Бал Цветов (СИ)

— Могу я вам выразить своё восхищение? — сделала перед ними милый реверанс Шиповничек. — Розанчик мне всё рассказал, и я хочу, очень хочу поздравить вас всех, мальчики. Вы — просто ангелы!
— Мерси за комплимент, — кивнул Гиацинт.
— Вот ещё выдумала, ангелы! — хмыкнул розовый ангелочек, бывший в родстве с Шиповничек. — Кстати, тебя можно тоже поздравить?
Даже в темноте заметно, как зарделась Шиповничек, тем более что фонарики, гроздьями свисавшие с обеих сторон аллеи, давали достаточно света.
— С чем можно поздравить мадемуазель? — живо осведомился Джордано.
— Я сделала выбор… Мальчики, перед вами — новая фрейлина двора Алой и Белой Розы из свиты принцессы Скарлет! — она ещё раз скромно поклонилась.
Все трое по очереди поцеловали ручку новой фрейлины, а Гиацинт — даже обе щёчки. Шиповничек была на седьмом небе.
* * *
Мак-Анатоль грустно бродил в одиночестве в дальней лавровой аллее сада. Услышав лёгкий шорох, он оглянулся… Перед ним стояла сама королева.
— Добрый вечер, дорогой Мак, — промолвила Пассифлора.
Юноша поспешно поклонился:
— Ваше величество!
Она засмеялась серебряным смехом и взяла его за руку:
— Я королева лишь на этот вечер. Пойдёмте, прогуляемся.
Не смея поверить своему счастью, Мак-Анатоль предложил руку великой мадемуазель.
— Я хочу поблагодарить вас, Мак.
— О, Господи, за что?
Пассифлора улыбнулась:
— За вашу преданность, мой друг. Поверьте, я ценю её очень дорого.
Они пошли вместе в сторону помоста и поклонились принцессам.
"Это счастливейший миг в моей жизни, — подумал Мак. — Жаль, только миг…"
Проходя мимо группы друзей, поздравлявших Шиповничек, Пассифлора поздоровалась с ними. Гиацинт поцеловал ей руку.
— Вы мне обещали, граф. Сегодня вечером! — тихо сказала она. Гиацинт склонил голову:
— Благословите, мадемуазель…
Пассифлора весело рассмеялась и потрепала его по волосам:
— Иди, ты обещал мне!
И она проплыла дальше, словно фея, не касаясь земли. Гиацинт сжал челюсти:
— Проклятье! Такой был чудный вечер, только начинался! — Он яростно сунул руки в карманы.
— Что случилось? — удивился Розанчик.
— Да ничего, меньше надо языком болтать! — зло ответил граф.
— Кому? — достойнейший из пажей собирался обидеться.
— Мне, — вздохнул Гиацинт.
— А‑а, — протянул Розанчик. И тут же спросил: — А почему? Что ты сказал?
— Ничего хорошего. Джордано, исполнишь последнюю просьбу приговорённого?
Флорентиец пожал плечами:
— Само собой… Если ты объяснишь сперва, что я должен сделать.
Гиацинт прищёлкнул языком, потом сказал:
— Будь другом, передай сиятельной маркизе Матиоле, что граф Ориенталь оч-чень желал бы переговорить с ней по важному делу. Скажи, это вопрос жизни и смерти.
— Ты спятил, — убеждённо изрёк Розанчик. — Мадам маркиза растерзает тебя на месте, и все наши старания предотвратить убийство на балу пойдут прахом.
— Возможно, — хладнокровно согласился Гиацинт.
— Может, вы и мне объясните, что к чему? — возмутился Джордано. — Кто эта маркиза?
— Мама Виолы, — пояснил Розанчик. — Этот красавец собрался сейчас просить у маркизы руки её младшей дочери. Я же говорю — спятил!
— Она что, НАСТОЛЬКО против вашего брака?
Гиацинт усмехнулся:
— "Против" не то слово. Слушай, ты ведь из Италии, её земляк, уговори её хотя бы выслушать нас. Скажи, что хочешь! — взмолился граф.
— Маркиза итальянка?
— Неаполитанка! — вмешался Розанчик. — Она обещала зарезать его, если Гиацинт ещё раз заикнётся о женитьбе на её доченьке. И она это сделает! Она уже пробовала!
Джордано перевёл взгляд на Гиацинта:
— Ты её боишься?
Граф засмеялся:
— Конечно, нет! Я просто, гм… опасаюсь её.
— Надо ей рассказать о том, как ты спас жизнь Пассифлоре, она немедленно согласится…
— Не вздумай даже намекать! — зашипел Гиацинт. — Это послужит для неё лишним подтверждением, что я вечно ввязываюсь во всякие сомнительные авантюры и втягиваю туда же её дочь!
Розанчик сочувственно шмыгнул носом.
— Чего вдруг, ты решил говорить с ней именно сегодня? Никак не пойму…
 
