ученицы

– Не думаю, что она в курсе.

– Я должен знать наверняка.

– Но девушке нужен покой… Постойте!

Голоса доносились искаженно, словно сквозь густое желе. Но я открыла глаза, и организм будто сам собой запустился – слух стал нормальным, в голове слегка прояснилось, а кожей я ощутила мягкую простыню.

Я огляделась – просторная комната, жемчужно-белые стены которой украшены молочного оттенка кристаллами. Они тихонько и успокаивающе гудели, очень хотелось снова прикрыть глаза и еще хотя бы на короткое время исчезнуть… Переборов себя, посмотрела вниз: лежу на чем-то вроде кушетки, сбоку – столик с какими-то приборами. Местный медпункт?

Голоса наконец затихли – видимо, говорившие нашли компромисс в своем споре. Или…

Дверь распахнулась. Передо мной возник декан факультета артефактологии, на рукаве которого висела обеспокоенная женщина в белой мантии.

– О, я вижу, вы наконец пришли в себя!

Фарн Элегиас вырвал руку из цепких лапок немолодой медсестры, подошел ко мне и присел на уголок кушетки. Приподнявшись на локтях и проморгавшись, я вдруг поняла, что очень смутно помню, почему оказалась здесь.

– Что произошло? – спросила, взглянув в его озабоченные глаза.

Мужчина прокашлялся и многозначительно посмотрел на медсестру – та поджала губы и вышла, прикрыв за собой дверь.

– Ничего необычного, просто кое-какие изменения энергетического фона нашего мира, – мягко ответил фарн. – Вам нечего бояться, это больше не повторится.

Сквозь кружащийся вихрь воспоминаний до меня донесся мужской крик. Я вздрогнула.

– А ректор, он…

Фарн Элегиас нахмурился.

– Сейчас вы должны успокоиться и понять, что вам ничего не угрожает. Смерть ректора – ужасная трагедия. Убийца, к сожалению, скрылся за пределами академии, но погоня уже отправлена, а фарн Земезис – мастер в делах, касающихся преследования. До выяснения всех обстоятельств и поимки преступника у нас объявлен комендантский час.

Я не могла поверить в реальность происходящего. Главу Альсторна убили средь бела дня, еще и в толпе? Как такое вообще возможно?..

От нахлынувшей порции воспоминаний по коже пробежали морозные мурашки. В ужасе я посмотрела на фарна и выдала с ходу то, что вертелось на языке:

– Аравель превратился в дракона и улетел?!

Декан более чем снисходительно отреагировал на мой эмоциональный выплеск – качнул головой и многозначительно приподнял брови.

– Именно об этом молодом человеке я и хотел вас расспросить. – Он положил руку мне на плечо. – Если вы, конечно, в состоянии говорить на эту тему.

– Не знаю даже, о чем говорить?..

Я растерянно смотрела прямо перед собой, не в силах придумать хотя бы одну причину, почему Аравель не поделился со мной своим секретом. Неужели быть драконом – зазорно? Вот я бы, к примеру, только порадовалась, узнав, что мой парень – летающая, изрыгающая пламя ящерица. Можно ведь за считаные минуты добраться куда угодно… камин разжечь опять же, картошечку пожарить. Барбекю сделать из любого урода, который меня обидел… Жутко экономно!

– Дело в том, – продолжил фарн Элегиас, – что это он убил нашего ректора.

До меня не сразу дошел смысл услышанного. Я отрицательно помотала головой.

– Нет! Этого не может быть…

Фарн грустно кивнул.

– Увы, именно так.

Я рывком села и в упор взглянула на фарна. Поверить в то, что Аравель – безжалостный убийца, способный перерезать горло ни в чем не повинному человеку?! Ладно, в чем-то, может, и повинному… Конечно, не бывает безгрешных политиков, президентов и кого еще там… Но убийство?

– Я знаю Аравеля, он был моим наставником целый месяц…

Декан прикрыл глаза и покачал головой.

– Тем не менее есть свидетели, утверждающие, что видели, как этот юноша кинулся к ректору в самом начале землетрясения, плетя заклинания на драгонтарне – древнем языке драконов. Когда подоспела помощь, фарна Астора было уже не спасти, а студент Аравель скрылся в толпе, несколько минут спустя перевоплотился в дракона и улетел за облака.

Я ошарашенно молчала и глядела на фарна во все глаза.

– В связи с этим я хочу спросить у вас, – продолжил он. – Не было ли чего-то странного в его поведении? Не видели ли вы у него, например, ритуальный кинжал или нечто подобное? Куда, по-вашему, он мог направиться?

– Нет… – я отвечала, словно на автомате. – Ничего подобного я не видела и не замечала. Он не посвящал меня в свои планы… Совсем.

В голове не укладывалось, как Аравель может быть убийцей. Правда, прокралась мысль… Точнее, воспоминание о взгляде, который Аравель кинул как-то в сторону ректора. Может, это неспроста?..

