Дорогой Гейдж

Я была вынуждена прижать руку ко рту, чтобы сдержать смех от выражения потрясения, появившегося на лице Джека, когда мой мальчик убежал в дом.

– Что за чертовщина это только что была, Пейсли? – его голос звучал чуть иначе. В нем проскальзывала обычная злость, но в этот раз ее было больше.

Медленно ступая, я обошла вокруг Джека и поднялась по ступеням, прежде чем ответить.

– Он больше не может уважать тебя, Джек. А чего ты ожидал?

– И что это означает? – неужели, он на самом деле ничего не понимал?

– Мы месяцами не получали от тебя вестей. Ты не поехал с ним на рыбалку. И даже не позвонил, не написал, ничего. Ты либо участвуешь в его жизни, либо нет. Третьего варианта нет.

– Ты забила его голову этой ложью! Я достаточно звонил, – когда Джек подошел ко мне, я отступила, и он усмехнулся. Но выражение в его глазах напугало меня.

– Нет, это была не я. Томми сам сделал свой выбор. И чтобы ты не запланировал на сегодня, он не желает принимать в этом участие.

Джек замахнулся на меня так быстро, что я не успела отодвинуться, и он ударил меня ладонью по щеке. Моя голова откинулась в сторону, а лицо заболело, когда слезы набежали на глаза.

– Ты ублюдок, – прошипела я ему, прижав руку к больному месту.

– Ты тупая шлюха. Если ты не позволишь мне видеться с ним, я просто пойду в суд и заберу сына.

Угроза могла бы напугать меня, но я заставила себя выпрямить спину.

– Ты можешь попробовать сделать это, Джек. Ты никогда не задумывался, почему я никогда не просила у тебя алиментов или не настаивала на более частых посещениях? Ни единого вызова в суд. Ничего? – он выглядел удивленным. – Ты оставил меня одну с ребенком, когда мне было семнадцать. И что ты думаешь я сделала? У тебя нет никаких прав, когда дело касается Томми. И честно говоря, после сегодняшнего, если ты вернешься, то я позвоню в полицию, и тебя арестуют.

Я вбежала внутрь дома и заперла дверь, прежде чем Джек успел что-то еще сказать или сделать. Слезы бежали у меня по лицу, пока он стучал по деревянной поверхности, выкрикивая в мой адрес всевозможные оскорбления.

– Мам! – Томми сбежал по ступеням, явно испуганный.

– Возвращайся наверх, милый, все хорошо, – я не могла себя заставить посмотреть на сына. Он бы тогда заменил насколько больно мне было от удара Джека. Я была разбита. И не могла позволить сыну видеть меня такой.

Услышав, как Джек ушел, я быстра заказала пиццу на ужин и поднялась в свою комнату, собираясь привести себя в порядок перед встречей с сыном, чтобы еще раз сказать ему, что все будет хорошо.

На кровати лежал конверт с моим именем, написанным размашистым почерком. Я не знала, могла ли все еще дать Гейджу то, чего он хотел. Того, что он и мой сын хотели так отчаянно.

Когда я открыла письмо, что-то упало на пол, и я увидела высушенные цветки желтых маргариток. Я не могла сдержать слез, пока читала письмо.

Пейсли,

Я ходил по лагерю, постоянно повторяя твое имя. Мне нравится, как его буквы перекатываются у меня на языке. Как нежно и мягко оно звучит.

Пейсли…

Особенно мне нравиться представлять, как я смогу его впервые выдохнуть тебе в губы.

Пейсли…

Сладкая, словно маргаритки.

Я знаю, они не такие свежие и выглядят не так красиво, как в магазине, но я надеюсь, что они тебе понравятся их лепестки, словно я подарил тебе их лично.

Мы даже не встречались, черт, мы даже не разговаривали, но я знаю тебя, Пейсли. Твои слова ясно говорят о том, чего ты хочешь, но никогда не попросишь. О том, что я ужасно хочу дать тебе.

Когда я приеду домой, я приду за тобой.

За вами обоими.

Люблю, Гейдж.

Мои страхи и мечты. Надежды и ошибки. Все они пронеслись сквозь меня со скоростью света, пока я вчитывалась в письмо. Лепестки маргариток казались такими хрупкими в моих руках, когда я пыталась бороться с непреодолимым желанием умолять Гейджа сдержать его обещание.

Печально, ведь я выучила, что слова это просто… слова.

Нельзя верить тому, что ты не можешь увидеть и почувствовать.





Глава 4





Гейдж

Посылка пришла мне, когда мы были в патруле, и один из этих мелких засранцев решил открыть ее. Я собирался убить придурка. Особенно учитывая то, что Пейсли не ответила на два моих последних письма. Томми писал, но он тоже не казался мне таким же веселым, каким был всегда, и я сходил с ума, не понимая, что происходило.

После того, как я был вынужден наблюдать за Киллианом, капитаном нашего подразделения, который влюбился в девушку, написавшую ему, я боялся открывать эту коробку. Я хотел, чтобы внутри меня ждало письмо от Пейсли. Я не знал, что сделаю, если его там не будет.

Подняв открытую коробку, я начал доставать оттуда контейнер с двойным шоколадным печеньем, который был уже подозрительно открыт, там также лежал дезодорант, зубная щетка и еще кое-что необходимое мне. Увидев журнал комиксов Марвел, я почувствовал, как улыбка расползлась у меня на лице. Томми и я говорили о наших любимы супергероях, мы оба согласились, что Железный человек и Халк были лучшими.

Заметив лишь одно письмо, подписанное детской рукой Томми, я почувствовал разочарование. Я знал, что с Пейсли было что-то не так, я просто не мог понять, что именно. Я мог бы спросить мальчика, но не хотел ставить его в неудобное положение, заставляя рассказывать о матери.

Достав письмо из конверта, я открыл его и то, что я увидел, разбило мое сердце.

Дорогой солдат,

Я не говорил тебе, но моя мама грустная. Пару недель назад Джек приехал к нам домой, и когда он уехал у мамы появился синяк на лице. Она никогда ранее не плакала так сильно, а я не думаю, что сам достаточно силен за нас обоих.

Я боюсь, что Джек попробует вернутся и забрать меня. Я сказал маме, что больше не хочу с ним встречаться, но мне кажется, что я видел Джека возле школы. Но точно не уверен, был ли это он.

Ты скоро приедешь? Я думаю, это маме очень понравится. Она всегда улыбается, когда ты ей пишешь, пусть я и знаю, что она не отправляет тебе ответов.

Ты можешь заставить ее улыбаться снова, Гейдж.

Любитель загадок.

P.S. В поле 30 коров и 28 кур, скольких там не хватает?

Это всегда ставит людей в тупик :)

Грохот от предмета, врезавшегося в стену палатки и упавшего на пол, разнесся по комнате, я даже не осознавал, что сделал, пока не услышал этот звук, мое дыхание замедлилось. Я швырнул коробку со всем ее содержимым на другой конец комнаты.

Я был в такой ярости, что не знал, смогу ли когда-нибудь успокоиться. Этот сукин сын ударил ее. Он ударил мою чертову женщину.

Еще два месяца и моя командировка будет окончена. И даже если это станет последним, что сделаю в этой жизни, то я найду этот кусок дерьма и покажу ему, как поступают настоящие мужчины.

Опустившись на койку, я проигнорировал галдящих снаружи парней, которые пытались отойти от более тяжелого, чем обычно, патруля. Перестрелки всегда были самым сложным. Киллиан и я должны были поговорить с парой парней после этого. О том, что они видели и что были вынуждены делать.

Это было худшей частью жизни не только солдата, но и того, чтобы являться офицером. Мы не могли просто отсиживаться, позволяя остальным ребятам самим справляться с теми разрушениями, с которыми они сталкивались. Мы должны были помогать, разговаривать с ними, вынуждая поведать обо всем, что они испытывали. Подготовить их к возвращению в штаты, исключив возможность ухода в самоволку или развитию такого ПТСР, чтобы они стали бы представлять опасность для людей вокруг.

Наш моральный долг заключался в том, чтобы все солдаты вернулись домой целыми и невредимыми.





Глава 5




Пейсли

Дорогая Пейсли,

Поговори со мной. Я скучаю по сладкой улыбке, которую представляю себе у тебя на лице, когда читаю твои письма. Мне недостает того смеха, который мне всегда чудится в твоих словах.

Томми беспокоится о тебе. Этот мальчик боготворит землю, по которой ты ступаешь. Интересно, знаешь ли ты об этом? Сказал ли он тебе об этом?

Если бы я находился около вас, то будь уверена, убедился бы, что парень сказал тебе об этом.

Я возвращаюсь домой через два месяца, Пейсли. Когда ты получишь это письмо, останется уже меньше. Я приду за тобой. Это клятва, которую ты можешь принять.

И когда я приеду, ты мне все расскажешь. То, что происходит между нами, существует не только в моей голове. Я видел слишком многое, чтобы не узнать действительно реальные вещи, когда столкнусь с ними.

Ты реальна, Пейсли.

Мы реальны.

С любовью, Гейдж.

Каждый раз, когда он писал мне, я словно чувствовала его присутствие. Каждое слово и уверение ощущалось обещанием, которое Гейдж собирался сдержать. Поверить в это было сложнее всего.

Я была в ужасе после последнего визита Джека, испугалась того, что приписала Гейджу несуществующие качества. Он не мог быть настолько идеальным, как я нафантазировала. Или мог?

Я имела в виду, какой мужчина захотел бы связать себя с такой семьей. Они не пожелали бы маленького мальчика, который не был бы их. Или женщину, не представляющую, что делать с ее жизнью.