— Я дал слово Пассифлоре, что сегодня поговорю с маркизой, — ответил Гиацинт
— Кошмар, — сокрушённо констатировал Розанчик.
Гиацинт засмеялся:
— Рискнём! Джордано, попробуй уговорить маркизу. А ты найди, пожалуйста Виолу.
— Ну ты даёшь, друг! — восхитился Розанчик. — Тебе полагается орден, за доблесть!
— Посмертно, — иронически уточнил Гиацинт. — Позови Виолу. Я буду ждать её под дверью маркизы. Вперёд! Это гораздо опаснее, чем букет чёрных тюльпанов, нарциссов и всяких ядовитых анемон вместе взятых…
Выслав вперёд Джордано для переговоров, друзья пошли на приступ крепости, носившей гордое имя: Матиола…
.
Завтра финал! Читать бесплатно полный текст можно будет всего несколько дней, примерно до среды. Так что, желаю приятного чтения!
  
60.
 
* * *
Маркиза Матиола отдыхала у себя в комнате. Эта черноволосая, смуглая еще молодая дама с очень сильным характером, первая красавица двора короля Тонкошипа VII, была его тайным советником и дипломатическим посланником в других странах. Все теневые, секретные миссии за границей поручались только ей. И никто, кроме мадам маркизы, не умел с таким блеском проводить подобные дела. Она снисходительно взирала на "молодёжный" двор принцесс, где служила её дочь. Здесь мадам отдыхала.
Маркиза как раз собиралась спуститься в сад к вечернему фейерверку, но слегка задремала в кресле. Она уже надела праздничный наряд. Серебристо-серое платье простого покроя, меняющее оттенки от лилово-голубого до светло-жёлтого, очень шло к её смуглой коже. Тонкие, прекрасной формы руки сейчас покоились на коленях.
В дверь деликатно постучали:
— Signiora? Posso entrare?[1] — услышала она обращение по-итальянски. Голос был ей не знаком. (Синьора, поссо энтрарэ?)
— Si, certo, — машинально ответила она. (Си, чэрто).
В комнате появился красивый молодой человек, совсем мальчик.
— Джордано, граф Георгин, — представился он.
Маркиза мило улыбнулась гостю:
— Располагайтесь. Я могу быть вам чем-нибудь полезной?
— Понимаете, синьора маркиза, я был здесь совсем одинок, вдали от родины… Вам, вероятно, знакомо это чувство. Но судьба свела меня с прекрасными людьми, они стали моими друзьями. И вот, один мой друг…
Виола застала Гиацинта нервно расхаживающим перед дверью в покои её матери. Увидев даму сердца, он мгновенно принял беспечно-весёлый вид.
— Что ты здесь делаешь? — спросила она.
— Разве Розанчик не сказал тебе?
— Ещё бы не сказал! Сказал, что ты сошёл с ума. Я вижу, он был прав. Кто там у неё? — Виола кивнула на дверь.
— Джордано. Надеется растопить лёд её сердца слезами преданного друга, — изрёк Гиацинт.
— Давно он там? — с тревогой спросила Виола
— Минут десять… Грома и молний пока не слышно.
Дверь тихо приоткрылась:
— Синьора маркиза согласна принять вас, граф, — официально передал Джордано.
Гиацинт одёрнул камзол. Шляпу он опять забыл в комнате.
"Впрочем, какая разница!" — Он посмотрел на Виолу:
— Подождёшь здесь?
— Ни за что! Пойдём вместе, — решила любящая дочь маркизы Матиолы.
Внешне абсолютно спокойный, Гиацинт переступил порог комнаты маркизы. Матиола сидела в кресле лицом к ним. Прекрасная, как статуя античной богини, и такая же холодная.
— Приветствую вас, граф.
Гиацинт коротко поклонился:
— Добрый вечер, мадам.
— Мне передали вашу просьбу. Я согласна выслушать вас.
Матиола выжидательно подняла подбородок и, полузакрыв глаза, смотрела на вошедших. Гиацинт не упал перед ней на колени, не стал заверять её в вечной преданности и в вечной же любви к её дочери, он так и остался спокойно стоять рядом с Виолой. Сказал так же, по-деловому, в тон ей: