Час расплаты

– Oui, – сказал он, отрываясь от бумаг.

Вошли Хуэйфэнь, Жак, Натаниэль и Амелия. Гамаш снял очки для чтения и показал на места для посетителей.

– Мы разгадали тайну, – сказал Жак.

– Ну, ты-то не очень заморачивался, – заметила Амелия.

– Я был занят.

– Ага. Как старший кадет. Я слышала.

– Я проделал бóльшую часть работы, – сказал Натаниэль.

– Как ты можешь… – начала Хуэйфэнь, но тут коммандер поднял руку, и воцарилось молчание.

Он обратился к Жаку:

– И?..

– Такого места не существует. – Жак пренебрежительно махнул рукой, указывая на картинку. – Это не может быть вашим домом, если только вы не живете в пещере или в дупле. Там нет никаких деревень. Ничего. Лишь лес и горы. Мы проверяли по «Гугл-картам» и навигатору.

– Я даже нашел старые карты Восточных кантонов, – сказал Натаниэль. – Здесь вот Уильямсбург, здесь Сен-Реми. Кауансвилл. Но никакой деревни, вокруг которой нарисована эта карта.

– Три Сосны, – уточнил Гамаш.

– Вы солгали, – заявил Жак.

– Осторожнее со словами, кадет, – сдержанно произнес Гамаш.

– Но тайну мы раскрыли, да? – спросила Хуэйфэнь. – Карта вымышленного места. Зачем кому-то рисовать такую карту? Вы ведь хотели, чтобы мы выяснили именно это?

Гамаш встал и, подойдя к двери, показал им на выход.

Они остановились в коридоре, глядя на закрывшуюся за ними дверь.

– Где-то мы промахнулись, – сказала Амелия, позвякивая своим штифтиком.

– То, что ты назвал его лжецом, не пошло на пользу, – заметила Хуэйфэнь. – Зачем ты так? Он же коммандер.

– Только по названию, – буркнул Жак.

– Разве этого недостаточно?

– Тебе не понять.

– Возвращаясь к карте, – сказала Амелия. – Мы были правы, да? Такого места не существует.

– И все же коммандер сказал, что он там живет, – сказала Хуэйфэнь.

– Он морочит нам голову, – пробурчал Жак. – Герцог об этом предупреждал.

– Я знаю лишь один способ выяснить, – сказала Хуэйфэнь.



Арман посмотрел в зеркало заднего вида. Они не отставали.

Вечер только начинался, но темнота уже опустилась на землю. Он обнаружил их, как только выехал с парковки академии и направился домой.

Поначалу он думал, что там всего одна машина, но спустя несколько километров заметил вторую, которая шла, чуть поотстав.

Он одобрительно кивнул. Значит, кто-то в классе слушал его внимательно.

Начался март, и зима все еще держала Квебек в холодных объятиях. Лучи фар выхватывали из темноты рваные края сугробов по обеим сторонам второстепенной дороги. Вечер стоял ясный, морозный, две машины по-прежнему следовали за ним.

А потом он потерял их. Точнее, они его потеряли.

Гамаш со вздохом заехал на парковку возле «Тима Хортонса»[32] на окраине Кауансвилла. Он остановился под фонарем и стал ждать. Первая машина сделала один круг, второй, на третьем они заметили его, развернулись и остановились на почтительном расстоянии.

Вторая машина сумела проследовать за ним и съехала с дороги в ста ярдах от него, за пончиковой.

Гамаш предположил, что это Хуэйфэнь. Может быть, с Жаком. Но он не мог понять, почему они не позвали кадетов из первой машины, когда остановились.


Пожалуй, им нужно преподать еще один урок работы в команде.

Как только Гамаш выехал с парковки, первая машина тут же тронулась за ним: ее пассажиры больше не собирались терять его из виду. Вторая поехала следом.

Да. В действиях второй машины чувствовалось больше умения. Уверенности.

Гамаш решил ехать домой наиболее живописным маршрутом.



– Куда он едет? – спросила Хуэйфэнь.

– Не знаю, – ответил Жак, уставший и проголодавшийся. – Это бессмысленно.

– Может, он заблудился, – сказала Амелия.

– Может, ему никак не найти дверь возвращения в параллельную вселенную, – сказал Натаниэль.

Никто толком не понимал, когда он шутит, а когда говорит серьезно.

– Кто-нибудь запоминал, как мы ехали? – спросила Амелия. – Я уже заблудилась.

– Запоминать поручили тебе, – сказала Хуэйфэнь.

– Мне? Я сижу на заднем сиденье. Я вообще ничего не вижу.

– Ну а я за рулем.

Они поспорили еще немного, пока на дороге не стемнело. Стало совсем темно. Никаких уличных фонарей. Никаких габаритных огней. Ни одной машины.

– Tabernac[33], – выругался Жак. – Ну и куда он делся?



Гамаш покачал головой.

– Я буду немного позже, чем рассчитывал, – сообщил он через блютуз.

– Опять потерял их? – спросила Рейн-Мари. – Что ж, я накрою стол еще на четверых. Они проголодаются, пока снова найдут тебя.

– Merci.

Гамаш отправился на поиски кадетов и наконец нашел их возле бензозаправки. Он подъехал туда и решил заправиться, хотя бензина у него хватало. Просто хотел увидеть их реакцию. А также объяснить свое присутствие здесь.



– Черт, вот он, – сказала Амелия, сползая на пол с заднего сиденья. – Все вниз.

Они настолько заигрались, что почти убедили себя, что их жизнь и жизнь других людей зависят от того, насколько успешной будет их погоня за этим человеком.

Они опустились вниз. Так низко, что не заметили, как коммандер выехал с заправки.



Гамаш вздохнул и притормозил на выезде с заправки, не выключая мигалку. Он разве что не гудел, чтобы привлечь их внимание.

«Первым делом утром, – подумал он, – встречусь с преподавателем Маккиннон и попрошу, чтобы она освежила в памяти кадетов основы слежки за подозреваемым».

Устав от игры и проголодавшись, коммандер Гамаш поехал прямо домой. Преследователи пристроились за ним.



– Не потеряй его, – велел Жак.

– Постараюсь, – откликнулась Хуэйфэнь.

Она умирала с голоду, а им еще предстояло сообразить, как вернуться в академию. Они наверняка пропустят ужин, и им придется либо взламывать кухню, либо довольствоваться крекерами, припрятанными в комнатах.

Двигавшаяся впереди машина коммандера вдруг исчезла из виду, словно свалилась в пропасть.

– Что случилось, черт возьми? – спросил Жак.

Хуэйфэнь сбросила газ, проехала некоторое расстояние и остановилась.

– Черт побери, – прошептала она.