Долина Огня

7

Удивительное




Арло не мог поверить, как далеко они уже забрались. Всякий раз, когда он с облегчением думал, что они достигли вершины горы, тропа шла дальше, к следующему пику.

Проблема была не в расстоянии. Арло привык много ходить. В Чикаго они часто преодолевали пешком целые мили до музеев, даже зимой, когда на улице так холодно, что дышать больно и в ушах начинает звенеть. Но Чикаго стоял на равнине, а в Колорадо любая поверхность шла под уклоном. И здесь везде были камни, которые приходилось либо перешагивать, либо обходить. На что уходит больше энергии – на перешагивание или на обход? Он хотел спросить, но слишком устал, чтобы говорить.

Единственным утешением было видеть, что Ву и Индра тоже были вымотанными. Складывая рюкзаки в машину, они спорили, считать гамак постелью или нет. Ву был убеждён, что да: в гамаке ведь можно спать. Индра возразила, что, следуя его логике, любое место, где человек способен заснуть, можно считать за постель, будь то диван, автомобиль или самолёт. Они оба пытались переманить Арло на свою сторону, но к середине первой мили дискуссия утихла сама собой.

Все Общество отправилось к Бараньему лугу, одному из традиционных мест для ночлега. Патрули чередовались, кто в этом месяце будет ответственен за подготовку к походу. В этот раз была очередь Зелёного патруля. После долгого обсуждения и трёх раундов тайного голосования они остановились на Бараньем лугу. Ву сказал, что Синий патруль всегда выбирает Триречье, восхваляемое за лучшую рыбалку. Арло никогда в жизни не рыбачил, и рыбы ему не нравились, но он был уверен в правильности выбора их патруля.

– Стоять, – тихо приказал Коннор и кивнул на что-то в глубине леса.

– Ого, – зачарованно выдохнул Ву.

– Увидеть его так близко – просто невероятно, – согласилась Индра.

– Круто, – прошептал Арло.

Но он ничего не видел, сколько ни всматривался. Одни деревья. Всё, что он слышал – это стук сердца в своих ушах. Но весь его патруль, похоже, наблюдал нечто примечательное. Арло попытался проследить за их взглядами. Коннор, должно быть, заметил его досаду, потому что махнул ему: подойди. Маленького шага влево оказалось достаточно, чтобы Арло увидел.

Оленя. Или лося – Арло не знал точно, как называется это животное, чьё изображение он видел лишь в книгах. Он стоял сразу за тропой и смотрел на них, так близко, что Арло мог разглядеть блеск в его чёрных глазах и каждую шерстинку. Мог видеть, как он дышит. Арло уже приходилось встречать диких животных в природе, но впервые он ощутил, что у стоящего напротив существа было имя, семья, целая жизнь.

А затем – БУМ!

Позади них выстрелила пушка. Олень сорвался с места и в страхе убежал. Арло обернулся и увидел нагоняющий их Красный патруль. Один из ребят покрутил ладонями и хлопнул, породив звук в тысячу раз громче обычного, как от настоящего взрыва. У Арло дрогнуло сердце.

– Тебе не стыдно, Рассел? – спросил Коннор.

– Это всего лишь олень. Переживёте.

Мальчика звали Рассел Стоукс. Арло узнал его: именно он назвал его на собрании «Мямло Финч».

Красный патруль протиснулся мимо них по узкой тропе. Это сопровождалось обменом ледяными взглядами и бурчанием, но никто не произнёс ни слова.

Дождавшись, когда они отойдут на достаточное расстояние, чтобы его не было слышно, Арло спросил:

– Что это было? Как он это сделал?

– Это называется «громохлопок», – ответил Ву. – Ему не учат, пока ты не станешь Совой.

Они продолжили подъём.

– Но что это такое? – не успокаивался Арло. – Это прямо как, я даже не знаю… – Он напряг память в надежде найти другое определение, которое бы выразило его мысль и не прозвучало безумно, но в итоге лишь одно слово подошло: – Прямо как магия.

– Это не магия, – возразила Индра.

Ву её поддержал:

– Магия – это заклинания и всё в таком духе. Рейнджеры этим не занимаются. – Поймав косой взгляд Индры, он торопливо добавил: – Ну, мы не должны этим заниматься.

– Но то, что сделал Рассел, это же невозможно, – сказал Арло. – Это неестественно. Люди так не могут.

Их троица слегка отстала от своей группы, чтобы можно было поговорить без лишних ушей.

– Ты знаешь, как ходить по канату? – спросила Индра.

– Нет, – ответил Арло.

– Но ты видел, как другие ходят, по телику, например. Ты знаешь, что это возможно.

– Да.

– Так как, по-твоему, они это делают?

– Учатся. Тренируются.

– Именно. Громохлопок – это умение, такое же, как хождение по канату. Просто потому что большинство людей этого не умеют, не значит, что это магия.

