Допрыгалась?

– Проходите, ректор, сейчас вы увидите настоящее волшебство! – пафосно сказала я и усадила супругов на диван.

«Включись! «Маша и Медведь», первая серия».

Мультфильм включился, и зазвучала привычная для моего слуха музыка. Эта заставка отрывает от шалостей любого русского ребенка!

Реакция ректора превзошла все мои ожидания. Это надо было видеть! Во-первых, бык. Во-вторых, счастливый бык. В-третьих, счастливый бык смеялся!

В общем, гости смеялись с Маши, а я – с гостей.

Посмотрев пять первых серий (Маша и шприц – это реальная угроза!), я решила выключить телевизор, а то еще, как дети, сильно перевозбудятся от большого количества эмоций и ночью не заснут. Хи-хи…

На столе появились торт и чай, спасибо Лилерию, а гости горячо обсуждали свои впечатления и выказывали восторг нашими технологиями. Закончив с тортом, я спросила ректора:

– Сегодня на занятии я выпендрилась случайно, показав магию огня…

– Да, мне уже доложили. Не пойму, что вас беспокоит? – Ректор откинулся на спинку дивана в расслабленной позе.

– В принципе ничего. Только в толк не возьму, почему у всех стихия на кончиках пальцев образуется, а у меня по всей руке?

– О, это просто! Как вам уже известно, вы относитесь к клану фениксов, а у них магия работает именно так.

Мира приветливо улыбнулась, подмигнув.

– А фениксы владеют магией воды?

– Нет, и это загадка для всех нас, – задумчиво протянул ректор. – Особенно для ледяных драконов. Чтоб вы знали, Тимарилион требует, чтобы Совет признал правящую династию Каир Карвелис вашими опекунами…

– Этого только не хватало! Надо что-то делать! – Я нервно забегала по комнате. – Помогите мне. Я вам еще пригожусь! – взмолилась я, как рыбка из сказки. Не знаю почему, но мне не хотелось такого близкого знакомства с правящими. Тем более после поцелуя!

– Чего ты всполошилась? – Мира была удивлена. – Это же здорово. Ты же не любишь внимание. Так вот, без одобрения опекунов никто не посмеет навязывать тебе свое общество.

– Вот именно! Мне не надо указывать, с кем общаться, я и сама спокойно могу отшить слишком навязчивых. А что, если человек мне неприятен, а опекун дал добро? Просто кошмар. А если тебя, Мира, посчитают недостойной общения со мной? Я этого не переживу! – взвыла я, хватаясь за голову.

Если честно, больше я боялась непонятной власти над моим телом Тимарилиона. Этот его поцелуй… Не-е-ет! Надо срочно оградить себя от их притязаний.

Ректор хмуро почесал шею:

– Что-то мне эта идея тоже разонравилась.

И правильно. Думайте, родненькие, думайте!

– Милый, а что, если без ведома Совета принять Олю в твой род? – встрепенулась Мира, с надеждой поглядывая на мужа.

– Ты просто умница, малышка! – Ректор щелкнул жену по носу и повернулся ко мне. – Ну что, вы готовы стать моей сестрой и герцогиней Альери? – хитро прищурился Холвер.

– Э-э, а у меня тоже голова коровы появится?

От хохота гостей задребезжали стекла в окне.

Нет, ну а что?! Мне моя голова нравится! Я лучше опекунами обзаведусь и буду воевать, чем ходить коровой на занятия. Даже Лилерий у меня в голове хохотал… Нехороший камешек!

«Не сердись… Ик… Просто ты такая смешная!»

Нашли клоуна! Я, насупившись, сложила руки на груди.

– Оля, – отсмеявшись, обратился ко мне ректор, – я – вампир… А то, что вы меня в таком виде, – просто высшее проклятие, которое может снять только тот, кто его наложил. Неприятно, конечно, но я смирился. По наследству это не переходит, впрочем, как и вампиризм. Вы останетесь таким же очаровательным фениксом с двумя стихиями, каким являетесь сейчас.

– Фух… Тогда для меня будет честью стать вашей сестрой! – гордо ответила я и задумчиво протянула: – Интересно, а кто наложил на вас проклятие?

– Его бывшая любовница, – грустно произнесла Мира. – Когда она узнала, что Холвер нашел свою истинную, просто сошла с ума от злости. Мы сами не знаем как, но во время праздничного вечера, посвященного нашей помолвке, у Холвера внезапно появилась такая вот голова, при этом вокруг раздавался жуткий смех Глории. Ее так и не нашли… И снять проклятие не смогли, как ни старались.

– Какой кошмар! – Я была просто в шоке от того, какими люди могут быть завистливыми.

