Чейзер. Крутой вираж

* * *


Небольшой пакетик из дорогой и плотной бумаги она нашла привязанным лентой к дверной ручке. Подарок? От кого? И не побоялись ведь оставить…

Вошла в темную квартиру, щелкнула по выключателю, заперла за спиной дверь и только после этого заглянула внутрь посылки – может, снова знак внимания от соседа Джереми?

Иллюзии рассеялись, стоило достать из пакета бархатную коробочку, обнаружить на ней логотип одной из самых дорогих ювелирных компаний, а после наткнуться взглядом на прекрасную брошь.

Мак.

Такие подарки делать больше некому. Извиняется?

Лайза сняла обувь, прошла в комнату и поставила коробочку на стол – не до этого сейчас. У нее времени осталось всего сорок минут, а ей еще нужно вспомнить результаты всех гонок и не ошибиться. Где блокнот? Куда она положила блокнот?

Через пять минут затрезвонил сотовый, и Лайза подскочила на месте. Она не успела?! Но звонил не информатор, звонил Чейзер. Чтобы не отвлекал трелями и не мешал думать, звонок пришлось сбросить, потому как на виброрежим телефон не поставишь – пропустишь следующий звонок, – а Аллертон намек поймет и, как она надеялась, перезванивать сегодня больше не будет.

И она принялась писать.





* * *


Аллертон намек понял.

Сидя в кабинете, он долго смотрел на зажатый в руке телефон, поджимал губы и хмурился.

Не хочет говорить? Не хочет до такой степени, что пошла на грубость и сбросила вызов? Хм-м-м. Мда, дела плохи.

Поехать к ней сейчас? Уговорить?

За окном почти ночь, а Лайза явно не в духе. Пришлось сдаться, пришлось вновь отсрочить их встречу и общение.

Ничего, он повторит попытку завтра, тем более что телефон она включила, и теперь он способен видеть координаты ее перемещений по ее же сотовому.

На экране монитора поверх других висело окно с картой города: красная точка мигала на доме, расположенном по Оушен-Драйв.





* * *


Глаза ей завязали плотно – не то платком, не то широкой тесьмой.

Лайза нервничала. Она сделала всё как договаривались: дождалась первого звонка, затем звонка в дверь, замки отпирала, стоя к двери лицом, саму дверь отворяла, стоя к ней задом – крайне неудобно, к слову. И все это время боялась, что пришел не посыльный информатора, а Мак – в глазок ведь не посмотришь, запретили.

Но как только на глаза легла повязка, успокоилась – значит, все по плану и правильно.

Нервничать, однако, продолжала все равно. Сейчас она встретится с информатором – пусть не лицом к лицу, но близко, – и от этой встречи будет зависеть все ее будущее.

Пока ехала в лифте, скрестила на удачу пальцы.

Гулкое эхо шагов в холле, осторожные касания поводыря за локоть, влажный запах вечерней улицы, затем кожаного салона – чистого, как в день покупки, без примеси ароматизатора, – хлопок дверцы справа. Проводник в машину не сел.

– Добрый вечер, – раздался с водительского места голос – тот же самый, что звучал по телефону: спокойный, довольно низкий, скорее приятный, чем нет.

– Добрый.

Она чувствовала себя крайне странно, сидя в чужом автомобиле с завязанными глазами: а если увезут? Если похитят и убьют?

Глупые мысли.

Риск есть всегда, и сегодня ей придется рискнуть.

– Боитесь?

– Немного.

– Не стоит. Мы не планируем похищать вас.


– Это радует.

И почему собеседник всегда употреблял частицу «мы», даже если говорил, казалось бы, только за себя и находился один? Потому что они – каста? Потому что они, как и говорила Бернарда, «нелюди»? Может, они стайные существа, и рядом с ней сейчас сидит не человек, а какой-нибудь зловещий монстр с глазами на ладонях и отсутствующим на лице носом?

Вот померещится же ужас!

Хотя… жаль, что на ее собственных ладонях сейчас нет глаз – она бы втихаря рассмотрела водителя. Монстр или нет, а пах он тонко и приятно – сладковатый аромат его парфюма она уловила только сейчас.

