День Святого Валентина

– Пожалуйста? – Протянул он. – Я же вижу, что вы очень устали и очень хотите выпить со мной кофе. Я угощаю.

– Хорошо. – Согласилась она.





21





– Так, говорите вам давно не везёт в любви? – Спросил парень, обнимая ладонями чашку с кофе и наклоняясь на стол.

Рита и сама не поняла, как он умудрился её так быстро разговорить. Парень был очень располагающим к себе.

– Да. – Кивнула она, разглядывая снежинки, оседающие на оконном стекле. – В универе я была влюблена в парня, и он был идеальным: умным, красивым, галантным. Я думала, что моя проблема в том, что я навсегда застряла в его сознании во френдзоне, и поэтому он не воспринимал меня как женщину. Но оказалось, что Роберт вообще не воспринимал женщин, как женщин. Он воспринимал как женщин – мужчин. В общем, он был геем. Да. А я всё никак не могла понять, почему мы спим с ним на турслёте под одним одеялом, он обнимает меня, но никак не инициирует более тесное общение?

– Зато есть что вспомнить. – Поддержал её незнакомец, стараясь не рассмеяться.

– Если рассматривать ситуацию с такой точки зрения, то да. – Хмыкнула Рита. – Но тогда я рыдала от обиды и досады. Никак не хотела верить в это, много разговаривала с ним, думала, как мне всё исправить. Успокоилась только, когда увидела его в объятиях другого парня, моего сокурсника Семёна – вот тогда моя любовь разом сошла на нет.

– Ну, это было в студенческие годы, а что же сейчас?

– А сейчас ничего серьёзного. Пара неудачных свиданий, одно из них с парнем из тиндера, а на другое мой кавалер вовсе не пришёл, и я вынуждена была в гордом одиночестве лопать мороженое и вафли. И был ещё один посетитель кофейни, по которому я сохла чуть ли не год, пока не узнала, что он женат. И был ещё красавчик, с которым у меня был классный секс однажды. Но, сам знаешь, для женщин секс – всегда часть отношений, а для мужчин – просто секс, так что он явно и не вспоминал обо мне.

– Не всегда это так. – Заметил незнакомец.

– Ах, да, был еще Миша! Торжественно бросил меня в прошлый Валентинов День! Наверное, поэтому я больше и не люблю этот праздник. – Усмехнулась Рита и вдруг заметила, что взгляд парня погас. – Что такое?

– Ничего… Просто мне сейчас стало очень стыдно. – Хрипло ответил он.

– Почему? – Теперь пришла её очередь наклоняться на стол.

– В прошлый день Всех Влюбленных я по собственной воле потерял самое ценное, что у меня было.

– Что случилось?

– Я бросил свою девушку.

– О, нет…

– О, да. – Молодой человек опустил взгляд в чашку кофе. – Стыдно говорить, но я сделал это в этой самой кофейне. – Он поднял глаза и посмотрел на Риту. – Преступник всегда возвращается на место преступления, да?

– Поэтому тебя сегодня и потянуло сюда. – Заключила Рита.

– Я тогда не планировал ничего такого, честно, просто было как-то тяжело. Мы нормально жили, но моей девушке вдруг взбрело в голову, что мы должны срочно пожениться. А я не могу, когда меня заставляют что-то делать, когда вынуждают, понимаешь? – Он взял ложечку и нервно постучал ею по столу. – Мне хотелось вырваться из-под этого давления, я думал, вдруг мне ещё рано, вдруг меня ждёт другая жизнь? И слова сами полились из меня рекой.

– Так что ты сказал ей?

– Не помню. – Незнакомец покачал головой. – Что-то про то, что нам нужно взять паузу, разойтись…

– А она?

– Она встала и ушла. – Он закрыл глаза и поморщился, словно от боли. – Молча, понимаешь? Я этого не ожидал. Сам не сразу понял, что наделал. Если бы она кричала, проклинала меня, мне было бы легче, а так я чувствовал себя последним подонком. Да, в общем-то, я им и был…

– И почему ты не пошёл за ней?

– Она у меня гордая. – Улыбнулся парень. – Ни разу потом трубку не сняла, и дверь мне не открыла.

– И ты жалел, что бросил её?

– Я тогда чувствовал себя загнанным в клетку, не хотел взрослеть, брать на себя ответственность, меня бесило, что за меня пытаются что-то решить. Я думал, отойду в сторону и пойму, надо мне это или нет. А оказалось, что в любви не отходят в сторону. Сделал шаг, и её уже нет. Ничего нет.

– Каждый может совершить ошибку.

– Но я оправдывал себя. – Покачал головой парень. – Оправдывал тем, что первая любовь – это просто первый опыт, что для неё требуется немного глупости и много любопытства, не более. А оказалось, что вычеркнуть Кристину из своей жизни, это как вычеркнуть часть себя. Я так и не смирился с тем, что больше никогда не увижу её.

