"Фантастика 2023-118". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

– Сишиуй, ты здесь какими судьбами? – Я протянула руку и поздоровалась с малышом по имперским обычаям, незаметно отодвигаясь от капитана.
– А он соскучился по своей наставнице, говорит, давно она его не навещала, – ответил за меркурианина таил тель Петри, не спеша подходящий к нам.
Переведя взгляд на помощника, я поняла, что уединение нам больше не грозит. С ним под руку стояла моя любимая подруга, а у них за спинами маячил и ассасин.
– А вы здесь какими судьбами? – я выразительно посмотрела на Урсу.
– Видимо, тоже соскучились, – улыбнулся капитан и приобнял меня за талию, пресекая попытки отодвинуться.
– Мы случайно столкнулись с Фаратом на главной палубе, и он предложил прогуляться, – обворожительно произнесла Урса. – По-моему, прекрасное завершение рабочего дня.
– Не хотите посидеть в беседке? Здесь чудесная атмосфера…
– Крайне полезная для ребенка, – уныло дополнила я предложение старпома, прикидывая, как бы побыстрее закончить этот вечер.
А на подходе к беседке нас ожидала еще одна неожиданная встреча.
– Профессор?
– Лейлит?
– Шаина?
– Вы? – последний, слегка визгливый голос вернул нас к действительности.
– Какое популярное место, – задумчиво пробормотал капитан, – раньше оно казалось мне более уединенным.
– Возможно, пора сюда билеты продавать? Представь, как обогатится звездолет за время экспедиции.
– Или чаще санитарные дни устраивать, – усмехнулся Аритан.
– Неужели у вас и санитары в штате есть? – стрельнула глазами в его сторону тэира Куар.
– О, голубушка, я думаю, у нашего капитана в штате есть даже редкие виды. Очень талантливый управленец, очень. – Меркурианин начал попискивать в своей излюбленной манере.
– Дядя, дядя, а почему у тэиры трава на голове растет? – Сишиуй, уже совсем освоивший имперский язык, только слега присвистывая при разговоре, обрушил на родственника неожиданный вопрос. – Ты ее в своих экспериментах используешь?
Я открыла рот от детской непосредственности меркурианина и внезапно поняла, что если срочно его не закрою, начну совершенно неприлично смеяться. Шаина цветом лица начала сливаться с волосами. Суровые мужчины смогли сохранить невозмутимость, уж не знаю какими усилиями. И тут до меня донеслись странные звуки, больше похожие на похрюкивание. Я обернулась в поисках источника звука и увидела, как Урсула складывается пополам от смеха, перестав себя сдерживать.
– Вы напрасно смеетесь. Тэира обещала мне рассказать рецепт этой редкой генной мутации. Цвет волос у них передается от матери к дочери на протяжении нескольких поколений.
– Профессор Ришандр, будьте осторожны, вдруг эта мутация передается не только по наследству, – с трудом успокаиваясь, промолвила Урса. – А я как-то уже привыкла к вашему естественному оттенку. Зеленым вы разобьете мне сердце.
В ответ на это явно довольный ученый только попискивал, поэтому его спутница решила сама за себя постоять.
– Урсула, в медотсеке мы быстро склеим твои останки. По старой дружбе я даже готова проделать это лично.
– М-м-м, чувствуется большой опыт. Это не ты, случайно, тут крылья бабочкам ампутируешь? А тельце на препарирование забрала? Не иначе подопытные закончились.
– Какие бабочки? – вспылила зеленовласка. – Ты меня со своей подружкой не путай, я с насекомыми не милуюсь.
– А могла бы, они любят зеленый цвет, – хмыкнула я, вызывая очередной приступ смеха у подруги.
– Тэиры, давайте не будем забывать, что среди нас находится молодой неокрепший мозг, который как губка впитывает всю поступившую информацию.
Этими словами старший помощник решил прекратить перепалку и даже сделал шаг вперед, как бы становясь между спорщиками. Но Шаину было уже не остановить.
– Это вы про себя, что ли? – раздался слегка визгливый голос. – Так я вам таблетки выпишу, для развития.
– Профессор, вы помните, что хотели еще раз проверить, как проходит ваш эксперимент? – я попыталась сгладить ситуацию и как-то выдворить скандальную «родственницу» из оранжереи.
