Дело всей жизни

— А если вдруг снова что-то всплывёт эдакое… — Майков неопределённо повёл в воздухе рукой. — Сами знаете, чем обычно её безобидные вступления заканчиваются.

— Не думаю. — Всеволод Петрович тут же насторожился и покосился на кабинетную дверь, за которой в коридоре терпеливо дожидалась Ситникова. — Она утверждает, что дело выеденного яйца не стоит. И что это только на один день. Кстати, плавки-то успел купить?

— Успел, — расплылся в улыбке Майков, довольный тем, что тема отпуска всё ещё не снята с повестки дня.

— Вот и отлично. Они тебе сегодня как раз будут кстати…

Да, как и вышло из последнего замечания начальника, покупка плавок Майковым никакого отношения к его отпуску не имела. Он в самом деле должен был облачиться в них уже сегодня и провести весь день на городском пляже. И можно было бы, конечно можно, отнести подобное к неожиданным подаркам судьбы, если бы не семенящая рядом Клавдия Ивановна, инструктирующая его деловито и без устали:

— Валерочка, вы обязаны помнить, что познакомиться с ней вы должны будто бы случайно. Она такая девочка… Очень умненькая, славная, но чрезвычайно серьёзная. Если она заподозрит подвох, то всё пропало!

Будь он в тот момент пособраннее, повнимательнее, он бы и сам почувствовал этот самый подвох, на который неоднократно намекалось, и допросил бы старушку с пристрастием. Глядишь, и не пришлось бы ему весь день лежать пузом вверх на городском пляже.

Но слушать ему её совершенно не хотелось. Он слушал себя-второго, который уговаривал себя-первого не расстраиваться и искать во всём позитивные стороны.

Нужно провести весь день на пляже? Понаблюдать за отдыхающими в процессе купания и загорания? Да почему нет-то! Он и без заданий от руководства это делает регулярно, потому что привык всё замечать и откладывать в памяти, где бы он ни был: в магазине, в кинотеатре или в кафе.

Он будет загорать, купаться, а попутно выявлять телефонного воришку, промышляющего на пляже. Заметит он его или нет, вопрос другой. Поймает с поличным или нет, вопрос уже третий. Главное, что от него требовалось именно сегодня, — это наблюдать.

Ах да, чуть не забыл! Ему надлежало будто бы невзначай познакомиться с внучатой племянницей Клавдии Ивановны — Сашенькой, у которой как раз вчера телефончик-то с пляжа и умыкнули.

— Девочка сиротка, Валерочка, поймите меня правильно, — верещала Ситникова, не отставая от его широкого шага ни на сантиметр, при этом она прочно висела на его руке и без конца заглядывала в душу своими небесно-голубыми глазами, странным образом сохранившими необычайную прозрачность и чистоту. — Я — это все, кто у неё остался. Она совсем одна!

— Я понял, — мямлил Майков, стремительно двигаясь к своей машине.

— Девочка с отличием окончила университет, сейчас успешно учится в аспирантуре. Всё своим умом! Платить за нас никто не платит, а нам неоткуда взять! И вот в подарок ей я решила купить этот самый телефон, за её успехи, за её труд! Я так долго собирала ей на этот телефон денежки. Сами знаете размер наших пенсий… А его украли!!! Она очень, очень расстроилась!!!

— Я понял. — Майков остановился у водительской дверцы своего автомобиля и глянул выжидательно на Клавдию Ивановну. — А если за сегодня я его не поймаю, что тогда?

— Вы??? — она снова пощекотала самое его сердце своими невероятными голубыми глазами. И произнесла с уверенностью: — Вы поймаете!!! Я в этом уверена!!! И если не его, так кого-то ещё, Валерочка. Всё, вечером увидимся.

— Вечером? — ахнул он. — Увидимся? Но с какой стати, Клавдия Ивановна? Уговор у нас с вами лишь на день и…

— Но ведь вы проводите мою Сашеньку до дома, Валерочка? — изумлённо вскинулась Клавдия Ивановна. — Она такая наивная и беспомощная…

Наивную и беспомощную Сашеньку Валера Майков узнал по словесному портрету почти сразу. И без труда обнаружил её худенькую фигурку на пластиковом лежаке неподалёку от спасательной станции.

Всё было именно так, как рассказывала ему Клавдия Ивановна.

Девочка-сиротка лежала спиной к солнцу, грызла мелкие яблоки из сада двоюродной бабки и читала толстенный фолиант на английском языке. На окружающих она не обращала никакого внимания. Майков специально проверил, трижды обойдя её лежак с разных сторон. Потом установил свой, разбрыкивая песок ступнями так, что несколько песчинок опустились на голые ноги Сашеньки.

