Авантюра

* * *


Когда вернулась на поляну, где оставила кахэров, обнаружила, что те оба стоят в напряженных позах, и явно с трудом сдерживая желание вцепиться в глотку друг другу. А жаль, я бы с удовольствием посмотрела исключительно в исследовательских целях — хотела узнать боевые приемы кахорцев с «расовыми особенностями».

Увы, не довелось. При моем появлении кахэр Ранир дернулся, зашипел, обернулся и пристально посмотрел на меня. Я с самым невинным видом на него. Меня уважаемый кахэр не долго удостаивал своим взглядом, мгновенно развернувшись и вновь уставившись на кахэра Нахмару. Видимо не хотел терять установившееся зрительное преимущество, или собственно зрительный контакт, или кто его кахэра разберет.

— Что? — явно о чем-то своем с вызовом вопросил кахэр Нахмару.

— Я должен вернуть агента Гаэры в целости и сохранности! — нехило так приврал Ранир.

— Вот и вернешь, — напряженно ответил ему президент.

— КАК ты собираешься ее теперь возвращать? — прорычал Ранир.

С чего такие нервы?

— Да не парьтесь, сама вернусь, — заверила обоих кахэров. — Мы, агенты Гаэры, как бумеранги — всегда возвращаемся.

Оба мгновенно посмотрели на меня так, что мне даже стало как-то неудобно за беспокойство по поводу их беспокойства, в общем…

— Пошла я работать, — решила я, и, прихватив со стола вторую половинку булочки с мясом, утопала, жуя на ходу.





* * *


Девушка с небрежным забавно дергающемся при каждом ее шаге хвостиком светлых волос, легко и совершенно проигнорировав происходящее, беззаботно ушла во дворец, не обратив даже внимания на вытянувшиеся лица охранников.

Она в принципе даже не осознавала что произошло!

— Ты… — с прорывающимся шипением, выдохнул кахэр Ранир.

— Поступил так, как счел нужным, — очень спокойно ответил кахэр Нахмару. — Это ведь моя работа — принимать решения во благо Кахоры.

Он промолчал. Стоял, сдерживая судорожное желание сжать пальцами виски, в которых набатом стучала кровь, и промолчал. Принимать… решения… во благо… Кахоры! Всегда принимать решения во благо Кахоры!

— Всего лишь девчонка, — ровно произнес Нахмару.

— Да, — отозвался эхом Ранир, — всего лишь девчонка.

И он заставил себя развернуться и уйти, гася нарастающий конфликт, предотвращая скандал, который был ему не выгоден. Особенно сейчас.

Рывок на флайте вертикально вверх, под облака, в облака, выше облаков. Полет, на неимоверной скорости, нарушая все запреты и ограничения, и прыжок, с еще не опустившегося флайта на порог собственного дома. Уже скоро, совсем скоро, сразу после свадьбы с дочерью рода Арастан его гарем переедет немного дальше, но сейчас он был искренне рад, что можно сбросить напряжение не выходя из дома.

Свернул влево, скользнул в проход, не дожидаясь пока полностью откроются двери, из мужчин впускающие лишь его, взбежал по лестнице вверх и замер, отчетливо услышав стон. В четырех спальнях дальше по коридору. В покоях его любимицы.

Он остановил жестом бросившуюся было бежать служанку, и, глядя на белые мраморные плиты, устилавшие пол, вспомнил фразу, брошенную гаэрской девчонкой: «Судя по вашей «сопровождающей» если в вашем гареме и происходят какие-то игры, то исключительно лесбийские».

Еще один полный наслаждения стон…

Четкое понимание, что ни один мужчина не сумел бы проникнуть сюда.

И знание о том, что учебные заведения Гаэры уделяют огромное внимание психологической подготовке будущих агентов.

Он бесшумно двинулся вперед, превосходно отдавая себе отчет в том, что сейчас увидит. И распахнув дверь, с презрительной насмешкой проследил за тем, как содрогаются обнаженные смуглые тела, как застывают в ужасе, теряя ту очаровательную смелость, что он так ценил в своих наложницах. Но он успел увидеть слишком многое — как изогнулась в экстазе Юаре, действительно в экстазе, не то чтобы красиво, но так естественно и искренне, как умеет ласкать Эмаи, когда действительно этого хочет, насколько раскованной является Нэйти, всегда с испуганным трепетом воспринимающая любые его… игры. Гадливое ощущение притворства и фальши скрипело на зубах.

И это раздражало.

Как раздражал возбужденный шепоток прислуги, собравшейся на лестнице и с удовольствием обсуждавший произошедшее и узнавшего обо всем кахэра.

«Слуг жаль… вышколенные были», — отстраненно подумал он.

И безжалостно оборвал восемь нитей жизни.

Наложницы застыли, прислушиваясь к тому, как тяжело падают по ступеням вниз мертвые тела. Все они были истинные, все с превосходным слухом.

— Что ж, — произнес он, медленно снимая перчатки, — раз вам так нравятся игры — поиграем.






* * *


Чего я никак не могла понять, так это в принципе одного — какого бракованного навигатора авинарцам вообще понадобилось на кахорских планетах?! Я просмотрела переговоры кахэра Ранира с представительством авинарцев, затем переговоры президента Нахамару уже конкретно с выводком правителей Авинары, являющихся приближенными, охранниками и быками осеменителями семи королев. Но четверо могучих телесами, усами и крыльями дахрама вежливо отвечали что нет, ничего им от кахоритян не нужно, а если бы было нужно они непременно вежливо попросили бы об этом. И все с каменными усатыми мордами, которые несколько портили вид агнцов божьих.

Проблема только в том, что я все это уже видела — и эти «невинные» рожи, и эти вспархивающие, едва затрагиваются чуть ли не прямые обвинения, крылья. Разве что в мимике авинарцев разбиралась все-таки лучше, чем кахэры, а потому совершенно ясно видела — врут. Нагло, настороженно, и совершенно определенно.

А потому мы вновь возвращаемся к вопросу — какого метаморфа?! Что авинарцам, находящимся на другом конце галактики, потребовалось от кахорцев, не особо выходящих за пределы своей планетарной системы?

И кто конкретно им мешал — все планеты Кахоры, какое-то сообщество кахоритян, или конкретно президент Нахмару?

В какой-то момент во дворце все забегали. Подключившись к камерам, поняла, что бегали в основном к президенту, который сидел в своем восстановленном кабинете, находясь при полном параде — костюм, министры, совещание. Проверив поступающую информацию, узнала, что произошел взрыв в зале, где должно было происходить выступление Нахмару. То самое, на которое я ему посоветовала не ехать. К счастью никто не пострадал — президент действительно оказался мужиком умным, крайне умным, и из здания правительства всех эвакуировали еще до нашего эпичного обеда в саду, собственно поэтому министры и сидели в кабинете Антара, и судя по лицам сильно сожалели о разрушенном до основании прежнем месте работы.

У меня таких проблем как кабинет министров не было, поэтому я в рубашке и шортах в данный момент полулежала на внушительной президентской кровати, и… к сожалению работала. Нет, я не отказала себе в удовольствии предаться неге на соннодроме такого размера и с такими тканями, все же черный шелк моя слабость, но на негу у меня было секунд десять, потом работа. Просмотр переговоров, после в целом просмотр записи всех контактов с авинарцами в принципе.

Их, контактов, к слову, обнаружилось всего три.

Два последних это вот эти попытки кахэров призвать жучар к ответственности, а третий… Третий вызывал интерес. Столкновение патрульного корабля кахоры с кораблем-разведчиком авинары на орбите спутника планеты Нахмару — крохотном и тоже болотистом Энге.

Я раз пять прослушала переговоры, после которых корабль-разведчик принес глубочайшие извинения и стартанул подальше от кахоритян и неприятностей, и даже я не сразу поняла, что капитан корабля… нервничал. Он держался в рамках протокола, но усами шевелил невпопад. Не то чтобы заметно, всего раз или два в процессе более чем десятиминутных переговоров… но я увидела. И появилось четкое осознание — цель близко. Очень близко.

Я себя гончей почуявшей добычу ощутила.

И переключилась на спутники Энге с азартом этой самой гончей, принявшись исследовать все, что в целом имелось на это космическое тело. Имелось не много — спутник, как собственно и главная планета Кахоры принадлежал роду Нахмара, и номинально являлся собственностью самого президента. И это было еще одним доводом в пользу того, что цель совсем рядом. Вот только одна маленькая проблема — Энге был необитаем, абсолютно и полностью, на нем не имелось ни поселений, ни производственных баз, ничего. Ну кроме змей, вот их там было множество, и судя по справочнику средняя длина ползучих составляла двадцать метров, так что я собиралась изучать Энге исключительно с расстояния. А лучше вообще посредством спутников.

Чем собственно и прозанималась часа два, до появления президента Нахмару.

В смысле не то, чтобы с его появлением я прекратила работу, просто отстраненно отметила что пришел, сходил в душ, вернулся в одних черных шелковых пижамных брюках и сейчас осторожно ко мне подбирается…

— А что вы делаете? — поинтересовалась я, не снимая визоры и наблюдая за всей ситуацией собственно со стороны. С правой стороны. В смысле камера была вмонтирована в карниз с правой стороны.

— И сколько камер в моей спальне? — мгновенно поинтересовался не сдвинувшийся ни на миллиметр кахэр Нахмару.

— Пять, — улыбаясь, и продолжая наблюдать, призналась я.

Должна признать, со стороны зрелище было впечатляющим — тоненькая светловолосая я на черных шелковых простынях и нависший надо мной внушительный обнаженный по пояс мужчина, с красивым профилем, мускулистыми руками и по-мужски широкой спиной. Возбуждающе так смотрелось, и интригующе очень. И я бы могла подобрать еще много эпитетов, но…

— И как вид справа? — склонился надо мной, удерживающий свой явно внушительный вес на вытянутых руках Антар.

— Ммм… впечатляющий, — ответила я.

И переключилась на камеры слева… оттуда вид тоже был впечатляющим. И на камере сверху, и на той, что была у двери и, даже на той, что являлась шестой, и была установлена в ночнике на прикроватной тумбочке и… как-то отвлекшись на виды, я пропустила момент, когда теплые сухие губы прикоснулись к моим губам.

И меня накрыло ощущением теплой приливной волны, моментально расслабившей все тело, заставившей сердце забиться быстрее, и пропустить миг, когда поцелуй стал сильнее, вырвав первый стон…

Остальное произошло на рефлексах — быстрый удар в солнечное сплетение, блокирующий мышцы рук, рывок, перекат, и я замерла, стоя рядом с постелью, тяжело дыша и глядя на кахэра Нахмару потрясенными расширившимися от откровенного шока глазами. Потому что мой, по факту обязанный свалиться сейчас полуобездвиженным кулем противник, просто лежал на боку, подперев голову одной ДЕЙСТВУЮЩЕЙ рукой, и постукивая пальцами второй руки по простыням там, где я только что лежала.

— Оригинально, — выговорила, наконец, я.

— Что именно? — вскинув бровь, поинтересовался президент.

Поняла, что говорить не имеет смысла, ответом будет все та же хрень про «расовые особенности». Затем вдруг поняла и другое — его удивило, что я его обнаружила. То есть, не будь камер… Внезапно поняла, что все его перемещения по спальне в ванную и обратно, я видела исключительно благодаря камерам! Я их не слышала! И не услышала!

Медленно подошла к кровати, взяла оставшиеся лежать потерянные очки, надела, подключилась к системе, оставив визоры прозрачными, и потому видя как нахмурился кахэр, и прокрутила видео с правой камеры повторно. Видео, единственным звуком на котором, несмотря на максимальное увеличение громкости, оставалось только мое дыхание.

— А знаете, — проговорила я, — пожалуй… я посплю в другом месте.

— Я просто не хотел вас беспокоить, — очень тихо, достаточно ровно, но с явно ощутимой яростью произнес кахэр Нахмару.

И вот эта ярость, спровоцировала уже мою.

— О да, я заметила… как сильно вы НЕ ХОТЕЛИ! — прошипела, с трудом вообще сдерживаясь.

Мужчина демонстративно передвинулся на свою сторону постели, всем своим видом демонстрируя, что пальцем больше ко мне не прикоснется. И все бы ничего, но по идее, после такого удара, у него эти самые пальцы вообще шевелиться не должны!

Вновь подошла к кровати, молча взяла подушку, обняла и утопала в гостевую комнату, находящуюся между спальней и кабинетом. На выходе, услышала усталое, произнесенное с глухим раздражением:

— Что я сделал не так?

— Честно? — я остановилась, повернулась, посмотрела на сидящего скрестив ноги Антара и предельно сдержанно ответила: — Скажем так, вы не корчитесь сейчас от боли, и в состоянии пошевелить руками.

И закрыла двери.