– Да ладно вам, девчонки! – Ректор был полон позитива. – Все образуется! Найду ее – своими руками придушу.

– Так! – хлопнула я в ладоши. – Приступим к спасательной миссии!

Мира с ректором встали. Холвер взял меня за руки, ласково улыбнулся. Мира достала из воздуха необычный, скорее всего ритуальный, нож.

– Я, Холвер Альери, глава клана вампиров Альери, герцог Симарийских земель, двенадцатый претендент на трон Висера, принимаю тебя…

Прямо как замуж выхожу!


– …Ольгу Мерешко, в свой род. Клянусь заботиться о тебе и оберегать от всех невзгод и проблем. Да будет так!

Вокруг нас троих образовался золотой кокон, Мира протянула Холверу нож, и он, полоснув им по своей и моей ладоням, соединил наши руки. Постепенно кокон стал исчезать, а у меня появилось чувство эйфории. Теперь в этом мире у меня есть семья, которая никому не даст в обиду, будь это хоть король, хоть принц!

Ну, вспомни солнце – вот и луч. Хотя сейчас скорее подошла бы другая поговорка.

Его высочество, наследный принц почтил нас, грешных, своим присутствием. Тимарилион стоял на пороге и сверкал злющими черными глазюками.

«Кстати, Лилерий! Ты почему его пропустил?»

«Э-э, я не мог ему запретить, потому что…»

– Что здесь происходит?! – страшным тихим голосом произнес принц, а по паркету пошли ледяные полосы.

Честно – я жутко испугалась.

– Успокойся, Тим! – Ректор был встревожен. – Ольга захотела стать моей сестрой, и я принял ее в свой род.

Правильно, вали все на лысого!

Но принц не обратил на меня никакого внимания, злобно надвигаясь на ректора.

– Ты не имел права! Ты же знаешь, что она принадлежит мне! – В комнате стали кружить снежинки.

Мира встревоженно пискнула.

– Мира, домой! – крикнул ректор, и подруга испарилась.

Так, пора заканчивать этот балаган! Я была взбешена. Это что такое? Один тут будет женой помыкать, а второй всякий бред нести! Я никому не принадлежу! Я, как дядя Федор из Простоквашино, своя собственная!!!

Я не заметила, как вокруг меня начало искрить, мои руки загорелись. Откликнулась магия. Оба мужчины, забыв друг о друге, недоуменно уставились на меня.

– Ваше высочество, вы не пробовали стучать, когда приходите к своим студентам в гости? – прошипела я. – Что вас вообще сподвигло к столь позднему визиту к моей скромной персоне?

Принц молчал, зато ответил новоявленный брат:

– При обряде я сжег его маячок на тебе…

Магия в моих руках начала потрескивать.

– Какой еще маячок?! – тихо прорычала я.

Ух, сама себя боюсь!

– Который я поставил, когда тебя целовал, – нагло заявил Тимарилион.

Ректор удивленно посмотрел на принца, а я озверела, не знаю, из-за чего больше: то ли из-за маячка, то ли от осознания того, что пока он меня целовал и вешал этот самый маячок, я, как последняя дура, таяла в руках принца от желания. Идиотка… Просто кретинка!

Моя магия затрещала сильнее, а из груди стали вырываться молнии, попадая в стены. Мужчины еле успевали от них уворачиваться. Эх, обои жалко…

Ректор прокричал:

– Оля, возьми себя в руки! Ты разнесешь пол-академии!

Я попыталась успокоиться, но у меня не получалось.

– Представь, что твоя магия превращается в спокойного тихого котенка… – произнес его высочество.

Блин, бесит меня! Котенка ему подавай!!! Принадлежу я ему!!! Скотина!!! Это ж надо, целовать девушку и ставить в это время на нее маячок! Я что, корова? Еще бы колокольчик повесил.

Магия стала еще сильнее биться и метать молнии.

Холвер схватил принца за рукав и толкнул за кресло:

– Не отсвечивай, ты ее злишь. Ольга, ну-ка прекрати! Ты сейчас выгоришь и потеряешь магию. Дыши глубже… Закрой глаза…

У меня ничего не получалось. Я открыла глаза и испуганно посмотрела на брата.

– Милая, давай еще раз. У тебя обязательно получится. – Ласковый, но встревоженный голос Холвера только больше пугал.

Внезапно меня посетила идея – что, если я хлопну в ладоши? Сможет ли магия испариться, как в кино?

Я хлопнула в ладоши и упала от ударной волны. Лед и пламя, взревев, пронеслись по всей гостиной. Ректор с принцем отлетели к стене и затихли.

– Нет! – вскрикнула я.