Час льва

— Эм. Это я, Ви. Сержант Морган.

Она почти могла видеть, как внимание мужчины переключилось с бумажной работы на то, чтобы сосредоточиться на ней. Словно лазерный луч.

— Сержант. Я ожидал тебя лично.

— Ну, да. Я знаю. — Она поморщилась, ощущая, как маленькие кусочки ее тела — ее души — словно отрезают. — Кое-что случилось, и я… не вернусь. Я подаю в отставку.

Тишина.

— Эм. С сегодняшнего дня, сэр.

Теперь он прищурился бы, как будто пытаясь увидеть через всю страну.

— Ты всё еще в штате Вашингтон?

Она не ожидала этого вопроса.

— Да, сэр. Сэр, я отправляю вам официальную бумагу…

— Почему ты увольняешься?

Перешел сразу к сути дела, не так ли? Иногда Виктория задумывалась, а не родственники ли они с Калумом. Но она уже придумала ответ на этот вопрос — честный, как ни странно.

— Я влюбилась в мужчину. — Мужчин. — Это серьезно, и я не хочу оставлять его. — Их. И было бы очень неловко превращаться в пушистика во время перестрелки. — Во всяком случае, сэр, я останусь здесь.

— В Колд Крик?

— Эм, да. Как вы узнали?

— Я тайный агент, Морган. Это то, что мы делаем.

Она фыркнула. Ожидаемо.

— У меня есть копия твоего медицинского осмотра, отправленная из Колд Крик, — объяснил он.

Виктория закрыла глаза и ударилась головой о спинку стула. Идиотка. Свэйн, вероятно, выследил ее именно таким образом. Черт возьми, она сама вывела его на себя.

— Поняла.

— Поэтому ты хотела, чтобы я расследовал…

— С этим уже разобрались, — быстро прервала она. Боже, Калум и Алек озверели бы, узнай они, что большая шишка в ЦРУ расследует дело Свэйна. — Об этом позаботились местные правоохранительные органы.

— Тогда я не буду тратить свое время.

Ее вздох облегчения был очень тихим.

— Нет необходимости, сэр.

Она слышала, как пальцы мужчины стучат по его столу. Наконец он сказал: — Хорошо, сержант. Я вряд ли смогу удержать тебя на службе против воли. Начну оформление документов. И желаю тебе всего наилучшего.

— Вам тоже, сэр, — прошептала она в трубку.

Сделано. Виктория выдохнула, ощущая боль, как будто она вырезала свое сердце. Закончит ли она так же, как люди, перенесшие ампутацию, которых она знала, — вечно оплакивающие потерю?

Но теперь она могла двигаться дальше. И ей не придется рассказывать парням, чем она зарабатывала на жизнь. Вик вздрогнула, вспомнив холодный взгляд Алека и рычание Калума. Ну, если бы она знала их пару десятилетий, то могла бы случайно упомянуть, что служила в армии. Но когда-нибудь признаться в том, что была агентом ЦРУ этой кучке чрезмерно параноидальных котят с когтями? Никогда, даже через миллион лет.



***



Видаль прочитал информацию о новом лекарстве, которое прописал доктор. Это может остановить симптомы болезни Паркинсона… на некоторое время. Позже всё может ухудшиться.

По крайней мере, это давало ему некоторое время. Мужчина услышал стук в дверь своего кабинета.

— Войдите.

Свэйн. Наконец. Бледный. Лицо напряжено от боли. Двигается осторожно. Длинные красные следы на его щеке и шее были склеены уродливой складкой плоти.

— Ты выглядишь ужасно.


Свэйн поморщился, во взгляде холод.

— Я ем достаточно антибиотиков, чтобы завалить корову, после того, как провел под капельницей больше недели. Гребаные укусы и когти пумы также вредны, как укусы людей. Наверное, поэтому мы потеряли всех этих бездомных.

Видаль кивнул. Стоит запомнить, что нужно начать принимать антибиотики до начала трансформации.

— Ты придумал план? Тот, который сработает на этот раз?

— Черт, откуда я мог знать, что ребенок превратится в кошку? — Свэйн провел рукой по голове, и царапающий звук показал, что он давно не брил ее. — Мы получили информацию о нескольких оборотнях в городе, старая тетка не знала их всех, но только у владельца таверны есть ребенок.

Почему-то это казалось странным. Видал с подозрением посмотрел на бывшего наемника.

— Мы можем попытаться снова схватить эту суку Морган, если вы считаете, что она того стоит, — сказал Свэйн. — Но мы не знаем, была ли она превращена в оборотня или как много она знает.

— Думаю, ты прав.

— В общем, наш лучший выбор — это ребенок. — Глаза Свэйна лихорадочно заблестели, отчего по спине Видаля пробежал холодок. — Чего бы это ни стоило, я собираюсь заполучить сучку.