Я тряхнула головой. Нет. Нельзя сомневаться, иначе вот этот сидящий рядом фарн с сочувствующим взглядом сразу решит, что мой дракон виновен! А Аравель не мог… Откуда-то я это знала точно. Или просто до боли хотелось верить в его невиновность.


Декан с теплотой посмотрел мне в глаза.

– Прошу вас, важна каждая деталь. Может, он отлучался куда-то или вскользь упоминал о чем-либо, что имело бы отношение к делу?

«Ага, делился со мной планами по убийству ректора», – чуть было не ляпнула я, но вовремя прикусила язык. Такую шутку фарн точно не оценит.

– Ничего подобного. – Я подняла на него сочувственный взгляд. – Мне очень жаль.

Фарн Элегиас вздохнул, печально улыбнулся мне и встал.

– Если вспомните хоть что-то – прошу без промедлений ко мне в кабинет. День, ночь или лекция – не важно. Главное, чем скорее, тем лучше. – Уже стоя в дверях, он коротко поклонился мне. – Скорейшего вам выздоровления.

С этими словами декан быстрым шагом покинул палату, оставив меня наедине с неутешительными мыслями.





* * *


Маори шла по широкому коридору в свои покои.

Было только восемь вечера, однако по пути из лаборатории она не встретила ни единой живой души. Академия всего за один день превратилась из веселого, шумного замка в темную, мрачную крепость.

Траур в связи со смертью фарна Астора уже начался – под потолком каждого коридора и каждой комнаты парили невесомые черные ленты. Почти в каждом углу стояли большие изящные вазы с цветами, куда любой мог поставить несколько штук от себя – проститься с ректором. После все растения соберут и сожгут в жертвенном огне вместе с тем, кому они были предназначены.

Зайдя к себе, Маори захлопнула дверь и втиснула искрящийся магический ключ в замочную скважину. Несколько раз провернула – готово! Еще одно нововведение в связи с комендантским часом. Запирать дверь на обычный засов посчитали недостаточным. Маори это не удивляло – любой, у кого есть мозги, понял бы, что убийца все еще находится в замке… Дракона же раскусили быстрее, чем Маори смогла его предупредить. Раскусили, использовали и в итоге оклеветали, выставив убийцей.

Маори раздраженно плюхнулась в кресло. Толстый томик, лежащий на столе перед камином, мгновенно встрепенулся от недовольных звуков.

– Опять в прекрасном расположении духа?

Маори поджала губы, скрывая улыбку.

– Сейчас еще и тебе перепадет. – Она нехотя привстала и взяла книгу. – Особенно если разозлишь меня, как вчера.

Но Рагон вряд ли ей поверил. Маори понимала, что выглядит не сердитой, а уставшей – серебристая коса наполовину расплелась, под глазами темные круги…

– А что вчера? – Рагон с усмешкой поднял брови. – Не надо было оставлять меня в уборной. Я тебе что, туалетная книжка?..

– Подглядывать за тем, как я принимаю душ, все равно не стоило – мог бы отвернуться для приличия.

– Какого еще приличия? – Рагон скорчил зверскую рожу. – По-твоему, я похож на приличного?

Маори рассмеялась. Да уж, назвать этого мужчину приличным можно было, лишь повредившись рассудком. И все равно она каждый день с нетерпением ждала, когда наконец наступит вечер и закончатся дела, чтобы вернуться к себе. Вернуться, присесть на кресло, взять путеводитель и от души поболтать с Рагоном.

К своему удивлению, она обнаружила, что контрактник очень умен и, кажется, знает намного больше, чем хочет рассказать. Обсудить с ним можно что угодно, и это было приятно. Но вот характер…

Рагон усмехнулся и облокотился о сосну. Пригладив черные волнистые пряди, он вновь поднял взгляд на девушку.

– Так что там с вашими жезлами?

– Я вообще ничего не понимаю… – Маори покачала головой. – Еще совсем недавно магия так и сочилась из них, а сейчас ее будто кто-то извлек. Теперь это – обычные палки, да простят меня Верховные…

Рагон удивленно поднял брови.

– Прямо-таки палки? Не к добру это все…

– Вот и я о том же. – Маори нахмурилась. – Знать бы, кто подставил нашего дракона! И энергетический всплеск на празднике мне совсем не понравился… Думаю, все эти события как-то связаны.

– А с чего ты вообще взяла, что парень ни при чем? Его же поймали на горячем.

Маори покачала головой.

– Нет. Самого убийства никто не видел. А я знаю, что он не мог даже прикоснуться к ректору.

– Откуда такая уверенность? – Рагон упер руки в бока и чуть подался вперед. – Думаешь, он такой патриот?

– Ректор сидит на чае с живой пыльцой. – Девушка запнулась. – Сидел то есть. Чистокровные магические существа не смогли бы причинить ему вред. Это невозможно. В его жилах текла сила артефактов…

Рагон округлил глаза.

– Так сходи и скажи это всему Совету!