"Фантастика 2023-118". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
— Скажите, графиня, каким образом вы собираетесь проверить этого эльфа? — поинтересовался Лесельо Ньор — он же рыжий начальник.
— О-о-о, ничего не может быть проще, уважаемый, — улыбнулась я, поглаживая свой кулон в вырезе платья. — С помощью родового артефакта это сделать несложно. Единственное, последствия могут быть самыми непредсказуемыми…
— В каком смысле?
— В прямом. В зависимости от степени вины проверяемого артефакт ведет себя по-разному. Так что на все воля случая и благоразумия подозреваемого. Если сознается сам — хорошо, а нет — то пусть решает судьба!
Мужчина предпочел не комментировать мою последнюю реплику. Да и время разговоров закончилось — как-то сложно вести беседу, шествуя по каменному подземелью с многочисленными камерами, из которых то и дело доносились крики и нервные бормотания.
— Скажите, уважаемый… Вы всех подозреваемых пытаете?
— О каких пытках речь, графиня? Тут имеет место быть сыворотка правды и ничего более. Все-таки мы не в Средневековье живем, чтобы прибегать к таким методам!
— А весь этот антураж — факелы, каменные стены, крысы…
— Тут все немного банальнее, госпожа. Факелы установлены из-за простой экономии — все-таки наше учреждение ограничено в средствах. Каменные подвалы используются в качестве следственных изоляторов, потому что имеют отменную звуконепроницаемость, а также ограждены от магического воздействия. Крысы же, графиня, всего лишь перевертыши… охрана.
— Ой… Неудобно получилось… — тихо промолвила я, сворачивая следом за Лесельо и проскальзывая в услужливо распахнутую дверь.
Изнутри камера выглядела вполне пристойно, только не хватало большого зеркала, за которым пряталась аппаратура и еще с десяток людей. Светло, тепло и чисто. За небольшим столиком сидел мужчина неопределенного возраста, с прищуренными глазами и упрямо сжатыми губами.
— Молчит? — спросил рыжий начальник.
— Молчит, — подтвердил крутящийся тут же охранник.
— Да уж, такой точно никогда и ничего не расскажет, — жеманно поджав губки, нахмурилась я. — Тем паче стоит воспользоваться артефактом. Пусть он нас и рассудит!
С этими словами я сняла кулон и, передав его Дарию, дождалась, пока он всучит камень подозреваемому. И только после этого задала вопрос:
— Причастен ли ты к краже артефакта «Ледяное пламя»?
— Нет! — шевельнулись губы в глухом ответе.
Камень моего кулона ярко вспыхнул, намекая, что мужчина врет. Тогда я задала следующий вопрос:
— Артефакт говорит обратное. Подумай хорошенько, прежде чем ответить. Ты украл «Ледяное пламя»?
— Нет! — было его последнее слово, и тут-то случилось страшное…
Камень загорелся зеленым пламенем, которое мгновение спустя перекинулось на руку подозреваемого. Быстро распространившись по телу, буквально за минуту оно охватило всего эльфа, медленно сжигая того в праведном огне. Все присутствующие смотрели на происходящее со священным ужасом, не решаясь хоть как-то помочь кричащему мужчине.
Когда на пол осыпался серый пепел, а истошные крики поглотили каменные стены, я равнодушно посмотрела на остатки некогда живого существа.
— Виновен. — Никаких эмоций. Простая констатация факта. — Раб, забери мой кулон и вытри его как следует!
Повинуясь, Дарий быстро вытащил из кучки пепла мою цацку и принялся усердно тереть о свою рубашку.
— Преступник найден и признан виновным. Приговор приведен в исполнение. Справедливость восторжествовала! Для улаживания всех формальностей можете обращаться к моему поверенному. Здесь же мне больше делать нечего.
— Но как же так? — прошептал рыжий лис. — Что же мне делать с… с пеплом?
— Можете посыпать им голову. Древние считали, что это приносит удачу.