– Вы принесли то, что я просил?

«О, теперь сказал „я“»; она думает не о деле, одернула себя Лайза.

– Да.

Достала из кармана сложенный вдвое лист бумаги, хотела было протянуть влево, но вовремя опомнилась – а что, если коснется его ненароком? Пощупает? Вдруг нащупает чего-нибудь такое, за что сделку потом аннулируют, а ее саму убьют?

Тьфу, все-таки она бояка.

Листок из ее застывших пальцев аккуратно вытянули. Развернули.

– Здесь всё точно?

– Точно. Результаты «Ралли» сверху, ниже имена команд футбольной лиги – все как вы просили.

– Хорошо.

Зашуршала плотная ткань – пиджака? – водитель что-то достал из кармана, и ее руки коснулся невидимый острый край.

– Возьмите.

Лайза аккуратно перевернула лежащую на колене ладонь и сомкнула пальцы вокруг другой бумаги – другой, потому что плотнее, не лист из блокнота.

– Здесь координаты расположения Портала. Забьете их в навигатор и окажетесь у развилки со знаком «Криттон – 1 км». Оттуда уходят две дороги: одна – на сам Криттон, вторая безымянная и для машины узкая – дальше пешком. Придется подняться на гору – предупреждаю, там довольно крутой склон, одевайте правильную обувь, – и наверху горы найдете будку. Портал стоит в лесу, над его дверью прикреплен фонарь, не ошибетесь. Если вдруг заблудитесь, идите в ту сторону, где в деревьях виден просвет, – там и будет располагаться ваша поляна. Все ясно?

– Да, ясно.

Ясно-то ясно, вот только деталей много, не забыть бы чего, но информатор будто заранее учел возможные опасения и пояснил:

– Я подробно записал все это на листе. Не забудете.

– Хорошо, спасибо.

Итак, координаты у нее. Все это время Лайза столь плотно концентрировала умственные усилия на выполняемых задачах, то есть на вспоминании результатов матчей, что даже забывала волноваться. И вот теперь она наверстала упущенное: дрожали руки, колотилось сердце, ватными вдруг сделались ноги – и не нужно стоять, чтобы чувствовать.

Координаты у нее – У НЕЕ! Значит, путь назад уже почти открылся, значит, осталось совсем немного – главное, не намудрить внутри будки.

– А вы умеете программировать Портал?

– Нет, – отозвалась Лайза хрипло.

Он слышал ее мысли, читал их? Или же снова всё предположил наперед?

– А вам нужна эта информация?

Если раньше ее сердце колотилось гулко, то теперь оно и вовсе сошло с ума – стучало так, что казалось, другие слышат его; ей стало жарко, стало нечем дышать.

– Нужна. Только у меня не хватит денег…

– А мы с вами не деньгами и рассчитываемся. Я просто подумал, что если вы прожили в будущем год, то можете помнить что-то еще, какие-нибудь маленькие, но крайне полезные для нас детали. Вы запишите их – всё, что вспомните о будущем, всё, что сочтете важным, – а завтра мы снова встретимся, и тогда увидим, стоит ли ваша информация нашей. По рукам?

По рукам?! Да конечно, по рукам! Она вспомнит всё, всё, что… вспомнит. Очень постарается!

– Конечно.

Невероятно: он только что дал ей шанс, практически уберег от потенциальной ошибки, потому что если бы Лайза полезла программировать будку интуитивно, то с огромной вероятностью попала бы не туда. А теперь она точно попадет туда – ее научат! Ее призрачный и почти невидимый ранее шанс вдруг превратился в шанс увесистый, раскормленный и крайне осязаемый.

Ей не верилось, ей до сих пор не верилось! Чудо. Она бы расцеловала водителя за предусмотрительность, если бы могла.

– Я вспомню все, что смогу, обещаю.

– Я уверен в этом.

Все, пора прощаться, пора выходить? Она уже потянулась к дверной ручке, когда информатор вдруг заговорил вновь: