Артемида

– Аварийный выпускной клапан в Шепарде слегка протекает. Его отец устанавливал, он попросил меня проверить место сварки.

Поддерживать в Артемиде постоянное давление не так просто, как кажется. Если население города использует больше энергии, чем обычно, атмосферное давление в сферах повышается. Почему? Потому, что энергия переходит в тепло, которое повышает температуру, что повышает давление. Как правило, Служба жизнеобеспечения сбрасывает излишки воздуха из системы, чтобы компенсировать этот процесс. Но что, если это не сработает?

Именно поэтому в каждом куполе есть аварийные выпускные клапаны. Когда давление становится слишком высоким, клапан открывается, и лишний воздух стравливается из купола, пока давление не придет в норму.

– Если твой отец заварил шов, то утечки не будет. Должно быть, там какая-то другая причина.

– Мы обе это понимаем, но проверить все равно надо.

Жока обдумала вопрос:

– Надолго он тебе нужен?

– Всего на пару дней.

– Тысяча жетонов, говоришь?

Я достала Гизмо:

– Да, и я могу заплатить вперед.

– Подожди секундочку, – Жока закрыла дверь.

Вскоре она снова открыла дверь и передала мне небольшой чемоданчик. Я открыла его, чтобы убедиться, что все, что нужно, на месте.

БИК представлял механического жука длиной сантиметров тридцать. Четыре двигательных крюка были сложены для удобства хранения, а механическая «лапа» была уложена зигзагом на спине робота. Лапа оснащена камерой высокого разрешения на конце и базисными захватами и манипуляторами. Годится только для того, чтобы тыкать в нужное место и записывать результат, но именно это и нужно для дистанционной проверки состояния обшивки купола. А также именно то, что нужно для моего злодейского плана.

Жока протянула мне небольшой обтекаемый пульт управления с кучей кнопок и джойстиков вокруг видеоэкрана.

– Знаешь, как пользоваться?

– Я прочитала инструкцию в Интернете.

Она нахмурилась:

– Сломаешь, будешь платить.

– Ты только никому не говори, – я задержала палец над экраном Гизмо. – Гильдия сварщиков только и ищет, за что бы прицепиться к отцу, так что я не хочу, чтобы они об этом узнали.

– Аммар хороший человек. И сварщик хороший. Я никому не скажу.

– Договорились?

– Да, – Жока вытащила свой Гизмо.

Я отправила ей деньги, и она подтвердила, что деньги получены.

Жока вечно была всем недовольна и к тому же считала меня полной пустышкой. Но знаете что, я бы хотела, чтобы вокруг было больше таких как она, – никакой лишней болтовни, никакой дешевой хрени, никаких претензий на дружбу. Простой обмен товаров и услуг на деньги. Идеальный партнер по бизнесу.



Дальше пришлось отправиться в сферу Бина для небольшого шопинга. Там все дороже, чем мне хотелось бы, но мне нужно было кое-что особенное. Мусульман в Артемиде мало (мой отец – один из них), поэтому не так много магазинов, продающих товары для них. Я купила длинное бежевое платье, украшенное яркой стилизованной вышивкой, которое устроило бы самую консервативную мусульманскую девицу. К нему я подобрала темно-зеленый никаб. Сперва я хотела было купить черный или коричневый, но зеленый лучше подходил к бежевому платью, создавая стильный ансамбль в «земных» оттенках. Если даже планируешь ограбление, почему бы при этом не выглядеть хорошо?

Можете не притворяться, что знаете, что такое никаб. Это традиционный исламский женский головной убор, закрывающий всю нижнюю часть лица. Идет в комплекте с хиджабом, который закрывает волосы, и в результате видны остаются только глаза. Отличный способ ходить в маске, не вызывая при этом никаких подозрений.

Теперь мне нужно было обзавестись новым Гизмо. Мой собственный я не могла использовать, не оставив электронные свидетельства всех моих нелегальных проделок. Я представила себе, как Руди проверяет мой Гизмо и собирает доказательства нарушений закона. Нет уж, спасибо. Когда коп постоянно висит у вас на хвосте, жизнь превращается в сплошную боль в заднице. Мне нужна была другая, поддельная личность.



