Адское турне

– Похоже, стреляли, – сказал я, разглядывая бараки. В них были дырки. В стенах. Но только эти пули, если это были пули, оставляли после себя следы, как от…

– Бог ты мой. Из чего тут шмаляли? – это сталкер тоже увидел дырки в стенах. Некоторые отверстия были сантиметров в тридцать шириной, другие – под метр.

– Крупнокалиберный пулемет? – спросил я.

– Не, даже он таких не оставляет. Будто мини-ракетами шарахали. Или…

– Или что? – спросил я.

– Или из того, что мы еще не видели, – ответил Ожогин.

Он остановил «буханку», не доезжая до лагеря.

– Макс! – крикнул он.

– Да! – отозвался голос сверху.

– Ты видишь это?

Он ответил:

– Ты про дырки, в которых два меня пролезет? Да, вижу. Что это?

– Не знаю, – ответил сталкер, – но мы с Лехой двинемся выяснять. Твоя задача – прикрывать. Кто бы ни высунулся, непохожий на нас, – стреляй!

– А если это будет свой? – спросил барабанщик.

– Если бы тут были свои, нас бы уже встретили, – ответил капитан. – Вон, смотри! – это он уже мне показывал. Будка охранника справа от дороги была разрушена. От нее фактически осталось только основание, крыша исчезла. Как и тело самого охранника.

– Черт! – выдохнул я.

Капитан дал мне карабин, сам взял «калаш».

– Предохранитель сними! Мне! – сказал я ему.

– Ну ты, блин, даешь… даже это выучить не можешь. Ты мне в задницу случайно не пальни.

– Я постараюсь!

Из автомата мне уже доводилось стрелять, но это все было в адреналиновом угаре. Я даже не замечал, как жал на курок, как целился. Воспоминания растворялись в тумане и кровавом мареве.

Сталкер помог мне с предохранителем, и мы двинулись вдоль обочины. Ожогин заглянул в остатки будки охранников.

– Черт! Крови много! – сказал он. – Она тут везде.

– А тела? Тела есть? – Я тщетно пытался заглянуть ему через плечо.

– Нет, никого нет! – сказал он.

– Забрали? – спросил я.

– Зачем? – шепнул мне на ухо сталкер. – На хрена кому-то забирать тела?! Теперь как можно тише – вдруг они еще здесь. Я иду первым, твоя задача – прикрывать тыл. Справишься?

Кивнул, хотя даже не представлял, что надо делать. «Прикрывать тыл» – отлично. Буду смотреть назад и надеяться, что смогу в нужный момент прицелиться и нажать на курок.

Сталкер заметил, что я нервничаю.

– Не ссы. Когда все… если все завертится, руки сами вспомнят, что надо делать. Ты ведь уже стрелял. И неплохо, кстати, – сказал Ожогин и хлопнул меня по плечу.

– У тебя гранат нет? – спросил я.

– А зачем они тебе? Ты с карабином-то справься, а то точно угробишь нас обоих. Гранаты еще захотел… тоже мне Рэмбо, блин.

Он, пригибаясь на уровень кустов, растущих по бокам от дороги, двинулся в сторону лагеря. Я – за ним.

Оглянулся назад – «буханка» стояла в лучах солнца. Макс мне показал на прощание средний палец – вот скотина, умеет же приободрить товарища. Главное, чтобы прикрыл нас из пулемета, если что.

Мы дошли до первого барака. Сталкер показал рукой – за угол. Выбежали из-за кустов и нырнули за здание. Притаились в тени.

– Слишком тихо! – прошептал сталкер. – Куда все делись?

«Они вымерли. Вымерли!» – подсказал внутренний голос, но я поспешил заглушить его. В итоге стал урчать желудок.


Ожогин посмотрел на меня, переведя взгляд на живот. Скривил губы. Я пожал печами – дескать, что я могу поделать? Он сам по себе существует, меня не слушает.

– Прикрой меня! – он показал на дверь барака.

Сталкер вышел к ней и резко распахнул дверь. Я инстинктивно отшатнулся, видимо, ожидая, что сейчас на меня оттуда выпрыгнут сразу несколько зомбаков. А может – мутантов. Непонятно, что еще хуже.

Никто не выпрыгнул. Только запах. Потных носков и немытых тел, плюс к нему добавлялся еще один…

– Тут кровища повсюду, – прошептал сталкер.

Он показал на пол, но поздно: я как раз вступил в одну из лужиц, поскользнулся на ней и упал.

– Черт! – охнул я, распластавшись в луже крови.

Сталкер подошел ближе, но оружие не опустил.

– Живой там?

– Да, задницу только отбил, – прокряхтел я, пытаясь подняться, но пальцы снова скользнули по крови. Шлепнулся обратно.

– Ну ты и тюлень, – сказал сталкер, подав мне руку. – Надеюсь, нас никто не услышал.

Услышать было некому. По крайней мере здесь. Видимо, раньше это был бар для сталкеров. По правому краю барака-вагона тянулась длинная стойка с бутылками. Над ней – огромное отверстие в стене, его края в крови, рядом осколки бутылок. Тела бармена нет.

Сталкер даже перегнулся через край, чтобы проверить, – трупа не было и там.

– Черт, что здесь творится-то вообще? Вот же срань! – прошептал он.

– Гляди! – показал я ему на другую стену.

На ней красовался кровавый подтек. Словно кто-то, падая, пытался удержаться за стену. Но она была слишком скользкая, поэтому жертва стекла по железу на пол.

– Что же это такое? – прошептал сталкер.

– Его забрали, – ответил я ему.

– Он удивлено поднял бровь, но потом заметил, куда я смотрю. По полу тянулись следы – жертву утащили в соседнее помещение.

– Там что? – спросил я.

– Кухня… Была… – ответил сталкер.

Он снова поднял автомат и пошел к двери. Осторожно заглянул за нее.

– Что? Что там?

– Ничего! – ответил он.

Я выдохнул. Подошел и осторожно выглянул из-за плеча. Следы вели через кухню, тут же к ним присоединялись еще одни. Вместе они выходили за дверь. Та скрипела на ветру.

– Их вытащили отсюда, – констатировал Ожогин.

– Куда? Зачем? – спросил я.

Тот пожал плечами:

– Откуда же мне знать?!

– Черт! Зря мы сунулись…

И тут его взгляд упал на стену:

– А ведь нас ждали!

На стене у двери красовалась афиша с огромным логотипом «Рок Зоны», в котором узнавались хищные засечки фирменных шрифтов сразу многих металлических групп – от Iron Maiden до Metallica, но был еще добавлен значок радиационной опасности в центре.

– Стильно, – улыбнулся я.

– Да! Я ведь даже еще не видел готовый вариант, – произнес сталкер.

– И это тоже не видел? – спросил я.

Внизу – под лого и нашей фоткой было крупно выведено название гастролей: «Адское турне».

– Это не мой креатив, – ответил Ожогин таким тоном, что стало понятно – именно его слово в оформлении и стало решающим. – Я тут не при делах.