Богиня хаоса

– Спасибо.

Он покачал головой, а потом посмотрел в небо, словно надеялся что-то там увидеть.

– Ванджерий не даст тебе кровь. Он не согласится.

– Я не собираюсь просить. У меня есть для него отличная мотивация.

– Что ты помнишь? – вдруг спросил он, и у меня перехватило дыхание.

Я не ожидала, что он задаст этот вопрос, хотя однажды его уже задавал Кейман. Воздуха в легких вдруг стало резко не хватать, и произнести хоть слово так и не получилось. По-своему истолковав мое молчание, Бастиан махнул рукой.

– Неважно. Забудь.

Я расскажу. Позже. Потому что если я ошиблась и с Ванджерием ничего не получится, рассказать Бастиану о том, что я – все еще я, а затем снова заплатить жизнью за собственную глупость было бы слишком жестоко.

Он не будет оплакивать Таару, а с Деллин уже попрощался. У меня есть немного времени, чтобы поиграть.

Сначала я думала дойти до Спаркхарда пешком, чтобы не промерзнуть на высоте, но быстро поняла, что времени на неспешные прогулки нет. Растерла несколько крупиц огня, от которых было не так уж и много толку, расправила крылья – и понеслась прямо в логово монстра.

Хотя дом, который облюбовал Ванджерий, совсем не напоминал мрачную и смертельно опасную обитель. Как и все особняки богатого района Спаркхарда, он был чем-то средним между сказочным домиком с Косого переулка в Лондоне и роскошной резиденцией какого-нибудь богача, ценителя винтажного стиля.

Окна были темны, только в эркере виднелось слабое мерцание, скорее всего от свечей. Со ступенек заботливо и регулярно счищали снег, а ручка двери, когда я взялась за нее, оказалась теплой.

С оглушительным треском я вытащила ее вместе с замком и отбросила в сторону, а затем ступила в темный коридор. Следовало поспешить, но я не смогла отказать себе в удовольствии осмотреться. У Ванджерия определенно был вкус, обстановка поражала гармоничностью и сдержанностью. Я ждала готических интерьеров, затянутых паутиной каминов и гроба прямо посреди гостиной. А увидела бессмертную классику: темное дерево, светлые ткани, изогнутые линии.

Никто не торопился встречать меня, не бежал на звук сломанной двери и не предлагал выпить. Зато в гостиной, над красивым резным камином, красовался портрет, которым я невольно залюбовалась, в очередной раз с неудовольствием отметив красоту Ясперы. Она досталась ей совершенно несправедливо, нельзя такой стерве быть такой симпатичной. А еще интересно, кем она была до Ванджерия и как попала к нему. Вряд ли это была случайная встреча – он до сих пор увешивает дом ее портретами.

– Маньяк, – буркнула я. – Косить под хозяина много ума не нужно. Посмотрим, сколько в тебе реальной власти и силы.

– Моя богиня?

Ванджерий, как и все демоны, отлично видел в темноте. Его глаза лихорадочно блестели, а на губах играла загадочная улыбка. Впрочем, темнота хоть и маскировала, но не скрывала следов усталости. Ванджерий давно не спал и пребывал в странном возбуждении.

– А что, преклонять колено перед богиней уже не требуется? – холодно поинтересовалась я.

– При всем уважении, – вместо колена демон склонил голову, – пока вы больше похожи на девчонку, чем на богиню. Уважение и страх подданных нужно заслужить. Чем я обязан вашему визиту, Таара? Необязательно было портить мою дверь, я бы впустил вас по первой просьбе. Желаете пообедать со мной? Или, может, бокал вина?

– Бокал крови, пожалуйста.

– Простите?

– Бросьте, Ванджерий, вы знаете, зачем я здесь.

– Вас прислал Крост, я полагаю.

– Мимо. Я пришла сама.

На его лице отразилось удивление. Демон прошелся по темной гостиной, бросил задумчивый взгляд на портрет и сел на подлокотник кресла.

– И зачем же? Слышал, ваши отношения с Ясперой нельзя назвать теплыми или дружескими. Что заставляет вас просить о помощи для нее?

– Не люблю, когда моих врагов убивает кто-то кроме меня. Люблю сама разбираться с теми, кто стоит у меня на пути. Обидно, знаешь ли, когда строишь коварные планы, а все решает случайная болячка.

Я достала из кармана флакон и вытащила пробку.

– Сто миллилитров крови – и я пришлю компенсацию за дверь.

– Вы неплохо играете, моя богиня. Уверенно, дерзко. Только в глазах все равно плещется страх. Вы хотите быть Таарой, но я вижу маленькую напуганную девочку… которая очень хочет помочь друзьям, потому что только так они позволят побыть частью их мира… согласятся сделать вид, будто вы их достойны.

– Кто-то пообщался с Акорионом, – улыбнулась я.

– Многие вещи очевидны, Таара. Я уважаю смелость. И ваше происхождение. Однако я делал вам предложение – и вы его не приняли. Я сказал Кросту, скажу и вам: мой ответ – нет. Вы могли отдать мне ее, и ничего бы не случилось. Моя девочка была бы здесь, в безопасности, рядом со мной, наконец-то дома. Но вы не позволили, не отпустили ее… мне больно прощаться с малышкой, но таков закон, который вы, моя богиня, всегда неукоснительно соблюдали. Я испытываю… определенное уважение к вам и потенциальной силе, которой вы обладаете, но прежде чем я подчинюсь, из хорохорящейся девчонки превратитесь в ту, кем явля…

Он захрипел, когда моя рука сжала горло, а ногти впились в кожу. Я почти испытала удовольствие, перекрыв ему кислород.