К счастью для меня, с этим здесь не сложно, просто потому, что никого не волнует, кто ты вообще такой. Правила безопасности работают против кражи чужой личности, а не против создания фальшивой. Как только жертва обнаружит, что ее личные данные похищены, она пожалуется в полицию, и Руди отследит вора по его Гизмо. И куда вы сбежите? Наружу? Надеюсь, вы умеете надолго задерживать дыхание.

Я зашла на обменный сайт и перевела несколько сотен жетонов в евро. Потом я зашла на сайт ККК под именем «Нуха Неджем» и купила за эти евро жетоны. Весь процесс занял минут десять. На Земле было бы еще быстрее, но у нас постоянная двухсекундная задержка связи.

Я забежала домой и оставила там свой Гизмо. Пора было превращаться в Нуху Неджем.

Я отправилась в «Артемида Хайят», маленький отель на шестом верхнем уровне купола Бина. Место незатейливое, но зато цены разумные. Основную массу их постояльцев составляли люди с небольшим достатком, позволившие себе раз в жизни слетать на Луну. Я там была всего один раз, на свидании с таким туристом. Комната была вполне неплохая, но судья из меня не самый объективный – я только потолок и рассмотрела во всех подробностях.

Отель занимал один длинный коридор. Ресепшен представлял собой кабинку размером со стенной шкаф, где сидел один-единственный клерк. Я его не узнала, что меня обрадовало, поскольку означало, что и он меня не узнает.

– Приветствую, – обратилась я к нему с сильным арабским акцентом. Этот акцент и традиционный наряд яснее ясного говорили любому, что перед ним туристка.

– Добро пожаловать в «Артемида Хайят»! – ответил он.

– Я нуждаться Гизмо.


Ему явно не первый раз приходилось общаться на ломаном английском:

– Гизмо? Вам нужен Гизмо?

– Гизмо, – кивнула я. – Нуждаться.

Я отлично понимала, о чем он сейчас думает. Он мог попытаться выяснить, под каким именем я зарегистрирована в гостинице, но как саудитка, я скорее всего значилась там под именем мужа. Что означало долгое выяснение деталей, полное непонимание и использование пантомимы. Проще было предоставить мне уже настроенный Гизмо. Отелю это все равно ничего не будет стоить.

– Как вас зовут? – спросил клерк.

Я озадаченно уставилась на него, не желая демонстрировать излишнюю заинтересованность в процессе.

– Нортон. Нортон Спинелли. – Он похлопал себя по груди, а потом показал на меня:

– Имя?

Я сделала вид, что наконец поняла и, в свою очередь, похлопала себя по груди:

– Нуха Неджем.

Он принялся печатать что-то на компьютере. Ага, Нуха Неджем уже значилась в системе, но никакой Гизмо еще не был привязан к имени. Все это было вполне ясно. Он вытащил из-под стола потрепанный Гизмо, старую модель с надписью «собственность отеля “Артемида Хайят”» на обратной стороне, нажал пару кнопок для настройки и передал мне со словами:

– Добро пожаловать в Артемиду!

– Я благодарить, – улыбнулась я в ответ. – Я благодарить много. Луна очень интересно!

Вот и все, теперь у меня была фальшивая личность. Пора было переходить ко второй фазе проекта.

Я открыла карту на экране Гизмо и притворилась, что исследую город по ней. Мне карта Артемиды без надобности, я тут все знаю, но мне же нужно было изобразить туристку. Я неуверенно брела в сторону Порта, путаясь в коридорах, и тащила на руке большую сумку. Вы когда-нибудь видели туристку без большой сумки?

Мне предстояла сложная задача.

В Порту меня знали все. Во-первых, я там бывала каждый день, во-вторых, такую искрометную личность разве забудешь? А это совершенно некстати, если вам нужно куда-то пробраться тайком. Но сегодня я была не Джаз Башарой, а Нухой Неджем, туристкой из Саудовской Аравии.

Я направилась к шлюзу и присоединилась к толпе туристов, ожидающих прибытия поезда. Все сидячие места были заняты и многим пришлось ожидать стоя. В толпе было несколько семей с шумными детишками, которые носились вокруг, отскакивая от стен, как резиновые мячики. На Луне это не просто метафора. Гиперактивная малышня на самом деле отскакивала от стен. Родителям приходится нелегко в условиях лунного тяготения.