И в этом проблема. Свэйн хочет девочку… и становится всё более ненадежным. Но привлечение новой помощи увеличивает риск. Видаль задумался. Очевидно, ему нужно было внимательнее следить за происходящим.

— Они видели твое лицо.

Свэйн нахмурился.

— Это настоящая глухомань. На улице всего несколько человек, и все они знают друг друга.

Видаль медленно улыбнулся, глядя на картину на стене. У его дяди были связи в киноиндустрии в Лос-Анджелесе. Он мог организовать съемку документального фильма или чего-нибудь еще, главное, чтобы были камеры и люди.

— Я могу собрать кучу людей на улицах. И выманить ребенка. Ни одно отродье в захолустье не захочет остаться в стороне от съемок фильма.





Глава 22




Прошло почти две недели с тех пор, как Виктория приступила к работе в полицейском участке. Сейчас девушка совершала обход своей территории, кивая прохожим, прогуливающимся по тротуару. Она заглянула в книжный магазин. Было приятно видеть Торсона за кассой, как будто в мире всё снова встало на свои места. Крепкий старик.

Вик отвернулась, когда ее глаза начало жечь от слез, и нахмурилась, увидев двух мужчин, стоящих посреди улицы и указывающих на горы.

Чертовы киношники.

Похоже, городской совет дал согласие на съемки какого-то дурацкого фильма на следующей неделе, и съемочная группа уже начала наведываться в Колд Крик, чтобы отметить на карте, где какую сцену снимать. Горожане были в восторге, что будут задействованы в массовке. Вик покачала головой. Обилие незнакомцев вокруг делало из нее параноика.

И не без причины. Свэйн и его команда не собирались сдаваться. Оставалось надеяться, что оборотни найдут их первыми. Они проследили цепочку от мертвых парней до Свэйна, а затем и до мафиози по имени Тони Видаль. Длинный список подозрений в совершении преступлений, и всего пара судимостей. Вик видела его фото: Видаль оказался тем самым «Костюмом».

Оборотень-коп из Сиэтла послал людей следить за домом и офисом Видаля, но ублюдок исчез. Нехорошо. Тревога вонзилась в ребра Вик, как тонкий нож. Уэллс точно раздобыл бы информацию быстрее, но, если ЦРУ узнает про оборотней… Мысль о Джейми на операционном столе в какой-нибудь лаборатории сводила девушку с ума.

К полудню, наконец, выглянуло солнце, согревая воздух до комфортной температуры. В центре города с деревьев свешивались хэллоуинские летучие мыши и призраки, танцуя на ветру. Возле продуктового магазинчика Бэти деревянного индейца заменил скелет, а витрина «Книг» Торсона была затянута паутиной.

В Колд Крик к Хэллоуину относились серьезно.

Ее мужчины не исключение. Алек обычно удивлял Викторию цветами, но этим утром она проснулась и оказалась лицом к лицу с пялящимся на нее шоколадным черепом размером с ладонь. Она улыбнулась. Вот дурак.

Они оба словно сошли с ума, буквально душили своим вниманием.

Калум каждое утро варил ей кофе, хотя ненавидел его и пил только чай. Алек подарил ей новый нож… настолько хорошего качества, что она порезала палец, проверяя лезвие на остроту. Смеясь, он перевязал и поцеловал ранку, а затем отыскал каждый синяк и каждую царапину, чтобы поцеловать и их тоже.

После того, как Калум узнал, что она любит M&M’s, однажды вечером он принес пачку и отсыпал половину Алеку. За желтые Вик должна была поцелуй, за красные — предложить грудь, за коричневые и зеленые… на выбор мужчин. Соски девушки напрягались, когда она вспоминала все позы и вещи, которые они заставляли ее делать.

Изобретательные ублюдки.

Вчера Калум зашел в ее спальню, когда она одевалась. Мужчина натянул на нее красный невероятно мягкий кашемировый свитер, поглаживая руками грудь девушки, сказал, что ее кожа мягче, чем кашемир, и каким-то образом она снова оказалась в постели.

Боже, она до сих пор не понимала, каков ее статус, и что будет дальше. Они нравились ей, о да, нравились, но между ними не было высоких заверений в любви. Ни один из них не упоминал о будущем.

В животе появилось ощущение, будто Виктория проглотила камень. Да, они уделяли ей внимание, но возможно только потому, что она сейчас застряла в их доме? Калум был так заботлив, что, наверное, предложил бы комнату любому нуждающемуся, как это было с Торсоном.

Хуже всего, что они были старомодны по отношению к женщинам и, возможно, обращались бы с любой… партнершей по сексу… так же, как с ней.

У Вик сбилось дыхание, когда она осознала, что, учитывая их старомодность, если бы они были настроены серьезно… они бы уже сказали об этом. Сделали предложение или что-нибудь такое. Но они его не сделали. Вик потерла руки, почувствовав озноб.