Возлюбленный враг (СИ)

И тут я услышала шум за своей спиной. Не такой уж и тихий, как можно было бы ожидать. То есть, если кто-то решил пробраться к нам в дом, в такое время, он бы старался вести себя потише? А этот… “гость” практически вломился в нашу обитель! Еще и через окно! Хлопнула створка, потом я услышала шорох и грохот. И вдобавок ко всему, незваный и несколько неуклюжий ночной посетитель, сдавленно ругнулся.
Обернувшись и прижавшись спиной к двери в комнату Мирки, я никак не могла ничего разобрать. Луна была довольно яркой, что только добавляло путаницы в эту мешанину тусклого света и густой тени. Пока ночной гость не встал с пола и я смогла четко рассмотреть силуэт мужчины на фоне окна. От испуга я боялась дышать. Что делать? Спрятаться за дверью в комнате Мирки? Я стала нащупывать ручку двери, заведя руку за спину. Но едва я ее коснулась, как она стала поворачиваться. Наверное, моя подружка проснулась тоже услышав шум! Почему-то это послужило сигналом к началу моей паники. Я заверещала и вломилась к подружке, чуть не ударив ее дверью. Тут же захлопнув ее, привалилась к полотну, испуганно дыша и таращась на Мирку.
— Ты что творишь?
Мирка на удивление спокойно это сказала, она и на мое “нападение” отреагировала вполне адекватно, быстро отскочила на пару шагов назад, освободив мне место для маневра.
— Тым хто-то ыст.
Мое “лекарство для немоты” еще не полностью закончило действие, говорила я исключительно на выдохе и громким шепотом. Но она меня поняла. Ну, почти…
— Кто это там “ест”? У нас тут харчевня что ли? Больше негде было?
С этими словами, она подбоченилась и подошла ко мне, с решительным видом отодвинув в сторону. Ее совсем не смущало то, что она в длинной ночной рубашке и тонкой шали, накинутой сверху только, еще и босиком. Я вцепилась в нее, замотав головой:
— Ны! Ны!
— Да что такое-то?
Объяснять ее ошибку было долго. Я быстро оглянулась и не нашла ничего лучше, как пальцем указать на дверь, а потом на ней же написать “чужой”. Выговорить я этого слова точно не смогла бы. Да и горло слишком напрягать приходилось.
— Я поняла, что там кто-то чужой. Я не поняла, чего он сюда жрать посреди ночи приперся! — говорит тут моя подруга.
Я уставилась на нее, не совсем понимая. Это она со сна, так туго соображает, или все же, надо мной вполне серьезно издевается? Мои размышления прервал стук в дверь. Мы уставились на нее, дружно опешив от такой наглости, а потом и друг на друга. Наш гость услышала наши голоса? Пришел спросить разрешения на ограбление или все же извиниться за то, что напугал столь неурочным визитом?
Мирка протянула руку, чтобы открыть, но я опять вцепилась в нее, повиснув на ней и мотая головой, умоляя этого не делать. Она с шумом сдула прядь со лба и закатила глаза. Оглядевшись, взяла, в свободную руку, вазочку с сухим букетиком, а потом указала мне подбородком на дверь, угрожающе подняв свое “оружие”. Пришлось мне открывать.
Но этого я сделать не успела, только руку протянула, как стук и более настойчивый, снова раздался.
— Кто там?! — рявкнула Мирка не сдержавшись и еще выше вазочку подняла.
— Бруми.
Мы снова переглянулись в недоумении. Судя по лицу Мирки, ей это имя тоже ничего не говорило.
— Пошел отсюда, сейчас стражу позову!
— Не надо стражу! — испуганно и поспешно ответил наш гость.
— Воришка! — хищно прищурилась Мирка.
А я напротив, отпустила ее руку, немного придя в себя. Голос знакомым показался и я открыла дверь. На пороге стоял ученик лекаря.
— Чтоб тебя! — чуть не швырнула в него все-таки вазой Мирка, но я вовремя успела ее перехватить. Ваза осталась в ее руке, а вот букетик показал чудеса летучести, в миг преодолев разделяющее нас расстояние и попав парню в лицо. Мы дружно уставились на сухие былинки упавшие к его ногам.
  
21.1
 
— Ты что тут делаешь? — первой пришла в себя Мирка.
— Спрячьте меня, пожалуйста, — вспомнил о цели своего визита парень.
— С чего вдруг и от кого это?
— Я ограбил аптекарское хранилище.
 
