Ангел с ледяными пальцами

Прошедшие войны, когда морда в морду, когда солдат против солдата и пушка против пушки, канули в Лету. Последняя траншейная война бесславно закончилась в восемнадцатом году. В Гражданскую, во Вторую мировую, в Корее, Вьетнаме, в многочисленных вооруженных конфликтах воевали не числом, но уменьем. Уже никто не растягивал фронты параллельными линиями, не зарывался в землю на годы, не сидел сиднем в окопах, сгнивая заживо от «траншейной стопы» и стреляясь от безнадёги. Война вышла на оперативный простор. Побеждал тот, кто умел быстро принимать решения, перегруппировывать силы, перебрасывать их под носом у врага туда, где намечались главные направления ударов. Кто способен был концентрировать живую силу и технику в направлении главного удара, создавая мощный кулак и нанося им неожиданный, сильный, разящий удар, прорывая оборону врага и прорываясь в его тылы. А тот, кто воевал по старинке, попадал в котлы, где перемалывались в крупу целые армии.

Он не мог позволить себе воевать так, хотя бы потому, что в его войне не было и не могло быть передовой, ближнего и глубокого тыла. У него вообще не могло быть тыла, так как все тылы были линией фронта.

Его противник был рассредоточен по огромной территории, он не носил форму и не имел знаков отличия, не состоял на воинском учете. Он был повсюду. Невидимый. Наступать на него в лоб было невозможно, потому что не понять было, где у него этот самый лоб. Наступая в лоб, можно было запросто угодить… совсем в другую часть тела. Что и случалось на практике со многими спецслужбами.

Нет, тут удар должен быть адресным, неожиданным, сконцентрированным и одновременным. На всем театре боевых действий. И начинать следует с самого сильного, опытного и потому опасного врага, который первый сможет очухаться, перегруппироваться и развязать встречные боевые действия. А вычислить его можно по… все тем же закупкам!

Вот для чего необходимы нарукавники!

Поехали:

«Снайперская винтовка Barret M82, калибр 12,7 мм, оптика… Патроны – пять ящиков, в том числе бронебойные» – это серьезная заявка, этих нужно взять на заметку.

«Пластид семьдесят килограммов»… Ого! Взрыватели, в том числе радиоуправляемые и посредством мобильных телефонов… И этих не упустить, а передвинуть в начало списка…

А вот этих, с банальным толом и бикфордовыми шнурами, можно пока отложить. В недолгий ящик. Но совсем отложить нельзя. Тол – он тоже не игрушка, с его помощью можно немало бед натворить.

Оп-па… Зарин из запасов чуть ли не Второй мировой войны… Это, конечно, экзотика, но вполне себе работающая экзотика, посредством которой можно уйму людей к праотцам отправить, причем по-тихому, почти ничем не рискуя. Распылить где-нибудь в кинотеатре перед сеансом, и все дела. Надо их тоже в первые позиции… Психи с ОВ – это может быть серьезно.

Вот этих поближе… И этих… А этих во второй эшелон. Такая примерно иерархия приоритетов. Если судить по вооружениям…

Теперь по персоналиям. Кто там более агрессивный, кто отмечен харизмой, кто способен поднять и повести за собой бандитские массы? Этих надо в первую очередь, потому что роль личности в истории никто не отменял. Неудачливый живописец и параноик Гитлер полмира разворошил.

Далее по программам. Их можно узнать, почитав и послушав политические заявления, комментарии, угрозы. Кто там больше всех кулаками машет? Тот, кто машет, рано или поздно будет вынужден бить! На это тоже надо сделать поправку и посмотреть, кто те угрозы ранее воплощал в жизнь. Кто уже стрелял, взрывал, травил… Эти – самые опасные, они преступили черту, и им уже ничего не страшно. Этих – на первые позиции…

Однако немаленький списочек получается. Со всеми разом не справиться в одиночку. Значит, нужны помощники.

Шпики здесь не годятся, они для других целей. Это товар штучный и в драке бесполезный. Здесь нужно что-нибудь попроще, скажем, рядовые бойцы. Значит, необходимо, как это бывает на войне, провести мобилизацию. Желательно всеобщую! Разослать повестки и поставить под ружье всех, кто может хорошо держать оружие. Кто умеет с ним управляться лучше других! Без этого никак. Один, конечно, в поле воин, но без рядовых бойцов ему не обойтись. Без пушечного мяса не обойтись!

Правда, мобилизация – это прерогатива государства. Значит, вместо мобилизации нужно объявить рекрутский набор. Это в традициях старушки-Европы, где по кабакам шастали вербовщики, расписывая легкую и денежную жизнь на службе у очередного барона, князя или государя императора, которому приспичило воевать с соседями. Так формировали целые армии.

Вот и пусть ищут-рыщут по странам и весям, получая за рекрутов проценты. Им и карты в руки. Ну, не самому же эту колоду тасовать!





* * *


– Вы где служили?

– Где только не служил. В Африке, Латинской Америке, немного в Азии. В Антарктиде не служил. По крайней мере, пока.

– В боевых действиях принимали участие?

– Вы это всерьез? Я служил в иностранном легионе, а это не пансион для девственниц-гимназисток, это мясорубка. Или вы думаете, что там будут платить деньги за курортную жизнь на экзотических островах? Иностранный легион создан для войны. Он воюет всегда.

– Ваша воинская специальность?

– Профессиональный солдат.

– А точнее?

– У меня много специальностей: сапер-подрывник, снайпер, могу водить любой армейский транспорт, начиная с тяжелых грузовиков и заканчивая вьючными верблюдами и ишаками, могу стрелять из тяжелых орудий и танков, при необходимости поднять в воздух и безопасно посадить вертолет. Готов, если понадобится, взять языка, сварить кашу, почистить нужник, удалить из раны осколок, расстрелять пленных. За пятнадцать лет научишься всему.

