Домик тетушки лжи
Часть 8 из 14 Информация о книге
– Ты недовольна? – приняла боевую стойку Зайка. – Все, Кеша, Маня, Ирка, даже Катерина в восторге, а ты недовольна? – Я счастлива, только хочу узнать, почему эта радость приключилась именно с нами? Зайка с подозрением посмотрела на меня и принялась объяснять. ГЛАВА 5 У каждого человека бывает мечта, есть она и у Зайки. Моя невестка обожает красоваться на голубом экране. Вообще у нее за плечами хорошее образование, а в кармане диплом прекрасного вуза. Наша Заюшка переводчик, владеет двумя европейскими языками свободно плюс арабским, на котором она практически не может читать и писать, зато болтает вполне бойко. Но работать толмачом Ольге неохота. Ей всегда хотелось вселенской славы, аплодисментов и всеобщего поклонения. Переводчик же по роду свой деятельности всегда находится в тени. Если он синхронист, то стоит за спинами, если работает с книгами, то просиживает день-деньской в кабинете, словом, медные трубы трубят не ему. Зайка мечтала попасть на телевидение и в конце концов оказалась там. Господь сжалился и дал ей шанс. Надо отметить, что Ольга использовала предоставившуюся возможность на все сто. Она попала в спортивную программу и, не отличая в самом начале карьеры волейбол от футбола, ухитрилась за год взлететь по карьерной лестнице от скромной ассистентки режиссера до «лица передачи». А все благодаря собственному невероятному трудолюбию и упорству. Праздники, выходные, семейные мероприятия… Для Зайки ничего этого не существует. В любой день, в любом состоянии здоровья она едет на работу. Ровно в 18.30 я вижу ее на экране. Улыбающаяся, с великолепной прической, моя невестка говорит: – Здравствуйте, вас приветствует «Мир спорта» и я, Ольга Воронцова. Глядя на это светловолосое существо с глазами молодого олененка и бархатной кожей, ни за что не подумаешь, что у него какие-то проблемы со здоровьем. И только я знаю, что два часа тому назад Заюшка слопала две пригоршни таблеток, потому что у нее опять обострилась язва, полученная в процессе восхождения к вершинам славы. Телевидение – это не только голубой экран, на котором возникает очаровательное личико ведущей, нет, это еще постоянная нервотрепка, бесконечная усталость, хронический недосып, невозможность вовремя поесть и отдохнуть… Но Зайка счастлива всегда, даже тогда, когда ведет передачу, болея гриппом с температурой сорок. Казалось, она своего добилась, теперь ей нечего более желать, но у Ольги есть еще одна мечта, такая тайная, что невестка не рискует ее даже высказать вслух. Заиньке страстно, до дрожи хочется стать актрисой, сняться в кино… И вот теперь судьба вновь подкидывает ей шанс… Студия «Век» собралась снимать малобюджетный сериал из семейной жизни. Малобюджетный – это такой фильм, на который дали мизерную сумму денег, и съемочная группа экономит на всем. Берет свои автомобили, интерьеры снимает у знакомых на дачах и в квартирах… Вот Зайка и предложила наш дом в качестве съемочной площадки. Абсолютно бесплатно, с одним условием. Ей, Ольге, дают небольшую роль. Режиссер мгновенно согласился. Зайка хороша, как картинка, очень киногенична и, в отличие от многих современных деятелей экрана, обладает ясной, четкой дикцией. Одним словом, они ударили по рукам. – Главное, начать, – подпрыгивала Зайка, – а там меня заметят, и понесется… Я только моргала, раскрыв рот. Сериал! У нас в доме! Катастрофа! – Просто чудо! – ликовала Ольга. – Здорово вышло, все в экстазе. Кстати, это фильм о семье, о радостях, так сказать, брака, и в массовке обещали занять всех наших: Маню, Аркашку, Ирку, Катерину, собак, и тебя тоже снимут… Я хотела было вслух ужаснуться, но посмотрела на совершенно счастливое лицо Зайки и промолчала. Хорошо только, что близнецы вместе с Серафимой Ивановной еще две недели тому назад уехали в Киев, к матери Ольги. Надеюсь, до их