– А сколько времени? Почему ты мне сразу не сказала? – Меркурианин засуетился, пытаясь понять, в какую сторону ему бежать.
 
– Дядя, а можно и мне с вами? – Сишиуй, удивленно молчавший все время наших пикировок, неожиданно подпрыгнул и в пару шагов оказался около родственника. – Я так давно не был в лаборатории.
– Зато прошлый раз был чрезвычайно запоминающимся. – Я не сдержала ухмылки, вспоминая, что тогда пришлось пережить.
– Профессор, надеюсь, вам для компании хватит общества тэиры Куар, – вмешался в ситуацию капитан, видимо, тоже вспомнив подробности того приключения. – А за племянником вашим мы лучше пока присмотрим.
Оценив разумность предложения, ученый левой парой рук вцепился в зеленовласку, и они покинули оранжерею.
– Ну что, ребенок, расскажешь, как продвигается учеба? – Я поймала Сишиуя за руку и потянула к беседке.
Сейчас она выглядела так же, как и в начале нашего с ней знакомства, но от воспоминаний о том, какой она может быть, а главное, какие шалости творились под ее сводами, в теле появилась приятная истома.
– Хорошо продвигается. – Малыш первым занял мягкий диванчик. – До обеда, правда, идет скучная теория с интерактивными уроками…
– А, знаю такое, – неожиданно засмеялась Урса. – Это когда урок вроде и в записи, а только отвлечешься – учитель с экрана замечание делает.
– У вас была устаревшая щадящая версия. – Малыш надулся и как-то подобрался весь. – А меня он еще линейкой по рукам бьет.
Я с трудом сдержала смех, не желая обидеть нерадивого ученика.
– Правильно делает, – вставил суровое слово капитан. – К дисциплине надо привыкать с детства, если ты хочешь проводить исследования в научных экспедициях, а не в закрытых лабораториях.
– А после обеда ты что изучаешь? – решила я уйти от скользкой темы.
– Звездолет, – невозмутимый ответ поразил присутствующих до глубины души.
– У тебя же должны быть практические занятия в библиотеке! – После минутной паузы старший помощник с трудом нашел нужные слова.
– Да что там практиковать-то? Я их базу лучше книжного червя знаю, хоть на подработку устраивайся.
При сравнении с червем я с трудом удержала нервный смешок. Глядя сейчас на меркурианина, язык уже не поворачивался назвать его малышом. По скорости роста этот шертерпий мог соревноваться с преодоленными космическими километрами.
– Ну хорошо, а как ты звездолет изучал? – поинтересовался капитан, расположившись напротив Сишиуя. – Опять по вентшахтам ползал?
По тому, как слегка замерцала, сменяя оттенки на кончиках, шерстка, я поняла, что рано подопечного записывать во взрослые.
– Ты понимаешь, что это может быть опасно? Периодически проводятся специальные очистки системы. Отсеки герметизируются и продуваются. Представляешь, что с тобой будет, если ты попадешь на такую очистку?
Сишиуй тяжело вздохнул.
– А это было так интересно. По трубам гуляет столько звуков, обрывков фраз, эхо. У нас дома звук по туннелям так не расходится, – и он тяжело вздохнул.
– Я скоро прицеплю на тебя колокольчик, чтобы знать, где ты находишься, – внес рационализаторское предложение старший помощник.
Увидев округлившиеся испуганные глаза, я вздохнула. Вот как с ним проводить воспитательные беседы, если он одним взглядом заставляет отступить?
– А что такое колокольчик? – раздался еле слышный шепот.
Урсула вновь не стала сдерживать заливистый смех, отчего бабочки, рассевшиеся по стенам беседки, испуганно вспорхнули и устроили красочный фейерверк над нашими головами.
– А что интересного слышал, пока путешествовал по трубам?
Капитан сидел со скучающим выражением на лице. И даже когда к нему на лоб пристроилась крылатка, не утратил своей невозмутимости, а просто смахнул ее рукой.
Глядя на это, я решила ответить Сишиую:
– Колокольчик – это такой маленький, почти музыкальный инструмент, который звенит при движении. Поверь, малыш, ничего страшного.