И снова никакого внимания.

Он улёгся, раздевшись до плавок и низко надвинув панаму, которую купил полчаса назад. Оглядел пляж.

Народу, вопреки его ожиданиям, было немного. То ли рабочий день стал помехой, то ли облачность, случившаяся неожиданно и без конца загораживающая солнце. С полсотни отдыхающих насчитал Майков, прежде чем приступил к осмотру объекта, расположившегося в полуметре от него. И среди этих отдыхающих он не нашёл ни одного, кто мог был попасть под подозрение как телефонный вор. В основной массе приличные семейные люди. Многие с детьми. Чуть дальше резвилась молодёжная компания, но никто из них даже не сделал ни одной попытки выйти за очерченный ими самими круг. Пили пиво, играли в волейбол. Ни метра в сторону с той площадки, где отдыхали.

Что касается объекта, Сашеньки то есть, то…

То она ему понравилась! Совершенно неожиданно и сильно понравилась!

Худенькое загорелое тело. Стройные ноги, с которых его так и подмывало стряхнуть тот песок, который он сам же и взбаламутил своими нарочито неосторожными передвижениями, когда устанавливал лежак. Очень симпатичная умненькая мордашка в обрамлении колец светлых волос, выбившихся из оранжевой резинки на макушке. Глаз видно не было за полуопущенными к фолианту на английском языке ресницами. Но почему-то Майкову казалось, что они непременно должны были быть такого же небесно-голубого цвета, что и у её двоюродной бабки.

Что касается наивности и доверчивости, о которых без конца твердила Клавдия Ивановна, то тут Валера мог бы поспорить. Скорее отстранённой казалась ему Сашенька, а не наивной. Ей не было никакого дела до всего остального мира, существующего вне толстой книги, страницы которой она перелистывала очень быстро. Ей не было никакого дела до молодого мужчины, расположившегося совсем рядом с ней, до него то есть. И это не могло не задеть.

— Не очень жарко, не правда ли? — спросил он совершенную глупость, но с чего-то надо было начинать.

Клавдия Ивановна настаивала на их знакомстве, но просила сделать это ненавязчиво. Уж как получилось, так и получилось. Да, как слон в посудной лавке, да! И её глаза, оказавшиеся неожиданно тёмными и чрезвычайно проницательными, намекали именно на это. Но он снова настырно повторил:

— Нежарко, говорю, так?

— Допустим, — кивнула она, захлопнула книгу, перевернулась на спину, открыв ему безукоризненный загорелый живот с родинкой возле пупка. — И что с того?

— Ничего… — пожал он плечами. — Просто…

— Просто так ничего не бывает, — резонно заметила она и вдруг спросила: — Вы ведь наверняка хотели познакомиться?

— С чего вы взяли? — стащил Майков с бровей панамку и сел на лежаке. — Просто лежу, смотрю вокруг, народу немного…

— И по этой самой причине, что народу немного и места полным-полно, вы прилепили свой лежак почти вплотную к моему, так? — ухмыльнулась она догадливо и тоже села, почти упираясь своими коленками в его лежак.

Майков не нашёлся, что сказать. Девица и впрямь оказалась чрезвычайно умненькой и сообразительной. Не проколоться бы!

— Хорошо, согласен, — улыбнулся он ей. — Вы мне понравились, и мне захотелось с вами познакомиться. Меня зовут Валера, а вас?


— Что-то подсказывает мне, что понравиться я вам успела задолго до того, как вы меня увидали, — отбрила она его, не откликнувшись на улыбку.

— Не понял! — протянул он, насторожившись.

— То есть я думаю, что вы пришли на пляж с лежаком с вполне определённой целью.

— С какой же?! — разыграл он недоумение, краем глаза заметив, как от компании молодых людей отделилась девичья фигурка и пошла бродить по пляжу.

— Расположиться здесь непременно рядом со мной.

— Но больше не с кем! — обескураженно развёл он руками.

Между тем девица из компании подвыпившей молодёжи, уставшей играть в волейбол, дошла до места отдыха молодой семейной пары, за минуту до этого уплывшей с сыном на катамаране. Присела сначала в полуметре от их вещей. Потом будто оступилась, припала локтем на песок. Резким движением нырнула другой рукой куда-то в груду разбросанной одежды. Через мгновение выпрямилась и пошла таким же расслабленным шагом обратно.

— Может быть, — вроде как разочарованно пробормотала Сашенька, проследив за его взглядом. — И шли бы туда, раз так.

