Дети Лавкрафта

– Ле-е-н, – протянул Дэйл.

Лен кивнул, крутанул баранку, и машина вновь выскочила на трассу.

– Ты в порядке? – спросил Дэйл.

– В полном. Просто померещилось что-то.

– Что?

Лен покачал головой:

– Следи за заправками.

– Впереди как раз какая-то. Видишь?

Лен вгляделся и сразу за следующим съездом с шоссе различил знак заправки. Он съехал с автострады, повел машину по пустой подъездной дороге до самых колонок.

– Я заправлю, – сказал Дэйл. – Ты за ним следи.

– Лады.

– Тут еще одно.

– Что?

На лице Дэйла заиграло выражение какой-то стыдливости.

– Если честно, мне отлить надо.

– Этого еще не хватало. Потерпеть нельзя?

Дэйл приготовился выйти:

– Всего-то минута и понадобится.

Лен втянул в себя воздух, выдохнул, глянул назад на Астена.

– Лады. Ступай. Только, твою мать, попусту время не трать.

Дэйл улыбнулся:

– Спасибо. Я быстро вернусь.

Дэйл вышел из машины. Повозился в тумане с крышкой бензобака, открутил ее и сунул шланг на место. Когда насос погнал горючее, он направился к зданию заправки, почти мгновенно растворившись во мгле.

Астен вздохнул.

– Пойдем мы поохотимся, пойдем мы поохотимся. Хей-о! Держись! Пойдем мы поохотимся, – напевно протянул он.

– Молчи, – велел Лен.

– Насекомые – это испытание, опер. На случай, если вас это интересует.

Лен посмотрел на него:

– Что еще за испытание?

– Мне показалось, вы хотели, чтобы я молчал.

Лен выглядывал в тумане Дэйла. Не было видно ни черта.

– Астен, я устал от твоих игр. Есть тебе что сказать – скажи.

С минуту узник ничего не говорил. Потом:

– Насекомым ведомы тайны, но у них нет настоящего голоса. Я им его даю.

– Через людей, в чьи головы ты их засаживаешь?

– Через подходящих.

– Кто же эти подходящие, Астен?

Астен опустил голову. На долю секунды Лен опять увидел те же рты, но стряхнул этот образ, противясь видениям.


– Компаньон мой умирает. Он способен двигаться в телах насекомых, только ему требуется нечто большее. Я давно уже выискиваю сосуд. До сих пор ищу.

Лен посмотрел на Астена, пытаясь понять, не добивается ли тот чего-то вроде признания себя психом, чтоб избежать тюрьмы, сменив ее на психиатрическую больницу.

– Когда-то египтяне поклонялись мне, оперсотрудник Леонард. Они звали меня Пыльным Дьяволом и Черным Фараоном. Увы, мои последователи обратились против меня. Они разрушили мои храмы и статуи. Знаете ли вы, что это значит: быть богом, а потом – нет?

– Это не пройдет, – сказал Лен.

– Что не пройдет?

– Вот эта попытка защититься, кося под безумца. Она не пройдет.

– Неужели вы не верите в Бога, оперуполномоченный? Неужели не верите в мудрость насекомых? Во что-то более великое, чем вы сами?

– Я скажу тебе, во что я верю, – заговорил опер, но тут же осекся.

Кузнечик запрыгнул на ветровое стекло. Потом другой. И еще один. В несколько секунд они покрыли все стекло.

– Могу я задать вам простой честный вопрос, оперсотрудник Леонард?

Лен застучал по стеклу, рассчитывая спугнуть насекомых. Те не обращали на него никакого внимания.

– Что еще?

– Куда вы меня везете?

Снаружи раздался слабый щелчок. Перестал качать бензонасос. Куда, к черту, подевался Дэйл?

– Куда вы везете меня, Лен?

Лен крутанулся на сиденье.

– В учреждение временного содержания штата… – И в тот же момент понял, что не в силах вспомнить.

Он опять бахнул по ветровому стеклу, но кузнечики будто и не заметили этого.

– Неужели вам не показалось странным, что полицейское управление Сан-Франциско посылает двух оперативных сотрудников вывезти арестанта из города? У них же для этого имеются целые взводы полицейских и бронированные фургоны, ведь так?

А он прав, подумал Лен. Кто дал им с Дэйлом это задание? Имя трепыхалось на кончике языка.

– На чуму похоже, верно? – говорил Астен. – Вы – фараон, и Моисей бродит где-то в тумане, призывая на вас гнев божий.

– И кто ж тебя только сотворил?

– Отгадайте вторую половину моего имени, и я вам скажу.

Что-то стукнуло по боку машины. Обернувшись, Лен увидел Дэйла, несущего шланг обратно к колонке. Когда же он пошел обратно к машине, все кузнечики улетучились. Садясь в машину, Дэйл широко улыбался, говоря:

– Спасибо. Мне теперь куда лучше.

Лен указал на ветровое стекло:

– Тебя не смутило, что все эти козявки так вдруг разом и улетели?

– Какие козявки?

– На ветровом.

– Я ничего не видел. Но там снаружи довольно погано. Я пару минут машину отыскать не мог.

– Но ты ж должен был слышать их, – не унимался Лен.

Дэйл воздел руки вверх:

– Извини, старик. Я ничего не заметил.

Лен завел машину.

– Лады, проехали.

– Напомните ему, куда мы едем, оперсотрудник Леонард. На случай, если он позабыл.

Лен вывел машину с заправки обратно на автостраду.