Ангел с ледяными пальцами
Часть 20 из 46 Информация о книге
– Не получится. У него руки сломаны. – Ну, так поднесите трубку к лицу. – Он не может говорить. У него челюсть раздроблена. Что ему передать? – Спасибо. Ничего. Пусть выздоравливает. Хм… А парень, похоже, не промах… Во всех смыслах. – Утечка прошла через вербовщика. – Где он? – В больнице с переломами. – Всё понял. Можешь его брать. – Но… – Можешь не брать, но свою койку в госпитале будешь оплачивать сам. Пусть повоюет, избавиться от него мы всегда успеем. Лучше после, чем до того. Тут он прав. Оформляй его, только не в группу, пусть работает в одиночку. И закрой ему доступ к любой информации. Не боящиеся ни бога ни черта одиночки – интересный материал, который может пригодиться. – И вот что еще: учини ему проверку, дай какой-нибудь адресок для работы. – Какой адресок? – Любой, первый попавшийся из телефонной книги. Закажи ему человечка из телефонного справочника, посмотрим, как он с ним справится. Заодно и на компромат посадим. Хотя… Я сам дам. Чем какого-то случайного прохожего, лучше того, кого надо. Из мелких, какие к себе внимания не привлекут, исполнителей. Из того, будущего списка… Через три дня мало кому интересный боевик одной не самой известной террористической группировки погиб в случайной пьяной драке. Хотя до этого никогда не пил. Его нашли утром на пустыре с початой бутылкой виски в руке и ножом под левой лопаткой. Истоптанная вкруг земля и обрывки одежды свидетельствовали о том, что в потасовке участвовали по крайней мере несколько человек. Но свидетелей драки не нашлось… Никто ничего не заподозрил. – Ну, что теперь скажете? Подхожу я вам? – Вполне. – Тогда гони бабки за покойника. Я бесплатно ишачить не нанимался. А если за деньги – то кого угодно. Хоть даже тебя! Ты только свисни… И откуда только эти Сереги берутся? Всегда появляются там, где бабками пахнет! * * * И как-то так сформировалась небольшая, но армия, собранная вербовщиками с миру по нитке. Посторонних там не было – все имели те или иные подходящие воинские специальности, опыт работы в горячих точках, личный счет… Все в деле лишения жизни людей были не новичками. Их собрали вместе, но они ничего не знали друг о друге и о масштабах вербовки. Они были разбиты на тройки и пятерки, которые никак не пересекались друг с другом. Они должны были действовать вместе. Но… поврозь… Конечно, потом скрыть что-либо будет невозможно. Информация разойдется, будет муссироваться, станут строиться разные гипотезы… Но не теперь, а после дела. Тогда это будет уже не страшно, так как отыщутся десятки объяснений, кто и для чего учинил все эти безобразия. И кто-то возьмет на себя ответственность, кто-то сокроет информацию, кто-то исказит ее до неузнаваемости, и вряд ли найдется человек, который сможет объединить разрозненные факты в единую цепочку причинно-следственных связей, потому что для этого нужно знать всё, а не отдельные частности, которые будут преданы огласке. Да и кому это нужно будет? Всё это потом. А теперь… Нужно как следует проверить с пристрастием всех и каждого, чтобы это «потом» наступило. Дабы ни в ком не ошибиться. Словам и анкетам здесь доверять нельзя. Мало ли кто и что о себе расскажет! Негоже тащить в дело людей, которые считают себя суперменами. Или таковыми считают их соседи или приятели. Нужно еще посмотреть, что они за супермены. Нужно их на зубок попробовать. И лишь после этого… – Видите мишени? – Допустим. – Сможете поразить их с этого расстояния? – Девятьсот метров? Для этого мне нужно получить оружие, примериться к нему, пристрелять. Каждая винтовка, в особенности снайперская, имеет свои особенности, свой характер. – Какое оружие вы предпочитаете? – Любое. Но