Мийол-ученик (СИ)

Сосредоточение на истории помогло успокоиться, причём обоим.
Правда, развязка это спокойствие разбила вдребезги. Сестра расхохоталась, искренне. Но обижаться он и не подумал. Хотя бы потому, что она в процессе прижалась к нему существенно теснее. И про страхи свои — просто-напросто забыла.
— Ты теперь обижен на инь-Ксорирен? — спросила она, поуспокоившись.
— Если честно — нет. А может, и обижен, но чуть-чуть. Во всей этой истории мне больше всего жаль, что я сам, хоть и невольно, обидел Ассиле.
— Добренький братик, — мурлыкнула Васаре. — Деликатный, аж жуть.
С ответом Мийол задержался, а потом и не нашёлся: приподнявшись и подвинувшись, она перебралась на него почти целиком, притом так, что верх её левого бедра упёрся ему меж ног. Что вызвало естественную физиологическую реакцию. Да и сама она, судя по всему…
— Ты перекрыла чресельный узел?
— Агась.
— И как оно?
— А ты сам попробуй.
— Но…
— Йо, не дури. И будь уже посмелей. Я… ты мне не повредишь. Раньше я уже занималась… этим. Пусть и не…
— Забудь про раньше, — рыкнул он. — Только здесь, только сейчас, только ты и я!
— Уже забыла… капитан.
Одновременно с последним словом Васька оседлала его полноценно. Одним решительным движением, до упора. Замерла, глубоко и неровно дыша.
— Могу я открыть глаза?
— Зачем это?
— Я хочу видеть тебя. Всю.
— А если я скажу «нет»?
— Значит, буду жмуриться. Но это нечестно!
— Почему?
— Ты меня видела и видишь, а я…
— А ты сам дал мне полную свободу, так что не жалуйся теперь.
— Эх…
— И не вздыхай! Или тебе что-то не нравится?!
— Всё мне нравится. Но хотелось бы всё-таки тебя видеть.
— Ничего особенного ты не увидишь.
— Васька, ты опять? Сколько раз мне…
Мозолистая ладошка запечатала ему рот.
«Смотреть нельзя, говорить нельзя. Вообще ничего нельзя! Прямо таки это… тотальное доминирование и безоговорочное владычество!
Хотя… вот это — вполне можно. И даже нужно. Обоим.
Ох, до чего хорошо-о-о…»
А потом Мийол услышал, как всё более громкие стоны Васаре перешли в протяжный крик, ощутил скручивающую всё её тело тугую волну наслаждения — и послал самоконтроль в дальнее чернолесье, так что слов у него в голове просто не осталось.
Вымело вон одной необоримой, яркой, пульсирующей вспышкой.
  
Охотник 17: кланы, кланы, кланы
 
Возможно, немного помогли письма, написанные Симаравети, Финнирдом, Олгеттом и Иткирной своим клановым родичам. Возможно, сыграло свою роль то — по меркам Мутного залива, конечно же — богатство, которое привёз в качестве оплаты за еду «Хитолору». Видимо, призыватель очень сильно недооценил ресурсный голод, наступивший в Даштрохе и окрестностях, поскольку вместо ожидаемой тысячи с чем-то клатов выручил почти две с четвертью.
Но вообще Мийол себя не переоценивал. Получившаяся шумиха организовалась задолго до его возвращения на берег залива, а потому с вероятностью не менее трёх к четырём её подняла Райвеза Выдумщица, лично.
Только её авторитета хватило бы на подобную массовую ажитацию.
Следовало ожидать, что трудности нового начинания, осознанные призывателем только после его встречи лицом к лицу с Таруйид, боевая старушка предвидела заранее — и приняла меры, чтобы ослабевшие кланы Мутного залива выступили единым фронтом. К их общей выгоде.
За что её следовало бы поблагодарить при встрече. Даже дважды: отдельно за политические и за финансовые преимущества. В конце концов, никакого удвоения выручки молодому магу и его команде не светило бы, если бы не настоящее столпотворение представителей ЧЕТЫРЁХ кланов, явившихся на земли Стаглорен. Говоря точнее, помимо хозяев на мини-аукционе за привезённое упорно торговались ещё Думартрен, Сконрен, Гедрасйид и Фалушмор.
С хорошими новостями об руку шли, как водится, новости… не то, чтобы плохие, но при этом неудобные. В частности, к моменту возвращения на «Хитолору» резко стало тесно, потому что немалая доля важных людей из тех самых пяти кланов пожелала посетить Рифовые Гнёзда.
 