– Это страшно круто! – заявила тупая на вид блондинка своему холеному дружку. – Мы сейчас поедем по Мунорельсовой дороге![23]

Ох, только туристы могут так это назвать. Тем более, что это даже не монорельс: поезд идет по двум рельсам, как поезда на Земле.

К слову, мы также терпеть не можем, когда кто-то называет нас «лунатики» или когда про Артемиду говорят «космический город». Мы не в космосе – мы на Луне. С технической точки зрения, мы, конечно, в космосе, но тогда и Лондон тоже в космосе.

Впрочем, я отвлекаюсь.

Поезд прибыл, и я притворилась, что наблюдаю за прибытием так же увлеченно, как и все остальные туристы. Лунный поезд – это не те длиннохвостые составы, к которым привыкли на Земле. Здесь поезд состоит из одного-единственного вагона. Подходя к перрону, вагон замедлился, осторожно продвигаясь к точке стыковки со станцией. Раздался щелчок и лязг, и круглая шлюзовая дверь открылась. За дверью стоял проводник.

Проклятие, это был Радж! Черт его побери, откуда он взялся? Должно быть, поменялся с кем-то сменами.

Мы с Раджем выросли вместе. Вместе ходили в школу, вместе взрослели. Не то чтобы мы были очень близкими друзьями, но мы виделись практически каждый день большую часть жизни. Я сомневалась, что платье и хиджаб его обманут.

Радж ступил через порог двери, поправляя свою униформу – идиотскую темно-синюю форму проводника в стиле XIX века, с бронзовыми пуговицами и фуражкой. Из вагона высыпали восторженные туристы, вернувшиеся с экскурсии на место посадки «Аполлона-11». Многие тащили приобретенные в Центре туризма сувениры: макеты посадочных модулей, выточенные из местной породы, копии нашивок со скафандров астронавтов, и так далее.

После того, как все прибывшие пассажиры покинули вагон, Радж выкрикнул звонким голосом:

– Поезд к «Аполлону-11»! Отправление в 2.34! Все на бо-о-орт!

В руках он держал старинного вида бронзовый компостер[24] для билетов. Разумеется, дырявить бумажные билеты ему не приходилось в связи с отсутствием оных. Бронза служила украшением для современного считывающего устройства.

Я подтянула никаб повыше и ссутулилась, стараясь двигаться совершенно не так, как обычно. Может, прокатит и он меня не узнает. Проходя мимо Раджа, пассажиры проводили своими Гизмо над считывающей панелью, затем проходили через небольшую шлюзовую камеру, и шли дальше в вагон.

Радж следил, чтобы в шлюзовой камере находилось не больше одного человека одновременно. Проделывал он это хитро, просто становясь на дороге у людей. Это было проще, чем каждый раз объяснять: «Если произойдет разгерметизация поезда, шлюзовая дверь закроется. Город будет в безопасности, но вы умрете».

Когда подошла моя очередь, я опустила голову, стараясь не встретиться с Раджем взглядом. Мой Гизмо пискнул и выдал подтверждение «Город Артемида: билет на поезд – 75 ж». Радж не обратил на меня никакого внимания, я облегченно вздохнула и вошла в вагон.

Все места были заняты, и я уже приготовилась было, что придется стоять всю дорогу, но тут высокий чернокожий парень заметил меня и встал, что-то говоря по-французски и указывая на свое место. Настоящий джентльмен! Я поклонилась ему и села, пристроив сумку на коленях.

Когда последние пассажиры зашли в вагон, Радж вошел следом за ними и тщательно закрыл обе двери шлюза по дороге. Он прошел в начало вагона и обратился к пассажирам по внутренней связи:

– Добро пожаловать на борт Лунного Экспресса! Наш поезд отправляется к Центру туризма «Аполлон-11» ровно в 2.34. Прибытие в 3.17. Пожалуйста, не высовывайте руки и ноги из окон поезда!

Несколько пассажиров хихикнули в ответ. Шутка дурацкая, но туристам именно такое и надо.

Поезд мягко тронулся, без толчков, тряски и тому подобных эффектов. Двигатели у поезда электрические, и на Луне нет погодных условий, искривляющих рельсы на Земле. Да и нагрузка на них приходится куда меньшая.