— Хо?! — в изумлении выдала я.
— М? — в изумлении некотором уставился на меня Бруми, как мы запоздало выяснили.
Звук получился все же хоть и не опознаваемый, но слишком громкий. Немой точно такое не доступно воспроизвести.
— Зачем? — напустилась на него Мирка, одновременно задвигая меня себе за спину, концентрируя внимание на себе.
— Для того, чтобы достать ингредиенты для лекарства, конечно! — возмутился он.
— А у мастера своего ты их попросить не мог?!
— Он мне отказал, — опустив голову ответил парень и тише добавил: — Сказал, что вы шарлатанки и…
— И что, надо было сразу грабить аптеку лезть? — не дала ему договорить Мирка, отказываясь слушать мнение “доки”. — Да в этом саду, четверть нужного растет, просто на клумбах! А у вас еще и аптекарские грядки тут есть! Чуть-чуть взять и никто ничего бы и не заметил! А остальное мы могли бы купить! Или придумали бы, что-то еще как достать!
Так вот куда она ходила сегодня, догадалась я. Рыскала по саду, высматривая чем можно поживиться. И я даже не успела ей рассказать, что столкнулась с Бруми и мы почти договорились. Она просто не сомневалась, что он придет к нам, сообразила я. Это было так на нее похоже.
А ученика лекаря мне стало жалко. Он молчал, опустив голову и ссутулившись еще больше. Он же все время так ходит, вспомнила я. Стараясь, хоть немного скрыть свое лицо, опуская его ниже, прикрывая с боков волосами. Оправдывать его конечно не стоило, но и понять несложно. Вдруг узнать, что существует лекарство от его “болезни” которую в один голос все называют неизлечимой. Даже всеми признанные кудесники ничем не могли ему помочь. А каково это, жить с таким уродством, кому, как не мне знать? А ведь он даже не знает, каким было бы его лицо, если бы не ожог. и в детстве, наверняка натерпелся. И потом, смотрел со стороны на своих погодок, что становились взрослыми парнями, ухаживали за девушками. А от него в ужасе шарахались.
С улицы послышался шум и нам пришлось отбросить разбирательство на потом. Мирка сердито попыхтела, но все же указала ученику на дверь ванной комнаты. Тот, не задавая больше вопросов, быстро прошел куда велено и тихо прикрыл за собой дверь.
— А ты чего стоишь? Раздевайся, — велела мне Мирка, окинув хмурым взглядом.
А сама стала тут же выдергивать шпильки из моих волос, распуская их. Точно, сообразила я, наконец. Сейчас же глубокая ночь, а я полностью одета! Но сбросив туфли и чулки, стянув платье и нижнюю юбку, я осталась в короткой сорочке, едва прикрывающей бедра и панталонах, лишь немного ниже края верхней половины моего наряда — нельзя же в таком виде, с почти голыми ногами и руками, показаться перед посторонними!
— Ы? — указала я на ночную сорочку Мирки.
Должна же у нее была быть еще одна, хотя бы? Но тут она уставилась на меня и прикусила губы, бегая глазами по сторонам.
— Ы?! — заподозрила я неладное.
— В стирку отдала, — призналась смущенно Мирка.
Это было не удивительно. Избавиться от необходимости стирать, она всегда была рада. Но почему же так не вовремя?!
— А ты знаешь, они тут даже не руками стирают! — сгребая мою снятую одежду в комок, быстро запихивая ее в шкаф, разглагольствовала Мирка. — Там в прачечной у них такой большой чан, а внутри лопатки. Надо обязательно тетушкам рассказать. Лошадь по кругу ходит и они вертятся…
— Ы!!! — перебила ее восторги и развела руками, напоминая, что я тут почти голая стою!
И в этот момент во входную дверь заколотили.
— Беги к себе, — тут же скомандовала Мирка.
Хоть одна разумная мысль! Пока она будет отвлекать стражу, успею натянуть ночнушку. Вполне нормально, если не сразу выйду, ночь же на дворе. Я сорвалась с места, босая, бесшумно преодолев расстояние между нашими комнатами в три секунды.
— Что за шум? С ума вы сошли? Ночь на дворе. Сейчас стражу крикну!
— Простите, госпожа. Мы и есть стража.