возвращения все завершится. – А как долго продлятся съемки? – робко поинтересовалась я. – Ну, не знаю, может, месяц! Я содрогнулась. Ужасно! Это еще хуже, чем ремонт, надо постараться пореже бывать дома. – Что это такое? – раздался громовой голос. Воцарилась тишина. В холл вошел невысокий плюгавенький мужичонка в длинном шарфе, клетчатой рубашке и джинсах. – Что это такое? – повторил он, тыча пальцем в домовину. – Гроб, – ответила я. – Так, чудесно, – заговорил дядька, – уже добыли, затаскивайте в комнату, порепетируем сцену прощания. Эй, ты, отойди от реквизита… – Вы мне? – спросила я. – Тебе, тебе, отойди немедленно и займись делом. Ты кто? Почему не знаю? Кто пустил постороннего? Выгоните ее! – Я хозяйка этого дома! Дарья Васильева! – Миль пардон, – расшаркался мужичонка, – страшно рад знакомству. Борис Коваленко, режиссер-постановщик. Ах, душенька, у вас роскошный дом, прелестный, чудесный, надеюсь, хозяин не слишком обозлится, когда узнает, что мы тут решили… – Хозяин добрый, – сообщил Кеша, появляясь на лестнице, – всегда рад помочь жене. Глаза Бориса заметались между мной, Ольгой и Аркашкой. Потом он не утерпел и ляпнул: – Вы, значит, муж Дарьи? Очаровательно! Кеша хмыкнул: – Нет, я ее сын, муж Ольги. Борис расплылся в улыбке так, что я испугалась. Если он еще минут пять постоит с таким лицом, у него заболят щеки или треснет рот в уголках губ. – Дашенька! А ваш муж где? – Который? – уточнил Аркадий. – Их много? – хихикнул режиссер. – Было четыре, – пояснил Кеша, – и все убежали, мать человек с причудами. Вот видите гроб? Она в нем спит. – Хватит врать! – обозлилась я. Но Борис мигом ответил: – Такая прелестная женщина имеет право на странности. Готов стать вашим пятым супругом! Я почувствовала себя, словно загнанная в угол мышь. Мало того что на целый месяц мы гарантированно лишимся сна и покоя, так еще этот идиот собрался приударить за богачкой. Желая сменить тему, я быстро сказала: – Это не ваш реквизит, это наш гроб. – Да ну? – удивился режиссер. – И зачем он вам? Или правда спите тут? – Конечно, нет! Просто вышел дурацкий случай. За ним должны были сегодня приехать из похоронной конторы, но отчего-то не явились! – Так это чудесно, – потер руки Борис, – нам как раз он и нужен. Начнем со сцены похорон Леонида. Тащите гроб в комнату, порепетируем. – Не пойдет, – сказал парень в зеленой жилетке. – Почему? – взвился Борис. – Тебе, Федька, цвет не по душе или качество? – Не, нормальная штука, – ответил Федя, – но Ленька в него не войдет. У парня рост метр девяносто восемь, нужен размер кинг сайз. – Глупости, влезет! – Никогда! – Поместится! – Ни за что! – Ой, зачем вы спорите, – влезла Маня, – пусть Кеша попробует, в нем без одного сантиметра два метра. – А и правда, – пробормотал Борис, окидывая взглядом фигуру сына, – может, и впрямь залезете, а мы посмотрим. – Куда? – оторопел Кеша. – В гроб, нам примерить надо, – объяснил Федор. – Ни за что, – отрезал сын. Режиссер поджал губы, Зайка умоляюще глянула на муженька. Тот тяжело вздохнул и сказал: – Ладно, только на минуточку! Потом он подошел к полированному ящику, влез внутрь и, сложив руки на груди, поинтересовался: – Похоже? Мне шутка не показалась смешной, но Маруська взвизгнула: – Ой, только не двигайся, сейчас фотоаппарат принесу! – Ну вот, – удовлетворенно протянул Борис, – чудненько уместился, а как эта штука закрывается? – Очень просто, – ответил Федя и толкнул кры-шку. Раздался сухой щелчок, и я увидела изображение креста. – Здорово! – одобрил режиссер. – Ну, – заныла прибежавшая с камерой Маня, – зачем захлопнули? Откройте. – Сейчас, – сказал Федя и потянул крышку. – Странно, однако, – она не поднимается. – Господи, всему-то учить надо, – вздохнул Боря, – ничегошеньки сами не умеете, ну-ка отойди! Режиссер принялся дергать за ручку, но красивая, полированная крышка даже не дрогнула.