– Почему никогда? – Выпрямилась Рита. – Найди её. Сходи и поговори, попроси прощения.

– Я просто её знаю. – Кривовато улыбнулся он. – Она не станет со мной разговаривать. Никогда. Я для неё умер.


– И что, не хочешь даже попытаться? – Не могла смириться девушка.

– Но ведь ты же не хочешь?

– Не хочу чего? У меня вообще другой случай. Я даже не знаю, где искать свою любовь. А ты еще можешь всё исправить.

– Каким образом? – Посетитель развел руками.

– Но ты ведь хочешь её вернуть?

– Да. – Кивнул он.

– И ты ничего не теряешь. Сколько у тебя денег?

– В смысле?

– В том смысле, что собери все свои деньги, купи самое красивое кольцо, самый красивый букет и беги к ней. – Девушка ударила ладонью по столу. – Скажи ей всё, что у тебя на душе! Скажи даже больше! Всё из себя вытащи и покажи ей. Пусть знает, что ты сожалеешь. Это твой единственный шанс, по-другому – никак.

– Ты думаешь… – Растерялся он.

– Я знаю. – Уверенно сказала Рита.

Молодой человек поднялся и направился к выходу.

– И чизкейк не забудь! – Крикнула она ему вдогонку.

– Спасибо! Спасибо тебе! – Воскликнул он, схватил коробку со стойки и пулей выскочил за дверь.

Девушка опустила взгляд и посмотрела в кружку. «День сегодня какой-то странный, но немножко волшебный». Кофейная гуща растеклась по дну чашки, образовав завитушки. «Сердечко. – улыбнулась Рита. – Надо же, хороший знак…»





22





Официальная часть концерта отгремела. Ничего особенного: пара праздничных номеров, торжественная речь «для галочки» и пожелания хорошего настроения от завуча. Все ждали другого – танцев. И едва завуч сошла с трибуны, как грохнула музыка, и погас свет.

– Ну, вот, мой звездный час, – потянула подружку за рукав Алина.

– Ты хочешь сама пригласить его на танец? – Печально спросила Наташа.

– А почему бы и нет? – Решительно вскинула подбородок девчонка.

Столь обожаемые Наташей веснушки сверкнули оттенками сиреневого в лучах светомузыки.

– Он, конечно, симпатичный. – Поддержала Наташа подругу. Она перехватила её взгляд, направленный на трибуны, где Коля сидел с друзьями, наблюдая за небольшим танцполом. – Только грубоватый и… – Девочка хотела сказать «глупый», но не хотела обидеть Алину.

– И дерзкий, я знаю. – Подмигнула та. – Мне нравятся такие парни!

– Угу. – Потупила взгляд Наташа.

Девочка чувствовала, что должна что-то сказать, но вдруг поняла, что это всё не правильно. Она долго анализировала, что происходит с ней. Не понимала, не желала этого принимать. Она очень-очень хотела, чтобы ей тоже, как и Алине, нравились мальчишки, но ничего не выходило.

Парни казались ей угловатыми, жесткими, некрасивыми, то ли дело её подруга – мягкая, женственная, нежная. На её лицо с пухлыми губами можно было любоваться вечно, а в рыжих, искристых волосах, остро пахнущих солнцем и спелыми персиками, хотелось зарыться лицом и вдыхать их аромат.

Наташа ненавидела себя, стыдилась и очень страдала. Ей бы очень хотелось поделиться с кем-то своими переживаниями, но рядом не нашлось ни одного подходящего человека. Родители точно оттолкнули бы её, узнав, девочки из волейбольной секции смеялись бы, а, услышь об этом вся школа, и вообще пришлось бы менять место жительства.

– Знаешь, Наташ, – Алина кокетливо намотала прядь на пальчик и бросила очередной взгляд на трибуну, – а ведь я после его признания почувствовала себя увереннее. Еще с утра думала, что я обыкновенная конопатая замухрыга, какой меня называют одноклассницы, а теперь – готова горы свернуть!

– Правда? – Девочка прикусила нижнюю губу.

– Да! – Горделиво повела плечом девчонка. – А сейчас со мной будет танцевать самый красивый мальчик школы!

Зазвучала медленная мелодия, и Алина уверенно направилась по ступеням вверх – приглашать Колю.

Наташа могла предотвратить беду, но испугалась. Она так и осталась стоять, не в силах окликнуть Алину, и глядела ей в спину. Девочка понимала, что то, что случится в следующий момент, непременно разобьет подруге сердце, но никак не могла себя пересилить. Сознаться во всём было равносильно тому, чтобы поставить себя против всей школы, даже против всего мира.

И даже, если бы Алина её не выдала, Наташа чувствовала, что подруга не примет её такой. Не поймёт. Будет смеяться. Или что еще хуже – просто отвернется.

И она промолчала.