– А вдруг ты ошибаешься, Ванджерий? Вдруг я хочу быть маленькой напуганной девочкой… но получается не всегда? Ты думаешь, я пришла просить? Умолять тебя помочь Яспере, чтобы она начала со мной дружить?

В гостиной разом вспыхнули все свечи – странным голубо-зеленым пламенем, придавшим обстановке ожидаемые зловещие черты.

Ванджерий дергался, силясь разжать мою руку, но злость придавала сил. В этот момент я очень понимала палача и его отчаяние от нереализованной жажды убийства. Когда в твоих руках чужая жизнь, когда стоит чуть сильнее сжать руку – и впитать ужас, отчаяние и безысходность агонии, заряжаясь ею, как батарейкой. Удержаться практически невозможно.

Тонкий серебряный нож, позаимствованный из лаборатории зельеведения, оставил на шее демона порез – и струйка черной крови послушно потекла во флакон. Ненависть беспомощного Ванджерия ко мне можно было пощупать.


– Маленькие напуганные девочки тоже могут быть опасны.

– Ты не можешь убить меня… – сдавленно просипел демон, медленно бледнея. – Умрет и она… мы связаны навечно…

– К богине не обращаются на «Ты», – услышали мы. – Что ты здесь делаешь, Таара?

Когда кровь заполнила флакон, я разжала руку. Ванджерий, жадно хватая ртом воздух, зажал рукой порез, но черные безобразные капли все равно испортили белоснежную рубашку.

– Акорион, – вздохнула я. – Ты здесь.

– Так, зашел по одному делу. О Хаос, дорогая, зачем тебе его кровь? Какой-то ритуал?

Заткнув флакон пробкой и надежно завязав бархатный мешочек, я пожала плечами.

– Ничего особенного.

Он знал, конечно знал, как и Ванджерий, для чего нужна кровь демона, но по какой-то одному Акориону ведомой причине предпочитал играть в игру под названием «случайная встреча».

– Избавляешься от соперниц? – снисходительно улыбнулся он.

– Да, что-то в этом роде.

Чтобы избавиться от соперницы, для начала надо сделать так, чтобы она не самоустранилась по естественным причинам. Но мне не хотелось вести задушевные беседы с Акорионом, к тому же на них не было времени. Я старалась не замечать полного ненависти взгляда Ванджерия, который, обессилев, сидел на полу, прислонившись к креслу. Его рука была полностью черной – возможно, я перестаралась с порезом.

Боги… во что я способна превратиться, если позволю таким порывам брать верх чаще?

– Что это ты с ним сделала? – с легкими нотками интереса в голосе спросил Акорион. – Выглядит неважно.

– Ну… я точно не знаю, – призналась я. – Просто он меня раздражает.

Брат покачал головой, но не сделал даже попытки помочь приятелю. Хорошее у них сотрудничество! Неудивительно, что Ванджерий готов предать его в обмен на Ясперу.

– Ты все такая же безрассудная, как прежде. Таара, ты ведь понимаешь, как сильно рисковала, придя сюда? А если бы он оказался сильнее? Я не могу защищать тебя постоянно… если ты не со мной.

– Риск – благородное дело.

– Возможно. Но мне не хочется, чтобы ты пострадала.

– Ого, какая забота.

– Прости? – Акорион удивленно поднял брови, словно оскорбился намека. – Я всегда защищал и буду защищать тебя, любовь моя.

А теперь ласковый голос приобрел угрожающие оттенки:

– Даже от самой себя.

– Очень мило с твоей стороны. Что ж, была рада повидаться, но мне пора. Ненавижу пользоваться даром богини смерти, поэтому действую на опережение и, чтобы не провожать никого в подземный мир, не даю им помирать. Очень увлекательно, как-нибудь попробуй.

Я не слишком надеялась, что Акорион так просто меня отпустит, но была обязана попытаться сбежать. Он как заботливый хозяин, приобняв меня за талию, шел к выходу, но я все время ждала подвоха и прикидывала, как буду сматываться с боем.

– У нас неплохо выходит, да? – спросил Акорион.

– М-м-м?

– Кажется, отношения теплеют. Ты уже чуточку меньше злишься на меня, так? Это дает надежду. Я подумал, что, возможно, мы еще можем все исправить. Поговорить, честно и открыто обсудить наши планы. Я хочу услышать, каким ты видишь наше будущее. И поделиться своими мыслями на этот счет.

Каким я вижу наше будущее? О, это что-то вроде залитого солнцем парка с зеленой травой и умиротворяющим шумом листвы. Несколько скамеек вдали. Дорогая, но сдержанная гранитная плита.

«Здесь лежит Акорион. Он всех бесил», – значится на плите.

И пара жухлых цветочков сверху – надуло ветром с соседней могилы.

Ненавязчиво, но достаточно красноречиво Акорион перегородил мне выход.

– Мы можем встретиться как-нибудь. Выпить кофе…

– Выпить кофе? Ты серьезно?

– А что в этом такого? Знаешь, на Земле я понял прелесть таких посиделок. Неужели я не могу пригласить любимую сестренку на чашечку ароматного кофе? Я ведь не заставляю тебя оставаться на завтрак… хоть и буду всеми силами стараться уговорить.

– Акорион, я спешу.

Он не двинулся с места. Я снова почувствовала, что начинаю заводиться, только вряд ли фокусом с хватанием за горло и выгулом темной стороны Таары его можно удивить. Акорион не купится на это, уже видев Ванджерия и даже сам испытав силу моего… м-м-м… срыва.

– Кофе, детка. Чашка кофе в твой выходной.