Авантюра

Еще через сутки меня отпустили, Багора же все еще пытались привлечь к ответственности за «гибель мирного населения». Совершенно напрасно, кстати. Наручники с взывателями были изобретением Танарга и Багор «честно признался, что понятия не имел, зачем вон та кнопочка», а капельницы да «исключительно заботы ради», а про местную погрызшую еще живых работорговцев живность: «Да кто ж знал, что они прыгают аж на пять сантиметров вверх!». Так что за Багора можно было не переживать, к тому же Йоханес был уже здесь, а зная этого чела я была точно уверена, что моего «папочку» он вытащит. Удивляло другое — всю команду прилетевшего за мной гаэрского корабля танаргцы забирали на допрос. Какого? А дерсенг его знает. И капитан крейсера и два помощника понятия не имели чего от них хотели в принципе, и мы отнеслись к этому как к обычному рядовому выбросу паранойи у танаргцев.

И вот это было ошибкой.

Мы расслабились.

И я, и моя команда из разведуправления, и даже аналитики из тринадцатого отдела.

И я расслабленно сидела себе в кресле, надев наушники, врубив музыку на полную громкость и жуя шоколад, который, кстати на Танарге был фантастическим, поэтому я себе двадцать упаковок накупила. Да и не только себе, еще набрала всякого мелким Гэса, энциклопедический сборник коту Гэса, партию шелковых ночных сорочек себе, жене Гэса, девчонкам из тринадцатого отдела и даже нашим. Я вообще, едва из тюрьмы вышла, пошла шопиться на Танарге, используя приставленных наблюдателей в качестве носильщиков. Мужики психовали, но терпели, а я знала, что этим полуроботам-убийцам в принципе любая тяжесть ни по чем.

Так что закупилась я от души, ну и оно в принципе не удивительно — Танарг закрытая планета, на нее раз в жизни попасть уже удача, а здесь свои уникальные продукты, сладости, и нижнее белье. Нижнее белье вообще шикарное и равного ему я не видела нигде. Просто у них как — все таскают стандартизированные однотипные строгие серые костюмы, у военных костюмы черные, собственно и вся разница. Поэтому танаргирянки отрываются на нижнем белье, и оно у них обалденное, а главное цены вообще смешные. Я полмагазина скупила за четыре своих месячных зарплаты, и вообще очень сожалела, что сутки допроса капитана и лейтенантов так быстро закончились.

И вот я, довольная, счастливая, в умопомрачительном черном шелковом наборе нижнего белья, в фантастическом алом с черным кружевом шелковом халатике, в потрясающих домашних туфельках с бантиком и на высоком каблуке, с шоколадом и офигенной громкой музыкой в наушниках, которую вообще особо начинаешь ценить после заключения в тишине одиночной камеры, лечу себе, мысленно полагая что мы уже на подлете к Гаэре…

И тут в наушниках раздается напряженный голос Гэса:

«Сейли, что ты знаешь о танаргских техниках психологического программирования?»

Я застыла, не дожевав ломтик лунного шоколада, и хрипло переспросила:

— Что?!

Даже как-то нехорошо сразу стало. Вырубила музыку и повторно переспросила:

— Гэс, ты о чем?

Напарник хрипло выдохнул и, стараясь говорить спокойно, произнес:

«Сейли, вы исчезли с радаров. Кэп и помощники не отвечают. Корабль заблокирован от поиска. А у твоего микрофона кончается заряд!»

Я слетела с кресла как ужаленная, рванула в рубку управления и застигла кэпа и летчиков в нормальном режиме работы во время полета.

— Капитан Энса, что с кораблем?

— Понятия не имею, — абсолютно вменяемо ответил кэп. — Неполадки с момента прохождения Анзорской туманности. Уже минут семь. Разбираемся.

И никаких отклонений от нормы в его ответе лично я не уловила. Постояла, наблюдая за работой команды, сверилась с показателями приборов — навигатор показывал, что у нас тридцать минут до посадки на Гаэру. Все было в норме.

— Гэс, — я вернулась к себе, устроилась в мягком кресле, которое было просто фантастикой после жесткой железной скамьи в одиночной камере, — все в норме. Небольшие повреждения после прохождения Анзорской туманности, видимо разряд получили, такое бывает. Кэп в норме, лейтенанты тоже.

Он помолчал, затем спросил:

«Сколько до посадки?»

— Тридцать минут.

«Хорошо. Запустил спутники. Пытаюсь вас найти».

И в этот момент началась посадка. Я не успела ни среагировать, ни пристегнуться. Не знаю, чем вообще думал кэп, но корабль не садился, он падал! И его мотало как восходящими потоками воздуха, и так и ударами невесть откуда взявшихся астероидов. Не будь у меня соответсвующего уровня подготовки, я бы уже где-нибудь под потолком болталась без сознания, но я держалась за кресло, нервно наблюдая, как мой распакованный шоколад радостно летает по всему кораблю.

Посадка вышла еще более жесткой, чем приземление.

И практически сразу все люки были открыты.

А в следующее мгновение меня скрутило так, что еще до того, как этот гад схватил на руки, я уже знала и где я, и собственно кто меня держит.

— Мм, мы сегодня без наших замечательных штанишек, — издевательски произнес кахэр Нахмару.

— Ну ты и сволочь, — прошипела я, чувствуя как меня выносят из корабля.

Кадет S-класса на вынос называется!

Нахмару, держа меня так, что не вырвешься, да даже не дернутся было, легко шагая направился к собственному кораблю, предоставив мне возможность, оглядываясь через его плечо, абсолютно без удовольствия пронаблюдать за тем, как гаэрский корабль взмывает в черное небо и вообще валит прочь.