Лично — и с перспективными родичами вдобавок.
Хорошо, что у самого крупного зверя среди собравшихся — подмастерья целительства Зарга ян-Думартрен — имелся собственный летающий корабль, достаточно вместительный и для него самого, и для команды, и для немаленькой свиты… и для девятилетнего Итажа юсти-Фалушмор с его телохранителями из ветви Воинов того же клана. Что ж, следовало ожидать: Думартрен — давние союзники Фалушмор, хотя и не вассалы более; никто не удивился их объединению… и прозрачный намёк, что на борту «Синей Чайки» места хватает лишь для Думартрен и Фалушмор, приняли как должное.
Зарг сказал: мест больше нет. Значит, их нет.
Однако из этого автоматически следовало, что все остальные полетят на «Хитолору». А спальных мест на яхте — только восемь…
«Неужто мне икается та шуточка про четыреста пудов людей?»
Хозяев Даштроха представлял четвёртый старейшина Калтахешт эн-Стаглорен, а также два парня-близнеца и молчаливая девочка (все примерно лет двенадцати и по силе — специалисты магии). Их условных союзников — или всё же нейтралов? — на борт поднялось больше. Эксперты: ритуалистики — Лигес ян-Сконрен и алхимии — Такодаре ань-Сконрен (она же — жена Лигеса). Плюс девица немного моложе Васьки и три парня-специалиста от одиннадцати до тринадцати лет. Завершали список пассажиров яхты Мастер Начал и второй старейшина своего клана — Оннуф ян-Гедрасйид с внуком.
Ну, и Мийол со своей командой. В сумме, как нетрудно подсчитать, полтора десятка.
На восемь спальных мест, эх…
Дабы оказать максимальное уважение Оннуфу, пятнадцатилетний капитан отдал ему свою каюту. Особого ущемления он от этого не ощущал: всё равно собирался заменить сон сидячей медитацией на фордеке, так чего бы не сделать широкий жест? Ему не сложно, а Мастеру приятно. И почётно. Команду он тоже потеснил радикально: Шак предстояло пристроиться в рубке… по очереди с Риксом. Пускать туда посторонних? Особенно после того, как на месте резонансного уловителя осталось зиять пустое посадочное место? Ещё не хватало! Опять же, ученица имеет хороший повод держаться подальше от клановых снобов и всех возможных конфликтов на почве межвидовой неприязни (Такодаре думала, будто ей можно морщить нос в адрес алурины? Что ж, она промолчала, поэтому отчитывать её Мийол и не подумал — но реакцию запомнил накрепко и собственное отношение… скорректировал).
Даже с такими перестановками выходило одиннадцать человек на семь кают. Довольно-таки знаковое совпадение: простые числа, совпадающие с ёмкостью внутренних оболочек ауры мага-подмастерья.
И без недовольных итоговым распределением, разумеется, не обошлось.
— Почему нам выделили только три каюты? — вопросил Лигес, сверкая типичными для старшей ветви Сконрен золотыми радужками и глядя на призывателя сверху вниз в обоих смыслах. Хотя при астеническом телосложении, также типичном для его клана, полторы головы разницы в росте не давали полного эффекта. — От Стаглорен летит четверо, от нас — шестеро. Но число кают для них и для нас одно!
Почти такая же высокая, ещё более худая, но с более тусклыми глазами, Такодаре молча поддерживала его, держась за левым плечом мужа.
— Логика довольно простая, уважаемый эксперт. Старейшине Калтахешту нужно выделить собственную каюту хотя бы из уважения к его статусу и годам. Также не вполне прилично делить одно место для сна в случае разнополых подростков, поэтому Стаглорен получили три каюты. Я…
— Замечательно, но…
— Позвольте мне договорить, уважаемый! — голос Мийола остался ровен, но вот давление его ауры опустилось на всех присутствующих. Причём в радиусе, свойственном скорее подмастерьям. Как и Анноле в своё время, Лигес оказался немало удивлён этим трюком…
А потому умолк.
— Благодарю за понимание. Так вот: вам и …уважаемой Такодаре выделена одна каюта как супругам. Вторая — вашей племяннице. И третья, равная по размеру капитанской — она, к слову, обычно принадлежит моему отцу — трём вашим родичам мужского пола. Да, им будет тесновато, но больше места на борту яхты просто нет, я даже все каюты экипажа раздал гостям.