Брат моей подруги

— Давай, не ломайся. Поздно. Ты уже сказала да.

Никогда в жизни я не могла бы подумать, что буду облачаться в свое свадебное платье после того как меня всю ночь драл во всех позах мужчина, кторого я люблю с двенадцати лет и силй вырвал мое согласие на брак.

Он сам затянул на мне корсет, расправил оборки, расчесал волосы и накрасил ресницы.

Я была заторможена и чувствовала себя страшно усталой. Мои нервы просто не выдержали перепадов таких чувств и отключились.

Артем сам оделся в темный свитер и прямые брюки. Не смокинг, но мы и не сейчас же будем жениться?

Слезы все еще катились по моим щекам. Артем жестко взял меня за подбородок пальцами и повернул к себе. Глаза его сверкали яростью и… чем-то еще.

— А теперь послушай меня, моя любимая шлюшка. Я никогда не прощу тебе того, что твоя девственность досталась не мне. Я буду вспоминать это тебе каждый раз, когда ты сделаешь что-то не так. Я буду орать на тебя и ненавидеть, когда мы поссоримся. Я буду заламывать тебе руки за спину и трахать так, чтобы ты выла и все еще буду думать, что не вытрахал из тебя тех, кто опередил меня…

— Он был один… — наконец пролепетала я.

— Тем лучше, — спокойно сказал Артем, но челюсть его сжалась. — Одного будет проще убить.

— Что?! — ахнула я. Было непонятно, шутит он или все еще по-настоящему сумасшедший.

— Так вот. Но я никогда не забуду, что вся эта ебучая ваниль, о которой я тебе сейчас пел, ждала бы нас в дешевой однушке на окраине. Что мы жрали бы серые макароны, а ты подрабатывала после учебы курьером. Что наши дети играли бы в то, что досталось от родственников и никогда не увидели бы океана. Если бы я не разозлился на то, какая ты продажная шлюха, не взял бы себя в руки и не пошел зарабатывать как мужик, нас бы сейчас не ждал наш собственный дом.

Артем положил широкие ладони мне на талию, сжал ее так, что мне стало больно и поймал мой вскрик губами.


— Я люблю тебя, Юль. Я ненавижу тебя. Я благодарен тебе. Я буду наказывать тебя до конца своих дней. Но ты проведешь все это время только со мной. Тебе понятно?

Я кивнула. Слезы лились из моих глаз, и я уже не понимала, это слезы радости ли, страха, благодарности или горя. Все чувства смешались в моем сердце.

Хорошо, что он больше ни о чем меня не спрашивал. Я не смогла бы ответить. Пусть он накажет меня. Только пусть будет рядом и любит так, как умеет только он — неистово, безумно, яростно.

Артем достал из джинсов ключ и отпер дверь. В гостиной слышались голоса его родителей, которым он вел меня представлять как свою невесту.

Он протянул руку и сказал:

— Идем.

Так началась моя новая жизнь.

Страшная.

Волшебная.

Сладкая.

Дикая.

С ним.