приличных, хорошо зарекомендовавших себя фирм. Лучше европейских, тех, с которыми мне приходилось иметь дело раньше. Но при необходимости могу стрелять хоть из рогатки. Война не стрелковый спорт, где можно привередничать, на войне нужно уметь стрелять из чего угодно. – Хорошо, вы получите нужное вам оружие. И получите сутки на привыкание. Через сутки зачет. Зачет… Зачет… А этому – нет. Этот не годится. Он мажет. Зачет… Зачет… А этого взять на заметку. Очень хорошие результаты. – Ну что, испытания закончены? – Практически да. Остался пустячок. Знали бы они про этот «пустячок». Предупредил бы их кто-нибудь заранее… А впрочем, не новички же они – должны были догадываться. Не могут же всерьез считать, что для вступления договора в законную силу сторонам достаточно будет ударить по рукам! Если так, то они сильно ошибаются. Словам в этом мире никто не верит, равно как бумажкам с подписями и даже с гербовыми печатями. В таких делах договоры на бумаге хождения не имеют. Это он точно знает, на собственном опыте! Эти юридические основы им еще в приснопамятных Учебках преподали. Очень популярно и доходчиво! Там они, будучи еще мальчишками, и заключили главную свою сделку, которую нельзя, невозможно отыграть назад. Так почему бы и здесь?.. По той, проверенной рецептуре! Иначе – никак! * * * – Вы видите этого человека. Человека нельзя было не увидеть. Он был на стрельбище, но не был стрелком. Человек привязан к вкопанному в землю столбу возле мишеней, на голове у него бумажный мешок. Его нашли, выкрали и доставили сюда завербованные исполнители. Это был для них экзамен, проверка. Они справились со своей работой. Но человек был не один, были и другие. И все они были боевиками и все заслужили то, что заслужили. – Сейчас вы разберете оружие. Получите патроны. Боевые. И будете стрелять вон в ту мишень. Все разом, но так, чтобы попал каждый. – Эй, мы так не договаривались. – Так давайте договоримся. За этот тренировочный выстрел, если не промахнетесь, вы получите гонорар: по три тысячи долларов каждый. Три тысячи за минуту работы. Есть возражения? Возражений не было, за этим они сюда и прибыли – деньги зарабатывать. А эти деньги, точно, были легкими. А работа – та же самая. – Задача всем понятна? А чего тут не понять – взять винтовку, дослать патрон, прицелиться и произвести выстрел. Правда, стрелять придется в живого человека. Но ведь они утверждали, что уже стреляли, что убивали. Для них это привычное дело. Так вот пусть на деле это докажут. А не на словах! – На исходные. Встали в рядок. Получили винтовки, но почему-то все разные – несхожих типов и калибров. И по одному патрону. – Заряжай. Человек, привязанный к столбу, забеспокоился, зашевелился – услышал клацанье затворов. Чужого языка он не знал, но эти характерные звуки никакого перевода не требовали. Он слышал их раньше, слышал не раз и всё понял. Он стал дергаться, пытаясь выпутаться из веревок. Стал мычать, потому что кричать не мог из-за кляпа во рту. – Изготовиться. Винтовки были вскинуты и замерли параллельно земле. – Целься. Прицелились… Длинная, длинная, длинная пауза… Чтобы все осознали. И приняли решение… – Залп! Разом бахнуло пять выстрелов. Разом вскинулись дула винтовок. Человек у столба дёрнулся, откинулся назад, начал оседать, сползать по столбу вниз. На его груди и животе стали расползаться темные кляксы. И еще одна на бумажном мешке, надетом на голову. Эта клякса была самая страшная. – Оружие к ноге. Все опустили винтовки. Инструктор, не спеша, направился к телу. Наклонился над ним, стал осматривать раны. Обернулся. Пошел назад. – Четыре пулевых ранения, – сказал он. – И пять винтовок. Как это понимать? Все недоуменно переглянулись.