– Но почему я никогда ничего подобного раньше не видел? – спросил Арло.


– Потому что он срабатывает лишь в определённых местах, – объяснил Ву.

Индра вытянула перед собой левую руку.

– Представь, что это обычный мир. Любое место, где тебе приходилось бывать. Любой город, большой или маленький. – Она вытянула правую руку. – Представь, что это Долгий лес. Это не наш мир, но он существует прямо по соседству. Как правило, ты его не видишь, даже не знаешь, что он есть. Но в некоторых местах эти два мира сталкиваются. – Она свела ладони, чтобы они едва касались, и слегка потерла. – Возникает трение. Выделяется энергия.

– Вроде статического электричества? – уточнил Арло.

Индра и Ву одобрительно переглянулись. Арло уловил суть.

– В здешних горах много этой энергии. И если ты знаешь, как её использовать, фокусировать и придавать ей форму, ты можешь многое делать с её помощью.

– Когда я этому научусь? – спросил Арло.

– Твоё обучение уже началось, – ответил Ву. – Ты теперь рейнджер.





* * *


Бараний луг стоил тяжёлого похода.

На высоте в две трети горы раскинулись обширные поля диких цветов, из которых вырастали огромные валуны, будто пальцы на ногах великанов. Из-за заросших лишайником камней выглядывали осторожные пищухи – зверьки, напоминавшие зайцев.

Поспорив недолго с Красным патрулём из-за мест для ночлега, Синие поставили палатки на облюбованном ими участке. На ужин были приготовленные на костре хот-доги и фасолевая каша. Приправа в виде дыма и усталости добавляла им вкусноты.

Арло никогда ещё не сидел у костра и впервые ощутил на себе его лёгкий гипнотический эффект, похожий на то, когда долго смотришь один канал. Брёвна медленно превращались в светящиеся угольки. Белые хлопья пепла взмывали, подхваченные невидимыми потоками.

Вспышка света привлекла его внимание. В отдалении несколько рейнджеров из Старшего патруля выстроились в линию и один за другим поднимали вверх указательные пальцы, с которых срывались шарики белого света. Они очерчивали дуги на фоне ночного неба, затем медленно затухали и растворялись.

– Они фейерверки запускают? – спросил Арло.

– Это светощелчки, – ответила Индра.

– Это как обычный щелчок пальцами, – пояснил Коннор, – но вместо звука получается свет. – Он встал и продемонстрировал: взмахнул ладонью и щёлкнул пальцами, породив вспышку яркого света, которая метнулась в сторону, подобно маленькой комете. – Это просто свет, он не греет, поэтому можно не бояться пожара. Рейнджеры используют их постоянно. Они лучше фонариков.

Арло попробовал повторить, но у него ничего не получилось. Со стороны это выглядело так, как если бы он пытался привлечь чьё-то внимание, но безуспешно.

– Представь, что воздух – это лист бумаги, – сказал Коннор, – и ты хочешь сложить его пополам. Свет скользнёт по линии сгиба.

– Главное – поймать нужный момент, – объяснил Ву.

Он тут же продемонстрировал, но свет едва покинул его пальцы и, вспыхнув, практически тут же погас.

Светощелчок Индры больше напоминал светлячка – тусклый огонёк, который быстро затух.

У близнецов Джули и Джонаса получалось немного лучше: их светощелчки держались около трёх секунд. Их старшая сестра тоже была рейнджером, и они научились у неё.

Но ни один не шёл в сравнение со светощелчком Коннора. Он мог запускать целых три подряд, и они отскакивали от земли, подобно плоским камням от поверхности воды.

Арло не оставлял попыток, но добился лишь онемения в пальцах.

– Со временем научишься, – пообещал Коннор. – На это уходит пара месяцев.

Глядя на вспыхивающие по всему лугу огоньки, Арло напомнил себе, что формально они были не магическими, но в это сложно было поверить.

– Почему никто об этом не знает? – спросил он. – Светощелчки и громохлопки – люди в Чикаго или Филадельфии с ума сошли бы от восторга. Почему их не снимают на камеру и не выкладывают в интернет?

– Такие вещи не зря называют Удивительным, – ответил Коннор. – Их нельзя сфотографировать или заснять. Можно только увидеть собственными глазами.

Ву насадил на палочку ещё одно маршмеллоу, собираясь поджарить на костре.

– Это как с полнолунием. Смотришь на Луну, и она кажется гигантской. Но если её сфотографировать, на снимке она будет обычного размера.

– Ничего подобного, – заспорила Индра. – Ты говоришь об иллюзии, а светощелчки и громохлопки настоящие. Их просто нельзя заснять.

– Как гигантскую Луну!

– У тебя будет Луна на снимке! Но она не будет выглядеть большой. А если ты попытаешься сфотографировать светощелчок или жука-фейри, то они не проявятся вообще.

– Но можно же о них рассказать, – не успокоился Арло. – Описать, как они выглядят.