– У вас есть какие-то принципы?

– Обязательно. Служить за деньги и не служить, если бесплатно. Даже если жалованье задержано на один день. Этот принцип незыблем!

– Дурные привычки?

– Много, но все после службы. Вы что, набираете миссионеров-добровольцев для раздачи гуманитарной помощи бездомным африканским детям? Тогда это не ко мне. Я не умею помогать бездомным, я умею воевать.

– Какими языками владеете?

– Смотря для решения каких задач.

– В смысле?

– Если для решения боевых задач, то одиннадцатью языками, по числу стран, где приходилось бывать.

– Одиннадцатью? Вы серьезно?


– Абсолютно! Моего иностранного словарного запаса хватит, чтобы отдавать боевые приказы, допрашивать пленных, озвучивать приговоры, общаться с местными проститутками и объясняться со всякой гражданской сволочью, которая лезет не в свое дело. Смею вас уверить – меня поймут. А нет – пусть пеняют на себя. Если надо будет, я в рамках необходимого легко освою двенадцатый язык. Можете не сомневаться.

А никто и не сомневался. На всякий случай.

– Вы имеете опыт командования?

– А вы как полагаете? В иностранный легион не берут желторотиков, там служат исключительно офицеры, которые до выхода в отставку командовали взводами, ротами, батальонами, а кое-кто и полками.

– Вы можете подобрать команду из подобных вам бойцов?

– Для чего? Для пьянки – да. Если за чужой счет.

– А для драки?

– Смотря какие будут предложены деньги. В первую очередь мне.

– Достойные.

– Тогда не вопрос. Если деньги хорошие, могу собрать небольшую, но очень боеспособную армию, штыков на двести-триста.

– Как быстро?

– В три дня, если денег добавить.

– Тогда, возможно, нам понадобится ваша помощь.

– Не вопрос. Только скажите, куда вы меня вербуете? В какие страны предстоит командировка? Африка, Азия? Какие прививки делать?

– Этого я вам сказать не могу – сам не знаю. Мое дело предложить вам работу. Какую – меня не касается. Я всего лишь вербовщик.

– А раз вербовщик, так вербуйте меня. Предлагайте цену!

А вот это уже разговор. Деловой!





* * *


В небе светило солнце, у ног плескалось море, в бокалах искрилось вино. Хорошо одетые джентльмены сидели возле бассейна.

– Мне порекомендовал вас Дон…

– Не надо имен. Я догадываюсь, о ком вы говорите. Это очень уважаемый человек, и поэтому я готов выслушать вас. Что вы хотите?

– Мне нужна помощь в одном весьма щекотливом деле. Уважаемый Дон… уверял меня, что вы можете решить мою проблему.

– Мы умеем решать проблемы. Мы всегда решали проблемы, свои и чужие. Пейте вино. Это хорошее вино восемьдесят девятого года из моих виноградников. Вон тех, с западного склона. Чувствуете аромат? Это был очень хороший год. Какое было солнце! Ягоды впитали его тепло. В тот год у меня родился второй сын…

– Да, действительно отличное вино.

– Мы всегда жили на этой земле – мой отец, мой дед, прадед, прапрадед. Мы чувствуем эту землю. Нас называют бандитами, а мы крестьяне, мы любим труд на нашей земле. Не знаю почему, но из нас делают каких-то злодеев. Кинематографисты делают. А мы просто крестьяне. Мы умеем пахать землю и бросать в нее зерна. Мы растим виноград и делаем из него прекрасное вино. Но вы видите эту землю… Ее трудно возделывать, и именно поэтому она нам дорога. Нам всегда приходилось защищать ее, и мы научились воевать. Точно так же, как ухаживать за виноградниками и откармливать скотину. Мы делаем это хорошо, поэтому люди обращаются к нам. Когда мы прибыли в Америку, то тоже хотели возделывать землю. Но там были янки, которые прибрали к рукам всё. Они хотели, чтобы мы батрачили на них! И нам пришлось доказывать, что мы не хуже их. Мы дрались и в драке обрели свои права. Среди нас появились очень достойные люди. Их услугами пользовалось даже ЦРУ. Из управления пришли к нам, когда нужно было уничтожить в доках фашистских шпионов и диверсантов. С ними никто не мог справиться, даже янки. Но мы справились. Для этого американцы выпустили на свободу одного уважаемого человека.

– Вы имеете в виду Аль-Капоне?

– Я не упоминал его имени. Имя назвали вы. Все знают Аль-Капоне – он раскрученный персонаж. Но он был не один, кроме него были другие, не менее уважаемые люди. Аль-Капоне стал известен, потому что сел в тюрьму. Ему не повезло. А другие остались на свободе, так как были в тени. Они тоже были крестьянами, но им пришлось забыть о своем ремесле. Вы пришли ко мне за помощью. Я уважаю человека, который вас рекомендовал. И я готов помочь вам. Вряд ли вы хотите узнать, как выращивать виноград?

– Да, я далек от крестьянской жизни.

– Жаль. Я бы с удовольствием вам об этом рассказал. Но у вас проблемы. Скажите какие?

– Есть люди, смертельно обидевшие меня. Я должен отомстить.

– Чем они навредили вам?

– Они погубили моих близких. Убили не специально, но вместе с другими.

– Это плохо. Убивать нужно, когда есть причина. Когда есть обида. Или кто-то хочет забрать твою землю… Вы решили отомстить?

– Да.

– Так в чем дело? Вам нужно оружие?