С этими словами я отобрала у Дария камушек и, снова повесив на шею, гордо направилась к выходу. Кажется, роль бессердечной стервы мне удалась безупречно. По крайней мере в глазах начальника СИЗО читалось именно это. Ну-с, значит, все разрешилось, и задание можно считать выполненным. Осталось только свалить с планеты…
А еще как можно мягче рассказать Демьяну про случившееся. Что-то мне подсказывает, что сожжение живого существа он не простит никогда. Но так надо было. И здесь уж злись — не злись, а содеянного не исправишь. Такова жизнь…
Теория 3
О РОДСТВЕННИКАХ И СЕМЕЙНЫХ ВЗАИМООТНОШЕНИЯХ…
— Машуля, а ты опять зелененькая! — радостно сообщил мне Изя, подсовывая зеркало.
— Тебя послать или сам свалишь? — прорычала я, чувствуя непривычное головокружение и тошноту.
— Да-а-а уж, если бы знал, что полеты так странно на тебя влияют, воспользовался телепортом. — Дарий поднял пожухшее ухо за кончик и потянул вверх.
Только стоило отпустить, как это Чудо вяло опало, придавая мне совсем уж жалкий вид. Ну и пофиг! Я себя сейчас так мерзко чувствовала…
— Иди ко мне, — шепнул муж и поднял на руки.
Остальные препятствовать нашему уходу не стали, но, судя по косым взглядам в мою сторону, в скором времени предстоял серьезный разговор. Повздыхав по этому поводу, позволила любимому оттащить меня в выделенную комнату. Душ! Срочно нужен горячий душ, чтобы смыть все впечатления прошедшего дня. А еще лучше — снять головную коробку, вскрыть и прополоскать ее за компанию. И вообще, спать хочу! И… и…
Оказывается, пока голова была забита думами, муж успел раздеть и себя, и меня и сейчас собирался устроиться в ванне. Заманчиво… очень заманчиво…
— Чудо, у тебя нет желания сказать волшебное слово?
— Долой… — устало прошептала я, не имея сил сопротивляться.
Избавившись от нижнего белья, Дарий наконец-то опустил меня в воду. Блаженство! Чистое и незамутненное блаженство! Кажется, я даже застонать от удовольствия умудрилась. Любимый же, опустившись рядом, перетащил меня к себе на колени и, развернув спиной, принялся разминать плечи и шею. Что я там раньше говорила про блаженство? Забудьте! Вот он — мой рай!
После легкого массажа, приблизившего меня к нирване, муж принялся за помывку. Правда, вместо мочалки почему-то использовал свои коварные ладони, но жаловаться — грех! Такого кайфа я давно не испытывала… И что-то мне подсказывает, что до исполнения супружеского долга совсем чуть-чуть…
— Чудо… — ласковый шепот на ухо и нежные поцелуи.
— Опять заставишь подписывать брачный договор? — лениво поинтересовалась я, тая от прикосновений.
— Это все потом, — легкий укус в шею и скольжение мужских рук по груди. — Люблю тебя, мое Чудовище…
— Люблю…
Повернув голову, поймала губами губы мужа, наслаждаясь малиновым запахом, окутавшим нас. Мой медвежонок… Мой мужчина… Мой муж. Счастье, о котором так долго мечтала. Забота и нежность, в которых хотелось раствориться. Жизнь, ради которой стоило рисковать…
Громогласный вой, сотрясший комнату, заставил меня подскочить на месте. У-у-у! У птиц обломинго что, сезон миграции?! Уже который раз нас с мужем останавливают на самом интересном месте!
— Вот и последний член команды прибыл, — вздохнул Дарий.
— И не говори, — пробурчала я и за это получила легкий укус в плечо.
* * *— Ну что, друг дорогой, знакомь нас со своей… м-м-м — Карой! — под конец немного замешкавшись, воскликнула я, влетая в общую гостиную.
— Да уж, Кара не иначе как небесная! Как, говоришь, она на тебя обрушилась? — усмехнулся Дарий.
Клыкастик, не обращая внимания на подколки соперника, раскинул руки в стороны, собираясь принять меня в свои крепкие объятия.
— Иди ко мне, мой талисман! В объятья крепкие и нежные…
Я от таких нежданных слов аж спотыкнулась, чем не преминул воспользоваться муж — в объятия Катэйра полетела диванная подушка, сопровождаемая словами:
— Мироздание услышало тебя, раб! И даровало ту, которую ты мял два часа, пока другие готовились к операции. Как свою часть не завалил — до сих пор удивляюсь.
— Или завалил? — вступил в перепалку Изя. — Что-то мы твоей воровки не видим.