Было обидно до слез, настолько, что разъяренная я вцепилась зубами в плечо гада, искренне надеясь хоть покусать. Не вышло. И даже хуже!

— Милая, если ты хочешь начать на астероиде, то я как настоящий мужчина, готов удовлетворить любимую в любом месте, где она пожелает, но учитывая, что ты все еще девственница, я полагаю, что стоит потерпеть до корабля, — коварно произнес Нахмару.

— Мм, — протянула я, оторвавшись от его плеча, — но вы, кахэр Нахмару, несомненно, должны осознавать, что похищение агента Гаэры повлечет за собой пренеприятные последствия!

Нахмару остановился, двух шагов не дойдя до засиявшего при нашем приближении корабля, и с улыбкой ответил:

— Наори, сладкое солнышко, всю ответственность за похищение агента Гаэры взял на себя Танарг. Поверь, за сто миллионов кредитов, они взяли бы на себя все что угодно. И все что сможет накопать Исинхай — это танаргское же психологическое программирование, которому подвергся экипаж корабля и высадку на одиноком астероиде, который взлетит на воздух, едва мы с него стартуем. Претензии к Кахоре? На основании чего?!

Я обалдела.


Основательно.

Следующим был вопрос:

— Вы выложили за меня сто миллионов кредитов?

— Сто пятьдесят восемь с учетом провалившихся торгов, — абсолютно спокойно ответили мне. И даже пояснили: — Не хотел, чтобы тебя раздевали на глазах у всех.

И меня внесли на корабль. Управлял которым, как оказалось, сам кахэр Нахмару, поэтому я была усажена в кресло, зафиксирована так, что не вырваться, после президент сел в кресло пилота, посмотрел на меня и… не стал стартовать, просто закрыл люки.

Мы посидели в абсолютной тишине, он, смотрящий на приборную панель управления, и я отчаянно надеющаяся услышать еще хоть что-то от Гэса… но не было ничего.

— Знаешь, — медленно заговорил Антар, — у меня в жизни было очень мало… светлого. Жесткий контроль во время взросления, навязанный брак с женщиной, которую я не любил и которую… не за что было любить, покровительство врага, рассчитывающего на мое долгое одинокое правление, чтобы в итоге возвести на политическую арену сына двух крупнейших кахорских родов Ранир и Арастан, и убийца, единственный кому удалось подобраться так близко… А потом появилась ты. Маленькая, сияющая и такая светлая.

Я сидела, удивленно глядя на него, и молчала, не зная, как вообще на все это реагировать.

А Нахмару продолжил:

— Меня потянуло к тебе сразу, а ты… испугалась.

— Я кадет S-класса, я ничего не боюсь! — сделала гордое заявление.

И прикусила губы, под насмешливым взглядом.

— Ты испугалась, — просто сказал он. — Когда ударила меня и поняла, что твой удар не причинил мне никакого вреда. И с этого момента шансов у меня уже не было, так?

Промолчала, насупившись.

— Наори…

— Не надо меня так называть! — прошипела я. — У меня другое имя!

Он помолчал некоторое время, а затем ожесточенно произнес:

— Другое имя и статус кадета S-класса которого правительство Гаэры не отдаст ни за какие деньги, я знаю! Уже знаю!

Антар замолчал, с ненавистью глядя куда-то вперед, и вдруг глухо спросил:

— Отвезти тебя домой?

— Что? — переспросила, не поверив своим ушам.

Нахмару тяжело вздохнул, обреченно повторил:

— Отвезти тебя домой?!

— Было бы неплохо, — прошептала я.

Щелчок, и система ремней, удерживающая меня, отстегнулась, оставшись просто ремнем безопасности. Антар потянулся к пульту, молча вбил параметры Гаэры, а конкретно столичного космопорта, и включил двигатели.

Астероид действительно взорвался, едва мы взлетели, но заметать следы уже было без толку — мы действительно летели на Гаэру. Мы просто летели на Гаэру!

— И ты меня просто отпустишь, после того как выложил за меня сто пятьдесят восемь миллионов кредитов? — наконец не выдержав, спросила я.

— Всего лишь деньги, — безразлично ответил он, увеличивая скорость.

— Шутишь? Да на эти деньги легко планету можно купить в любой зоне курортных галактик! — возмутилась я. — На эти деньги вообще все что угодно купить можно!

Не глядя на меня, Нахмару усмехнулся, и сказал:

— Я бы увеличил сумму втрое, если бы на нее можно было купить одного единственного кадета S-класса… но, как выяснилось, счастье не купишь.

Я застыла, потрясенно глядя на него, и тихо спросила:

— Почему?

Вопрос был не о цене и счастье, он был вообще скорее о ситуации, я просто не могла ее ни понять, ни постигнуть. Нахмару, уверенно ведя крейсер, некоторое время не отвечал, и лишь затем, с трудом, но произнес:

— Потому что ты больше не хочешь меня, Наори. Была вспышка, когда я поднял тебя на руки и все. Сейчас ты не испытываешь ко мне даже тот интерес, который был в самом начале, еще до инъекции вируса.

— С вирусом это было подло, — мрачно напомнила я.

— С вирусом было… — он вдруг психанув ударил по подлокотникам, развернулся и спросил: — А что я должен был сделать, Наори? Девушка, от которой у меня в глазах темнеет, хочет вколоть себе вирус, стопроцентно гарантирующий отклонения и увечья у рожденных ею от меня детей, и я должен был на это молча смотреть? Ты мелкий сверхсамоуверенный кадет запредельного уровня подготовки, не принимающий никакую иную точку зрения кроме своей, и я стоящий перед выбором — позволить тебе вколоть себе чудовищный вирус, или заменить его аналогом с краткосрочным эффектом воздействия.