— Минутку… — пробормотал Майков еле слышно.

Вскочив со своего лежака, он в десять с половиной прыжков догнал блуждающую по берегу девицу, не забыв перед этим сделать знак спасателям следовать за ним. Догнав, резким движением захватил в свой кулак её ладонь, в которой предположительно она сжимала что-то вытащенное из вещей молодой супружеской пары. Второй рукой крепко ухватил её за плечо, пытаясь удержать.

— Ребята, будете понятыми, только что на ваших глазах произошло хищение мобильного телефона, срочно вызывайте милицию, — скороговоркой отрапортовал Майков, крепко сжимая вырывающуюся девицу. — Итак, девушка, начнём…

Всё про всё заняло чуть больше часа. Милиция приехала очень быстро, будто всё это время караулила на машине за торговой палаткой и только и делала, что ждала звонка либо от потерпевших, либо от Валеры. Потом и потерпевшие явились, опознали свой телефон, рассыпались в благодарностях.

Молодой супруг тут же начал рыться в своих брюках, пытаясь разыскать визитку.

— Я наверняка могу быть вам полезен, Валерий, — убеждал он его без конца и всё удерживал за локоток. — У меня достаточно серьёзный бизнес и всё, что хотите…

Всё, что хотел теперь Майков, так это вернуться к своему лежаку, по соседству с которым загорала умненькая аспирантка Сашенька. Они закончили разговорную дуэль на самом интригующем месте. Хотелось бы продолжить. Да и судьбу её пропавшего телефона не мешало бы прояснить.

— Мой телефон? — она приподняла бровки, поморгала, а потом вдруг рассмеялась — впервые с момента их знакомства — и погрозила ему пальцем. — Ах, вы заговорщики!!!

— Не понял, — признался он. — С кем я вступил в сговор, по-вашему?

— С бабой Клавой, с кем же ещё! — продолжала веселиться Сашенька. — Ой, ну бабуля!..

— А что бабуля?

Он уже начал нервничать, оттого, что не понимал ни черта.

Хотелось побыстрее убраться с этого пляжа, где уже почти никого не осталось. И по причине того, что погода окончательно испортилась, намечая сбрызнуть всё дождём. И по причине того, что хотелось проводить Сашеньку до какого-нибудь уютного местечка под ярким пологом и выпить там кофе и скушать венский десерт. И поболтать о чём-нибудь интересном, уж конечно не о её бабуле, чёрт побери!

— Бабуля у меня — это нечто, — проговорила Сашенька и, встав, начала сворачиваться.

— Что да, то да!

— Вы с ней хорошо знакомы? — покосилась она на него с улыбкой, стряхнула песок с полотенца, скатала его валиком, сунула в пляжную сумку.

— Да уж! Лучше некуда! Она у нас вроде внештатного сотрудника.

Валера надел штаны, рубашку, в досаде скомкал панаму.

Ему не хотелось начинать знакомство с Сашенькой именно с темы её бабушки. При чём тут она?! Она ни при чём, и просьба её ни при чём, он сам по себе… будто. Тем более что с телефоном с её пропавшим ничего до сих пор не прояснилось.

— У вас? — Сашенька округлила тёмные глаза. — У кого это у вас?! Вы?.. Вы из милиции?! Господи, как же я это сразу-то не догадалась! Ну конечно! Та девушка, что украла телефон, вы так быстро всё… Да, да, да!

— Что да, да? — передразнил её Майков, ещё сильнее разозлившись.

Вот и опять у него ничего не вышло со знакомством. А девочка-то хорошая. Понравилась ему. И всё так хорошо поначалу складывалось А потом разговор пошёл не в той плоскости, сделавшись неправильным и неинтересным. Да и сам он ей неинтересен теперь.

Он же из милиции! А кто их любит-то — милиционеров?

Это серьёзный бизнесмен только сейчас, лишившись мобильника и тут же посредством оперативности одного из сотрудников милиции вернув его себе, рассыпался в благодарностях. А где гарантия, что через пару лет, попавшись на крупной взятке, он не станет этого же самого сотрудника проклинать?

Нет никаких гарантий, никаких.

— Я всё поняла! — вдруг снова рассмеялась Сашенька, встала перед ним, протянула ему свою пляжную сумку. — Вы меня проводите.

Не спросила, утвердительно сказала.

— Провожу, конечно, — кивнул он, ему ведь этого только и хотелось. — Так что вы там такого поняли, что мне невдомёк, а?

— Потом расскажу, — пообещала она. — Как до дома дойдём.