Любовь предусмотрена контрактом (СИ)
— Что ты хочешь сказать?
— Враг выяснял силу и уровень контроля соперника, чтобы понять, получится ли в будущем перебить контракт.
Да, я все рассказала Клоду. Не во всех подробностях, конечно. Но кто — то же должен объяснять, что происходит, пока меня отвлекают властные мужчины.
— Тогда для каких целей существует Крэйстан?
— Не знаю, — призналась металлическая статуя. — Но участие Незыблемого мне не по нраву. Впредь избегай его внимания.
Кстати, не только Рэйн укрепил свои позиции. Кларида с помощью таинственного благожелателя возглавила род ле Шан. Метод Георждиана обзавелся поправками и вновь занял лидирующие позиции, составив достойную конкуренцию методу Рэйна. Бывшие жених и невеста схлестнулись в жестокой битве теперь уже на ином поле.
Все что мне было известно про Мадину — она продолжила обучение в Дореи и делает успехи. Мастер Хат — Тэм, кстати, взял ее под опеку. Он больше не служил роду ле Мералль, оставшись верным методу Айрэма.
— Раз зашел разговор о Гере. Дело в том, что он выдвинул интересную теорию касательно меня.
— Ты не Незыблемая, — Клод даже взгляда не поднял, продолжая изучать пустыми глазницами не отмывающиеся пятна на мече. — Уточни у Атроса, если сомневаешься. Он знает все о старой гвардии лэйтарцев. Человеческая личина не скрыла бы от него незыблемую суть.
Как раз у Атроса я спрашивать не хотела. Чем меньше знаешь о Первых Лэйтарии, тем сон крепче и безопасней. Не зря подданные Золотой оси избегают тайну их личностей. Если долго думать о природе Незыблемого, он начнет думать о тебе. Или как — то так.
Но, возможно, в биографии Геры стоит покопаться. Врагов не наберешься, чтобы каждый раз приходить мне на помощь. А если Незыблемый хотя бы вполовину такой же сталкер, как Странник, новой встречи не избежать.
— Но со мной что — то не так? — Продолжала допытываться до бога с опасным оружием в руках. — Я не такая как все нормальные люди?
— Все Избранные не такие.
Обтекаемо.
— Я отличаюсь от других Избранных? — Уточнила, зная, что забытые боги профессионально умалчивают важную информацию. — Гера не просто так проявляет интерес? Мне показалось, будто он понял обо мне что — то такое, чего я не знаю.
Клод отложил меч.
— Задай тот вопрос, который действительно хочешь задать.
Я мгновенно залилась краской. Забытый бог понял, что меня беспокоит. Дело касалось Врага. А между Клодом и Тинхе существовала определенная напряженность. Речь не о том, что один бог Центра, а другой фанатик. В свое время, Клод едва не убил Врага, а Враг в отместку переманил на свою сторону лучшую и любимую Избранную забытого бога. Ситуация немного сгладилась, когда Тинхе отошел от подрывной работы в рядах детей жребия, а Клод познакомился с возрожденной богиней. По крайней мере, злобная статуя больше не кидалась в меня острыми предметами за упоминание Врага в стерильном мире.
— Мне кажется, — осторожно начала я, — Тинхе чувствует ко мне нечто большее, чем симпатия или вожделение.
Клод моргнул пустыми глазницами.
— Речь о любви?
Скользкая дорожка. Алиса какое — то время тоже считала, что Враг ее любит.
— Да. Я к тому, это ведь невозможно, так? В природе лэйтарцев не предусмотрена любовь. Это противоречит фундаментальным законам их мира. Я видела, что случается, если чужеродная субстанция проникает в мир, где ей не место.
Я не думала, что Тинхе обманывал меня, говоря о любви, но он вполне мог обманывать себя.
— Отнюдь. — Ошарашил ответом Клод. — В Лэйтарии есть лэй, которые способны любить. Само чувство на территории мира существует. И если на одну невероятную и крайне сомнительную секунду допустить, что Враг честен в словах и начал испытывать нечто похожее на любовь, этому тоже есть объяснение.
— И?
— Ты.
— Эм… — промычала я, морща лоб от напряжения. — Он полюбил меня, потому что полюбил?
Клод изобразил странный металлический звук, похожий на карканье. Короче, посмеялся надо мной.
— Какой абсурд! Враг не первый лэйтарец, получивший способность любить. Ты — первооткрыватель. Ты внесла изменения в мир так, что он не смог защититься. Ты влюбилась, а потом тебя признали лэйтаркой. Таким образом существование любви стало возможным. Это не значит, что все лэйтарцы получили к ней доступ. Ты всего лишь исключение, подтверждающее правило. Какие — то изменения могут начаться через сотни, а то и тысячи лет. А могут и не начаться.
— То есть, — шумно сглотнула. — Враг любит меня?
Клод посерьезнел.
— Гипотетически он может испытать это чувство. Крайне сомнительно на мой взгляд, но не невозможно.
— Враг считает, что Атрос подсунул меня ему в качестве подкупа или отвлечения.
Клод почесал подбородок.
— Тогда уж в качестве кары небесной за его грехи.
— Эй!
Забытый бог поднялся на ноги, и швырнул мне под ноги меч. Спрашивается, зачем так долго его чистил?
— На платформу.
— Опять тренировки? У меня двухнедельный перерыв!
— Ты трижды позволила себя похитить, Избранная. О каком перерыве может идти речь?
— Клод, имей совесть. Я только что развелась. Мне нужна передышка.
— Избранная сто сорок семь дробь два — на платформу!
— Сердце болит, Клод. Меня бросили у алтаря. Все потому, что я не могла подарить ему сына. Это было ужасно! Я сломлена.
— Ты пробыла в Крэйстане шестьдесят четыре дня, а рассказала только о шестидесяти одном. Платформа или еще поговорим?
Гм.
— Да ладно — ладно! Взяла я меч, видишь? Дались тебе те три дня? Я свободная женщина. Могу себе позволить немного… Ай!